В зеркале Фауста - Артур Гедеон

брал что не положено, одно порвал, другое разбил, что его там решили запереть на пару часов, одного и в темноте. – Тут есть кафе, ресторан, гостиница?

– Показательный ресторан «Верхняя палуба» с лучшими сортами вин направо. – Она указала рукой в одном направлении. – Гостиница с номерами люкс и скромной столовой для трудоголиков и аскетов – налево. За гостиницей есть бассейн, тренажерный зал и фехтовальная дорожка.

Горислав усмехнулся.

– Правда? Фехтовальная дорожка? Это круто. Может, и бордель тут есть? Я молод, за десять лет я тут свихнусь без женского общества, милая госпожа. На фехтовальной дорожке. – Его уже распирало от нервного смеха. – Или тут для избранных силиконовые куклы? Я ни разу не пробовал, любопытно, конечно, но не десять же лет мне пилить резину!

– Если пройти немного дальше от ресторана «Верхняя палуба», будет бордель. Сможешь вызвать копию Клеопатры, например, или царицы Нефертити. Внешнюю копию. Рядом с каждым именем – колокольчик. Позвонишь – и получишь что хочешь. Но только один раз в неделю.

– Всего лишь? – нарочито удивился он. – Я рассчитывал на каждый день.

– Чаще расслабляться не стоит. Кстати, пожилым человеком ты мне нравился больше, – заметила Лилит. – Тестостерон был пониже.

Он рассмеялся, глядя в пространство. Покачал головой, что означало: ушам не верю. И еще: как я умудрился вляпаться в такое?

– Все, что ты сейчас говоришь, это серьезно?

– А серьезно, что ты оказался в другом измерении, в библиотеке, которой нет в обычном мире?

– Значит, серьезно.

– Абсолютно. Только не увлекайся. Я о женщинах и вине. А то твои десять лет растянутся на двадцать или на тридцать. А то и на полвека застрянешь. Так и получится, что вернешься только весной. Не стоит.

– И здесь я не буду стареть?

– Нисколечко. Как молодым огурчиком нырнул в это пространство, так молодым огурчиком и вынырнешь. А я буду тебя навещать.

– И как часто?

– Как захочу. И помни главное, это – виртуальный мир. Это мир знаний. Свою жизнь ты должен прожить в своем мире и, как бы там ни было, ты ее проживешь там. А теперь пойдем на выход – проводишь меня.

Они двинулись к дверям, из которых попали сюда.

– Ну, будем прощаться? – спросила она.

– А если я сейчас захочу выйти с тобой? Вернуться в свой мир?

Лилит хитро прищурила глаза:

– А ты этого захочешь? Сбежать из моей Вселенной, не насладившись ее дарами? Ты это серьезно?

Он думал недолго.

– Нет. – Он отрицательно замотал головой. – Ни за что в жизни!

– Так-то лучше, молодой человек.

Глава третья

Следствие ведут чудаки

1

Андрей Крымов ехал в загородный дом к Антону Антоновичу Долгополову – тот позвонил в полвосьмого утра и срочно вызвал его к себе.

«Дело не требует отлагательств, – строго, но воодушевленно сказал куратор. – Возьмите документы и походную сумку с необходимыми вещами для короткого путешествия». – «Мы куда-то едем?» – зевнув, спросил Крымов. «Мы летим в Москву, – коротко ответил бодрый старик по прозвищу Профессор. – Жду вас до полудня».

Крымов перелетел бетонный мост через местную речку, ворвался на своем старом «Форде» в поселок Яблоневый и скоро притормозил у дома волшебника. Сумку с вещами он оставил в машине. Открыл калитку, перешагнул порог и направился прямиком к белокаменному домику-прянику с цветными наличниками, но его окликнули из сада:

– Андрей Петрович, я тут! Жду вас с нетерпением! По чайку на дорожку!

Крымов свернул на узкую тропинку. Долгополов чаевничал в саду за круглым столом – там дожидались гостя и чайник с кипятком, и варенье трех сортов, и нарезанный тонкими ломтиками сыр на блюдце, и деревенский хлеб из местной булочной. Не было только фирменной настойки.

– Приветствую, Антон Антонович.

– Добрый день, добрый день. – Они пожали друг другу руки. – Хотя он совсем не добрый.

– Ну вот тебе, здрасьте. – Крымов кивнул на голые плетеные кресла. – Мы тут зады себе не отморозим? Хотя за вас я спокоен.

В теплом синем комбинезоне Долгополов напоминал старого лыжного инструктора на пенсии.

– А на что седельные подушки у меня дома? – спросил старик.

– Тоже верно.

– Идемте, получите подушки, а я за наливкой.

– Что, будем пить перед дорогой?

– Пара глотков не помешает. Срочность срочностью, дорога дорогой, а наливка из моих погребов – прежде всего!

– А знаете, я солидарен с вами, – кивнул детектив.

Долгополов топал по заснеженной тропинке на кривых ножках впереди детектива.

– Вот именно! – Он даже поднял вверх кривой указательный палец и потряс им. – Чем могут повредить двум таким кабанам, как мы с вами, пара глотков чудодейственной настойки?

Крымов посмеивался, идя следом. Скоро он получил на крыльце две подушки и понес их к столу. За ним на тропинке появился и хозяин дома с двумя чекушками спиртного. Антон Антонович остановился у столика, но ставить небольшие бутылки не торопился. Причем в одной емкости был темный напиток, его Долгополов держал в правой руке, а в левой сжимал бутылку с золотистым содержимым.

– Когда-то ко мне приехал рыцарь, Андрей Петрович, и в руках он держал по кувшину рейнского вина! В правой руке – красное, в левой – белое.

– Вы бы бутылки-то поставили.

– Верно, – кивнул хозяин и опустил на стол две двухсотграммовые чекушки с домашней наливкой.

– И в каком веке это было?

Долгополов нахмурился:

– Кажется, в начале шестнадцатого. Году этак в 1525-м. Тогда еще вышла книга «Государь» Макиавелли в венецианской типографии и была подарена папе римскому Клименту Седьмому Медичи.

– Какие тонкости истории. Вы его знали, конечно, лично?

– Кого, Никколо?

– Да.

– Конечно, довелось. Вот у кого был железный характер! Вот кому бы править Флоренцией!

– Все шутите?

– Все шучу, Андрей Петрович, все шучу. По-стариковски, так сказать.

Долгополов плюхнулся в свое плетеное кресло на подушку.

– И как умело, – уточнил Крымов. – Будто все было именно так на самом деле. Я бы вам народного артиста дал. Правда-правда.

– Спасибо. И я вам верю. Так что, абрикосовую или сливовую?

– И ту и другую, и можно без хлеба, – рассмеялся Андрей. – Как говаривал Винни Пух. Впрочем, нет, вашего чудесного хлеба из местной лавки я откушаю с превеликим удовольствием.

Они выпили по первой – сливовой, темной. Крымов закусил хлебом, сыром и яблоками. В зимнем саду Долгополова, укрытом снегом, было покойно и тихо. Над черными ветвями деревьев за белой пеленой рассеянно светило полуденное солнце. Затем повторили. Выпили по две чашки чая. Крымов не торопил хозяина загородного домика. Когда надо, тот все расскажет сам. И время у них, как видно, в запасе еще было.