Пятый великолепный. Нейлоновое сердце - Zoia

узнала, что расследование возобновили, тут же вызвалась помочь. Рвалась в бой, так сказать!

Полина рассмеялась тихим, искренним смехом без малейшего оттенка жеманности. Но через секунду грусть затопила ее прекрасные глаза.

– Конечно. Как я могу оставаться в стороне? Мою лучшую подругу… – Хорошо поставленный голос певицы дрогнул.

Чэнь понял, что Полина изо всех сил старается держать эмоции под контролем, но душевная рана и через год не перестала кровоточить.

– Его нужно найти! Обязательно! Нельзя оставлять такое чудовище без наказания. И нельзя позволять ему и дальше творить…

Полина смолкла. Мужчины тоже ничего не говорили – сильный пол, как всегда, терялся, если не мог помочь страдающей женщине.

– Давайте присядем, – первым нашелся Джонни. – Надеюсь, эти чудесные плетеные кресла так же удобны, как выглядят.

Полина кивнула. Глаза ее блеснули влагой.

– Что именно вы хотите знать об Анастасии? – расположившись за столиком, спросила Полина. Она уже взяла себя в руки и теперь по-деловому смотрела в глаза Чэню. Девушка, казалось, сразу поняла, кто ведет расследование.

– Все, – коротко ответил Чэнь. – И максимально подробно о ее знакомых.

Он понял, что запрос получился расплывчатым, но Полина лишь снова кивнула.

– Анастасия была публичным человеком и очень активной, знакомых у нее было много. Но она держалась на расстоянии, не сближалась почти ни с кем по-настоящему. И близких друзей или подруг, кроме меня, думаю, у нее не было. С кем-то она пересекалась лишь раз или два – по делу или случайно. С другими поддерживала длительные отношения. Если хотите, попробую составить список и краткие характеристики тех, кого вспомню. У нас был во многом общий круг знакомых.

– Будем очень благодарны, – вставил Листратов.

– Хорошо. У нее были связи в самых разных сферах: в мире моды – Анастасия любила и умела стильно одеваться; в искусстве и музыке – как вы наверняка знаете, у Анастасии был редкий голос, меццо-сопрано с удивительным бархатным звучанием, это привлекало поклонников и экспертов. Она училась в Лондоне, там пересекалась с золотой молодежью…

Чэнь зачарованно слушал Полину. Ее образ легкой и хрупкой девушки удивительно гармонично дополнялся сильным интеллектом. Она явно горевала о подруге, но не поддалась эмоциям, четко перечисляла все, что могло помочь делу. Ее краткая и емкая информация помогала дополнить портрет Анастасии новыми штрихами. Хотя многое подтверждалось данными из досье, были и неожиданные сведения.

– Если говорить о настоящих страстях Анастасии, то это бриллианты и опера, – продолжала Полина, не замечая впечатления, произведенного на китайского профайлера. – Здесь список контактов будет самым большим: это и Россия, и много других стран… Кстати. – Полина повернулась к Листратову: – Сергей упоминал о каком-то ее необычном знакомом, я попрошу его рассказать подробнее.

– Сергей Петров? – уточнил полковник.

– Да, Петров. Он тоже дружил с Анастасией, она нас и познакомила когда-то.

Чэнь старался заниматься привычным делом: он мысленно распределял данные, формулировал будущие промпты для ИИ. Но внимание рассеивалось. Он не мог перестать думать о необычной свидетельнице. Теперь Полина казалась ему дивным прекрасным цветком с особенной аурой. Чэнь понял, что не способен сформулировать, почему Полина занимает все его мысли, но это было так.

– А можете вспомнить что-то необычное, не попавшее в протоколы? – спросил Джонни, который, похоже, заметил сбой «китайского робота». – Любую мелочь.

– Да, было одно, – задумчиво сказала Полина. – Я сегодня встречалась с отцом Анастасии, еще раз спросила его о том странном звонке. Он по-прежнему настаивает, что не разговаривал с ней в день похищения.

