«Килл-сити»-блюз - Ричард Кэдри

они по-прежнему опасны. Войти в этот торговый центр было бы равносильно объявлению войны, а бессмысленная война — это то, что нам сейчас не нужно.

— Мне знакомо это чувство.

Я заказываю виски на дорожку.

— Итак, как вы собираетесь мне помочь?

— Мы отправим с тобой представителя.

— Ты только что сказала, что Тёмные Вечные не могут войти внутрь.

— Он не один из Вечных. Он смертный.

Она смотрит через моё плечо на затаившегося где-то в темноте лакея.

— Пришлите сюда Пола.

Он подходит из-за другого столика на противоположной стороне танцпола. Дружелюбно улыбается мне и протягивает руку. Я пожимаю её. Я ни капли ему не удивлён. Ну, может, слегка, но это вполне логично, когда я хорошенько приглядываюсь.

— Старк, это Пол Делон.

Это ещё один Тревор. Точная копия молодого Норриса Ки.

— Рад с вами познакомиться, мистер Старк. Тихо много рассказывала мне о вас.

— Пол, не так ли? Откуда ты знаешь Тихо?

— Мы знакомы с несколькими одними и теми же людьми.

Держу пари, так и есть. Но у меня нет ощущения, что Пол меня знает. Вероятно, все автоматы Ки — это дроны, собирающие информацию, пока хозяин не позовёт их домой. Для меня это удачно. Это означает, что он сам по себе, пока всё не закончится.

— Ты когда-нибудь бывал в «Килл-сити»? — спрашиваю я.

— Нет.

— А бывал когда-нибудь в, ну, знаешь, странном месте? Может быть, в невероятно опасном?

Он садится за столик напротив меня.

— Думаете, это нас ждёт?

— Судя по тому, что я слышал, «Килл-сити» — это конечный пункт для наихудших из самых презренных семей Саб Роза и кланов Таящихся, неспособных выжить в этом мире. Это целое сообщество лузеров, просто мечтающих выместить злость на всём мире.

Пол кивает. Подходит официант.

— Белого вина, пожалуйста, — говорит он. Затем, обращаясь ко мне: — Я в курсе. Я также запомнил план комплекса и территорий их кланов. Я никогда не бывал в местах, подобных «Килл-сити», но я не боюсь.

— А следовало бы. Если то, что охраняет этот призрак, — это Шар Номер 8, то это делает «Килл-сити» самым опасным местом в Лос-Анджелесе.

Делон хмурится. Я не могу его прочесть. Если он такой же, как и остальные заводные клоны в студии Роуза, то он представляет собой смесь мяса и машины. Сердцебиение у него ровное и механическое. То же самое и с дыханием. Треворы Роуза проливали кровь, так что, держу пари, этот Пол такой же. И всё же, одурачить толпу кровезависимых — довольно ловкий трюк. Аттикус стоит того, сколько бы ему ни платил Ки.

— Почему бы просто не дать мне карту, и тебе вообще не придётся никуда идти? Чем меньше народу, тем быстрее я смогу передвигаться, — говорю я.

— Нет, — произносит Тихо. — Пол — наш представитель. Он идёт с тобой, или можешь идти один. Это место не зря зовётся «Килл-сити». Если сложить наземную площадь и подземную, то без проводника это будет всё равно, что вслепую бродить по джунглям Амазонки.

— Она права, — замечает Пол. — Ты никогда не найдёшь то, что ищешь. Это при условии, что семьи и Таящиеся не убьют тебя. Я знаю, что там за семьи. Я изучал федерации Таящихся и то, как расплатиться с ними за безопасный проход.

— Там настоящий Дикий Запад, — говорит Тихо. — Тебе понравится. Что скажешь?

Может, Тихо и не дышит и не обладает сердцебиением, но её типаж я могу прочитать.

— Я понял. Этот парень — наш проводник, но он же и твой человек внутри. Ты боишься, что я могу сбежать с Шаром Номер 8 и захватить всю Страну Никогда-Никогда[72].

Тихо кладёт локти на стол.

— Как там вы, люди, говорите? Доверяй, но проверяй.

Я поворачиваюсь к Полу.

— Встречаемся завтра в восемь вечера в «Бамбуковом Доме Кукол». Не надевай эти дурацкие мокасины. Раздобудь себе какие-нибудь тяжёлые ботинки. И, может быть, какие-нибудь альпинистские перчатки.

Он впервые кажется слегка озабоченным.

— Благодарю.

Я встаю и киваю Тихо.

— Спасибо. Если повезёт, мы пришлём сюда Чака с хорошими новостями.

— Пол, — говорит он.

Я его игнорирую.

— Кто ещё знает об этой ситуации с «Килл-сити»?

Тихо качает головой.

— Лишь немногие из Вечных. А что?

— Если будет знать слишком много народу, это может дойти до Аэлиты, и она переместит Шар Номер 8. Не рассказывай об этом никому ещё.

— Конечно.

Я уже собираюсь уходить, когда она спрашивает:

— Когда ты снова откроешь «Макс Овердрайв»?

— Нет смысла открывать заново, если мир погибнет. Лучше надеяться, что твой парень знает, что делает — иначе Тёмные Вечные превратятся в очередных зрителей, которые смотрят на стримингах только то, что им навязывают корпорации.

Тихо поднимает взгляд на экран, где Юл[73] разбивает окна и громит нанявший его никчёмный городок.

— Спаси мир, и, возможно, мы найдём ещё один дипломат денег, чтобы ты смог открыться заново, — говорит она.

— Сделай это, и пока мы будем существовать, у вас будет бесплатный прокат.

— По рукам. Постарайся не умереть.

Я делаю последний глоток её славного виски.

— Кстати, знаешь парня по имени Деклан Гарретт?

— Он иногда заходит. Вечно пытается продать Драгоценности Короны или ещё какую-нибудь подобную чушь.

— Если придёт сегодня вечером, скажи ему, что я жду его в «Бамбуковом доме кукол». Нам нужно кое-что уладить.

— Он продаёт тебе Бруклинский мост?

— Ага, но я плачу металлической мелочью. Как думаешь, он будет возражать?

Кто-то идёт в мою сторону, видит меня и направляется в другую сторону. Я бросаюсь за ним и, оказавшись достаточно близко, хватаю его за ворот рубашки и тяну обратно.

— Майк. Что ты здесь делаешь?

У Манимала Майка вид ребёнка, застигнутого с рукой в банке с печеньем. В переноске у него лежит пушистый котёнок черепахового окраса.

Майк протягивает кота.

— Пытаюсь заработать на жизнь. Кое у кого сломался котёнок. Что, думаешь я работаю только на живых людей? Чувак, это расизм.

— Успокойся, Майк. Я просто удивился, увидев тебя.

— Я тоже.

Его сердце совершает миллион ударов в минуту. От него исходит запах пота и страха.

— Майк, ты чего-то недоговариваешь? Ещё одна причина, зачем ты здесь?

Я отпускаю его рубашку, и он поводит плечом,