Ночные гости - Альбина Равилевна Нурисламова

то ли не желали признаваться. Не знаю, не спрашивал. Я ни с кем из своей летней компании больше не играл и даже не разговаривал. Все пытались убедить меня, что мне показалось, никакой машины я не видел. Или машина была, но в ней не было Толи. Говорили, я обознался, расстроился, дождь затруднял видимость. Много чего говорили, и я в итоге сдался. А больше у следствия никаких зацепок не было, Толю так и не нашли.

– На этом все закончилось?

Олеся сжала ладонь мужа. Она уже жалела, что они с Павликом вызвали Максима на откровенность, заставили вспоминать об этом кошмаре.

– Кое-что открылось, но было настолько диким и нереальным, что о таком всерьез и говорить невозможно. Выяснилось, что много лет назад на том месте, на которое я указывал, вправду находился гараж, принадлежавший некоему гражданину Сойкину, и он действительно ездил на белой «пятерке», и описание внешности совпадало. Сойкин был убийцей. Безобидный на вид, он заманивал маленьких мальчиков, увозил на своей машине. Мучил и убивал в гараже, в том самом гараже! Неприметного, не вызывающего подозрений Сойкина долго не могли поймать, он успел погубить троих детей! Попался случайно, до суда не дожил. Покончил с собой в камере – такова была официальная версия. Возможно, Сойкина убили. Случилось это более десяти лет назад, и к моменту исчезновения Толи давнее дело успело забыться.

– Никто не сопоставил факты?

– Олеся, какие факты, о чем ты? Сойкин умер целое десятилетие назад. Совпадение – так думали те, кто вообще давал себе труд подумать на эту тему. Но большинство полагало, что и я, и Толя, видимо, услышали давнюю историю, и она произвела на нас сильное впечатление, напугала. В итоге я, расстроенный исчезновением друга, попросту выдумал все, не видел ни машину, ни Толю в ней. Только мне было плевать, что считали остальные, я-то знал, я точно знал! Невыносимо было думать, где сейчас Толя, что с ним. Вдобавок я все время ждал, что мертвый маньяк начнет и меня преследовать, как преследовал Толю. Но этого не случилось. Возможно, потому, что я не стал помогать своему другу, когда он пришел ко мне и рассказал, не захотел ему верить. А может, потому, что, увозя Толю, человек за рулем смотрел на дорогу, не обернулся в мою сторону, даже и не заметил за стеной дождя. Или просто он выбрал жертву и забрал, другие были ему не нужны. Кто знает? Кто скажет?

Максим вздохнул.

– Мне было тяжело ходить в школу, я не мог заставить себя выйти во двор, перестал общаться с другими ребятами. Занавешивал окна, плохо спал, кричал во сне. Слава богу, в итоге мы переехали, на новом месте мне стало легче, прошлое постепенно отступило. Вот такая страшилка.

– Я понимаю, почему ты их не любишь, пап. Не любишь страшные истории, – серьезно проговорил Павлик.

– За пределом, за гранью что-то есть, и порой граница размывается. Монстры из иного мира пробираются к нам, и тогда может случиться всякое.

– Лучше о таком не думать, – предостерегающе сказала Олеся и выразительно посмотрела на мужа: не пугай ребенка, он и так взволнован.

– Ты права, – негромко ответил Максим. – Толя тоже говорил, что чудовища оживают, когда мы смотрим на них, видим, замечаем, верим. – Он сделал паузу, а после проговорил: – Павлик, хочу сказать тебе одну вещь. И закроем тему.

– Что, пап?

– Страшные истории случаются в реальной жизни. Зло может оказаться близко-близко. Иногда его источником становятся люди, но бывает и по-другому. Если с тобой случится нечто нехорошее, произойдет любая странность, что-то напугает тебя, будет тревожить, обещай, что расскажешь мне, не станешь скрывать. Я поверю, не отмахнусь, даю слово. И мы решим, как поступить. Договорились?

Павлик пообещал.

Скорая помощь

– Домой? – с надеждой спросил Дима, когда Елизавета Максимовна открыла дверцу и не без усилий забралась на сиденье.

Устала за смену, да и ноги больные, варикоз.

Скорая стояла во дворе, на пятачке, окруженном пятиэтажками. Последний вызов оказался простым, банальное повышение давления у старушки. Доктор сделала укол, написала на листочке рекомендации, дальше старушке предстоит обратиться к участковому терапевту.

В бригаде их двое – водитель и врач, Дмитрий и Елизавета Максимовна. Бывают бригады из трех человек, но это не их случай. Захолустный городишко, маленькая больница – как раз те условия, при которых никому не пожелаешь болеть и обращаться за медицинской помощью. Но, как известно, вашего желания в данном случае никто не спрашивает.

Дмитрий и Елизавета Максимовна старались выполнять свою работу на совесть даже в условиях хронической усталости и небольшой зарплаты. Сложнее всего было, когда приходилось перевозить больного, доставлять в больницу; в этих случаях оставалось надеяться на помощь родственников или соседей. Служебная инструкция гласила, что водитель должен оставаться на своём месте и охранять аппаратуру специализированного автомобиля, а врачу надлежит обеспечивать медицинскую эвакуацию и следить за состоянием пациента во время транспортировки.

Но сейчас, к счастью, никого транспортировать не пришлось, до конца смены – сорок минут, и Дмитрий надеялся вскоре вернуться на станцию.

Однако зря, как выяснилось, рассчитывал.

Не успела Елизавета Максимовна угнездиться рядом с ним, как на ее планшет пришло сообщение о новом вызове. Планшеты им выдали пару лет назад, в дополнение к радиосвязи, это было удобно.

Доктор бросила на водителя короткий извиняющийся взгляд, словно была виновата, что им не удалось поехать домой.

– Куда едем? – вздохнул Дима.

– Васильевский переулок, дом двадцать восемь.

Водитель нахмурился.

– Это же в Промышленном?

Так назывался один из четырех районов города, считавшийся самым неблагополучным.

– Не наша вроде территория, – заметил Дмитрий. – С чего вдруг?

– Перекроили все недавно, новая разнарядка на днях была, – сказала доктор. – А, ну да. Ты же из отпуска вчера только вышел. В общем, у нас появились новые населенные пункты. Видимо, это как раз оно самое.

Дима сунул в рот подушечку жвачки и завел двигатель. Надо так надо. Васильевский так Васильевский.

– Новожилова Дарья Ивановна, тридцати пяти лет, – продолжала читать врач, – вызвали соседи. Куцая информация.

– Тупые, не могут ничего толком сообщить, – равнодушно обронил Дмитрий. – Пьяные, может. И Дарья эта, и соседи. Лишь бы везти не пришлось.

Они продолжали перебрасываться короткими рублеными фразами, не осталось сил языком ворочать. Шутка ли – целые сутки на ногах, смены-то по двадцать четыре часа. По закону теперь положены трое суток выходных, но все сотрудники, как правило, брали дополнительные смены. Причины простые, их всего две. Нехватка персонала – это раз, нехватка денег у персонала – это два.

У