«Килл-сити»-блюз - Ричард Кэдри

Номер 8 ни в каком не сейфе. Он находится в единственном месте, где никто не станет рыться. Под кучей моей грязной одежды, поверх которой лежит окровавленная.

Я приношу Шар Номер 8 в гостиную, подбрасывая его в одной руке. Деклан напрягается, но не отпускает Кэнди.

— Хорошо. Теперь положи его на стол.

— Нет. Для кого он?

— Я пристрелю эту суку.

— Нет.

Кэнди смотрит на меня.

— Эта сука не хочет, чтобы её пристрелили, — говорит она.

Я смотрю на Деклана.

— Ты мог пристрелить её и раньше, а Шар Номер 8 вот он, прямо здесь, так зачем тебе стрелять в неё теперь?

Глаза Деклана микроскопически дрожат. Он знает, что случится, если он нажмёт на спусковой крючок, и не хочет умирать. Но он также понимает, что я не хочу, чтобы Кэнди пристрелили.

— Лови, — говорю я и бросаю ему Шар Номер 8.

Он отпускает Кэнди и бросается к Комраме. Ловит его руками и прижимает к груди, словно футбольный мяч. Кэнди осторожно отходит от него. Пистолет Деклана теперь направлен на нас обоих.

— Для кого он? — спрашиваю я.

— Ни для кого. В прошлый раз я покупал для кучки банкиров с их собственной группой Ангра, «Дер Зон Готтес»[77]. Ангра, которому они поклоняются, — это грёбаный цветок. Можешь поверить в это дерьмо? «Жуйгданата». Но друзья зовут его «Ободранное Сердце», так что всё в порядке.

— Но теперь ты им его не продашь.

— Чертовски верно, — говорит Деклан. — Твой маленький блицкриг резко поднял цену. Теперь он достанется тому, кто больше заплатит.

— Опасно звучит, — говорит Кэнди.

— Дорогуша, кто не рискует, тот и не и т.д. и т.п. Я прозрел, когда он убил Мосли.

— Я его не убивал. Он прыгнул под автобус.

— Одна хрень, уёбок. Он был истинно верующим и был рад умереть за дело Ангра. Но не я. Кто раскошелится, тому он и достанется. Знаешь, тебя это тоже касается. Найдёшь покупателя, и мы сможем заняться реальным бизнесом.

— Думаешь, твои приятели из «Ободранного Сердца» знают, как работает Шар Номер 8?

— Да какая в пизду мне разница? Они могут подарить его своим детям на Рождество вместо куклы Элмо[78].

Я не знаю каких-нибудь других действующих фриков Ангра. Это может быть мой единственный шанс познакомиться с реальными персонажами.

— Я знаю кое-кого, кому нужен Шар Номер 8. Ты продаёшь его своим людям, затем подключаешь меня, чтобы я мог предложить свою цену.

Деклан обдумывает это.

— Я не уверен, что собираюсь продавать его «Дер Зон Готтес». Почему бы тебе не назвать мне своего покупателя, и я продам ему? Я заплачу тебе десять процентов комиссионных.

— Нет. Я хочу познакомиться с твоими людьми.

— У меня Комрама и пистолет. То, чего хочешь ты, не имеет отношения к дискуссии.

Это начинает меня бесить. Ещё десять секунд, и я сам откушу ему морду. Я мог бы швырнуть в него какое-нибудь худу, но он всё ещё может выстрелить и попасть в Кэнди. Нужно найти другой способ.

— Я должен сделать небольшое признание.

Деклан уже направляется к двери.

— Какое?

— Этот Шар Номер 8 — подделка.

Он останавливается и смотрит на него, словно может определить разницу.

— Лучше бы, мать твою, это было не так, — говорит он и стреляет в стеклянную вазу с высокими лилиями. Слава богу. Я и сам планировал опрокинуть эту уродливую штуку. Деклан трясёт Шар Номер 8. Пытается рукояткой пистолета заставить его что-нибудь сделать.

Позади меня раздаётся жужжание и щелчки.

— Чем вы вдвоём там занимаетесь? Трахаетесь пушечными ядрами? — С заспанными глазами спрашивает Касабян, со скрипом выползая из комнаты на своих четырёх. Видит Деклана с пистолетом и резко выпрямляется, что для непривыкшего глаза выглядит ещё хуже.

— Дерьмо! — кричит Деклан.

Он стреляет в Касабяна, попадая ему в ногу. Я вытаскиваю «Миротворца» из-за пояса за спиной и, прежде чем тот успевает направить пистолет на меня, проделываю дырку сбоку толстого черепа Деклана. Он роняет Шар Номер 8, но срабатывают быстрые-как-кролик нефритовые рефлексы Кэнди, и она ловит его до того, как он ударяется о пол.

— Какого хуя? — вопит Касабян, хватаясь за раненую ногу. — Твой грёбаный киллер искалечил меня.

Он ковыляет к телу Деклана.

— Это именно то, о чём я говорил. Ты не хочешь убивать меня, поэтому привёл того, кто сделает это за тебя.

— Остынь. Я не знал, что он станет стрелять в тебя. Я хотел выяснить, может он знает, как пользоваться этим чёртовым Шаром Номер 8. Кто-то же должен, помимо Аэлиты.

Кэнди кладёт Комраму на кофейный столик и глядит на мёртвого Деклана так, будто всё ещё хочет съесть его.

— Возясь с Шаром Номер 8, он был похож на старшеклассника, впервые пытающегося снять с девушки лифчик.

Я засовываю пистолет обратно за пояс.

— Эй, в первый раз это может сбивать с толку. А потом какая-нибудь девушка дурачит тебя бюстгальтером, который застёгивается спереди, и ты начинаешь беспокоиться, сколько ещё может быть способов расстёгивания лифчиков.

— Это у девушек такой тест на IQ, — говорит Кэнди. — Сможет ли крыса пробежать лабиринт и найти сыр?

— Я знал, что это заговор.

— Это только верхушка айсберга.

Касабян падает в своё кресло. Пытается выпрямить хромую ногу, но у него получается это только на две трети хода.

— Я тут в порядке, Ник и Нора[79]. Спасибо, что спросили.

У Деклана довольно большая дыра в голове, и кровь растекается по всему дорогому ковру «Шато».

— Я собираюсь выкинуть тело. Почему бы вам двоим не отчистить кровь как можно лучше, а где не удастся, прикрыть ковром или диваном? — говорю я.

Касабян качает головой.

— Забудь. Я не собираюсь за тобой прибираться.

— Я не дал этому мудаку убить тебя.

— Ты привёл его сюда.

Мы с Касабяном уже говорили на эту тему, но это в последний раз.

— Ты прав, — говорю я. — Я подвергаю тебя опасности. Возможно, пришло время тебе забрать все деньги, что ты припрятал, и найти себе жильё.

Он хмурится.

— Чего?

Я указываю на труп Деклана.

— Это не последний раз, когда случается подобное дерьмо. Если уж на то пошло, всё станет только хуже по мере приближения