– А почему вы считаете, что он звонил? – встрепенулся Чэнь. – Анастасия рассказывала?

– Не словами. Понимаете, ее отец очень жесткий, не терпел возражений от дочери и требовал, чтобы она ему отвечала сразу, а не перезванивала. Поэтому, когда он звонил, а я была рядом, Анастасия делала вот так… – Полина на секунду чуть закатила свои синие глаза, после чего смущенно продолжила: – Она его очень любила, но такой контроль было тяжело выносить.

Чэнь снова подумал, что Полина невероятно красива, но это не все. Он видел много красавиц: и пустышек, и умных. Но в Полине было нечто особенное, не поддающееся логическому объяснению. Или он оказался не способен ее разгадать?

– И в день похищения она подала такой знак? – снова пришел на выручку Джонни.

– Да. Мы встретились мельком, она куда-то очень торопилась. Она ничего не говорила, только слушала, а мне показала, что звонит отец и что должна бежать. Я, конечно, решила подождать, пока Анастасия сама объяснит, в чем дело. Но она пропала. А когда я спросила у ее отца об этом разговоре, он удивился и ответил, что не звонил ей.

– Он потом рассказал оперативникам о ваших подозрениях, – добавил Листратов. – Но в распечатках звонков действительно не было ни его исходящего ей, ни входящего на ее номер. Ей вообще в то время никто не звонил.

– Вот это и странно. Я же сама видела, что она разговаривала. Вернее, слушала кого-то.

– Спасибо, очень полезная информация. – Чэнь изо всех сил старался вернуть душевное равновесие, но получалось пока плохо. – Когда будете описывать знакомых, укажите, пожалуйста, где их можно найти скорее всего. Я хочу поговорить с каждым, но время работает против нас. Было бы очень удобно попасть туда, где они собираются, и пообщаться сразу со многими.

Полина задумалась и пристально посмотрела на Чэня.

– У меня скоро выходит новый альбом, – медленно сказала она. – Будет презентация, «Черно-белая вечеринка», название из-за дресс-кода. Я могу… изменить формат, пригласить всех наших с Анастасией знакомых.

– Всех необязательно, – уточнил Чэнь. – Мы знаем, что Нейлон богат, любит роскошь. То есть нужна элита.

– Понятно, – усмехнулась Полина. – Тогда устроим авторский фуршет с элитными винами. Разошлем приглашения политикам, бизнесменам, дипломатам, критикам и светским обозревателям. От такого никто не отказывается.

Чэнь не мог отвести взгляд от Полины. Он любовался тонкими чертами ее лица, подмечал, как менялось выражение синих глаз.

– Кхм, – привлек к себе внимание полковник Листратов. – Эти сведения будут очень полезны для следствия. Только было бы неплохо что-то записать.

– Я все запомнил, – хмуро сказал Чэнь. – И внесу в свою базу данных для обработки.

Листратов сжал челюсти и процедил:

– Полагается протоколировать показания. Аудио- или видеозапись мы не вели. Так что будет нужна бумага с подписью. Мы ведь не хотим беспокоить уважаемую Полину еще раз. Вызывать в управление…

– Я все напишу и передам, – серьезно сказала Полина. – Если нужно, и в управление приеду. Я знаю, как важна юридическая безупречность. Будет нехорошо, если вы поймаете маньяка, а он получит шанс из-за несоблюдения формальностей.

– Нет-нет, – заверил Листратов краснея. – Достаточно, если вы просто напишете, что' вспомнили, и передадите нам списки. Мы не хотим вас пугать своими стенами.

Полина тихонько засмеялась:

– Я же знаю, в каком мире живу. Органами давно не пугают. Мне нечего скрывать, а значит, и опасаться не стоит. И я уже была в ФСБ, у вас не страшно, а интересно. Я о спецслужбах раньше судила