В зеркале Фауста - Артур Гедеон

– Ваша хозяйка герцогиня Лючия Медичи? – осторожно поинтересовался юноша.

– Она самая, ее светлость.

– Она велела приехать к ней, – чувствуя, что сейчас провалится под землю, пролепетал он. – И вот я здесь. К ее услугам.

– А, Герберт, – с прищуром сказал бородач. – Тот самый Герберт?

Краска густо и разом залила лицо молодого человека.

– Я не знаю, тот ли самый…

– Ну, видимо, тот, – усмехнулся бородач. – Она сейчас наверху, юноша. В розовой зале. Ступай вон по той лестнице, – кивнул он назад. – Я держу заряженными две аркебузы на случай, если тут появятся разбойники или дезертиры. Ступай, не бойся. Там стоит кувшин с вином и пара кубков, налей себе, взбодрись с дороги.

– Благодарю вас, – откликнулся юный гость.

Герберт поднялся по круглой лестнице наверх и быстро нашел розовую залу. Круглую, с диванами и креслами, где вся обивка, и шторы, и скатерти, и покрывала оказались розовых тонов. Но хозяйки тут не было. Зато на столе и впрямь стоял кувшин с вином и пара чарок. В одну из них он налил вина и с жадностью выпил – как же это было целительно после такой чудовищной дороги! И какое же тепло разлилось по его телу. И как славно вино согрело его душу! Он налил еще полкубка и выпил с той же жадностью, и ему стало еще лучше. Все треволнения показались досужей глупостью и отступили.

Но хозяйка не появлялась. «Где же она?» – вслушиваясь в шорохи, думал молодой гость.

Герберт огляделся. В глубине залы стояло огромное зеркало в широкой золоченой раме. Юноша подошел к нему, чтобы поправить наряд. После погони, тряски в седле и всех других несносных забот путешественника он выглядел растрепанным. Он утомленно, но счастливо улыбнулся самому себе, и точно так же улыбнулось ему в ответ его отражение.

И вдруг он что-то увидел на поверхности зеркала. Это были крошечные золотые бусины – они рассыпались по всей поверхности стекла. Но это не все! Его собственное отражение вдруг стало медленно бледнеть, как будто наполняясь воздухом, растворяться в зеркале, а за поверхностью уже что-то происходило. И когда он понял что, то сразу отступил. Там был другой мир, и в нем, ярко окрашенном и светлом, читался силуэт женщины. А потом она двинулась в его сторону, а он отступил еще раз и еще, пока не наткнулся на стул. Она, в роскошном золотом платье, со светлыми косами, убранными назад, уже подходила сюда. И остановилась у самой преграды. Да, это была она! Лючия Медичи! Именно такой он увидел ее первый раз, это платье он помогал снять, именно в такую, волшебнее всех звезд на небе, он и влюбился!

– Ну, здравствуй, Герберт, – сказала она.

И голос ее отозвался легким эхом.

– Здравствуй, – прошептал он. – Но как такое может быть?

– Не думай об этом, – сказала она. – Я пообещала, что однажды вернусь за тобой, и вот она я. И мой мир, который я предлагаю тебе разделить со мной.

– Твой мир? – Теперь он сделал шаг вперед.

– Да, мир великих тайн! И тысячной доли того, что открою я, не дал бы тебе твой учитель. И ты влюбишься в этот мир уже скоро. Ты ведь хочешь этого: быть со мной?

– Мечтаю, моя богиня! Моя Лючия…

Она протянула руку и сказала:

– Тогда не бойся, шагай ко мне…

Примечания

1

Тут и далее в той или иной форме реплики взяты из настоящей проповеди средневекового экзорциста.