Юрий Барышев - Мадам Гали -2. Операция «Посейдон»

Ознакомительный фрагмент

Первой опомнилась красавица: она бросилась на дверь с буквой «М», за которой скрылись похитители. Разумеется, дверь была заперта, но дама то изо всех сил пинала ее и сердито колотила по ней кулачками, то рвала ручку, выкрикивая ругательства и угрозы на двух языках. Вслед за ней пришла в себя и миссис Маккой.

Маргарет на ватных ногах побежала в зал. Происходящее напоминало кошмарный сон: от страха ноги подгибались и не слушались. В глазах потемнело, в ушах звенело. Когда она попыталась позвать мужа, горло как будто сдавила невидимая рука.

— Пол! Пол! — Маргарет не узнала свой голос, это было нечто между воем и хрипом. — Сумка! Сумка!..

Но Пола на месте не было.

— Милицию! Срочно милицию! — в зал вбежала француженка.

Выглядела она, как ни странно, прекрасно. Правда, раскраснелась от гнева, но этот румянец был ей очень к лицу. Обедающие повскакивали со своих мест и смотрели на кричащую женщину. Сбежались официантки, вскочил с места ее спутник Анри.

— Меня ограбили! — объявила француженка драматическим контральто.

В этот момент в зал вернулся Маккой. Увидев жену, он сразу все понял: губы Маргарет дрожали, глаза были вытаращены, левое веко судорожно дергалось. Руки Маргарет были пусты.

— У нас украли сумки. Их двое! Они в мужском туалете. Скорее! — француженка перешла на спокойный, деловой тон.

Зато Анри разволновался не на шутку:

— С тобой все в порядке? Что случилось?

— Скорей в мужской туалет, они там закрылись.

Несколько человек, возглавляемых Анри и Маккоем, ринулись к туалету. На несчастную дверь навалились всем миром, и когда, изрядно мешая друг другу, ее все-таки открыли, в туалете, конечно, уже никого не было. Пусто и тихо: лишь бесстрастно журчала вода, текущая из неисправного бачка, да лучи полуденного солнца, пробивавшегося сквозь листву, издевательски бликовали на писсуаре.

Когда преследователи хором испустили вздох разочарования, в туалет заглянул дежурный старшина милиции. Это был среднего роста и в меру упитанный мужчина, который с большим достоинством исполнял свои обязанности блюстителя порядка. На ходу он что-то дожевывал. Видимо, страж порядка очень кстати подкреплялся на кухне ресторана, что и позволило ему оказаться в нужном месте в нужное время.

— Успокойтесь, граждане, успокойтесь. Посторонних прошу немедленно покинуть место происшествия. Что здесь случилось?

— Как же я теперь улечу? Меня не выпустят из этой жуткой страны! Больше я сюда ни ногой! — бурно возмущалась француженка.

— Мою жену обокрали! Украли сумку двое молодых людей, они были здесь, все их видели. Надо их немедленно найти и вернуть наши вещи, — Маккой пытался перекричать, в меру своих скромных вокальных возможностей, темпераментную француженку.

— Что ж, пройдемте в отделение, напишете заявление, составим протокол.

— Какое отделение? Нужно вернуть сумку немедленно, слышите, немедленно! — вышел из себя Пол. — Я дипломат, сотрудник американского посольства. Мою жену обокрали. Я сейчас буду звонить в ваше министерство иностранных дел. Это безобразие! Они не могли далеко убежать. Что вы стоите? Я хочу говорить с вашим начальником, — Маккой, неплохо выучивший русский язык, сейчас с трудом подбирал нужные слова из-за охватившего его волнения.

— Там был мой паспорт! — вторила ему француженка, пуская в ход слезы.

— Граждане иностранцы! — старшина повысил свой голос до командирских децибеллов. — Прошу без паники. Можете звонить в министерство. Да только пока вы будете дозваниваться, они с вашими сумками уйдут. А чтобы их ловить, мы должны знать их приметы, во что они одеты и все остальное. Я должен также составить протокол и за документировать кражу личных вещей, — грозно сдвинув брови, старшина многозначительно посмотрел на Пола, а потом, смягчившись, добавил: — Идемте, идемте, здесь недалеко. Напишете заявления…

Усмиренные Пол, Маргарет, француженка и Анри гуськом последовали за «блюстителем порядка». Остальные, бурно обсуждая происшествие, вернулись кто к своей остывшей еде, а кто к служебным обязанностям.

Отделение милиции, и правда, располагалось в пяти минутах ходьбы от «Лесных далей». Чрезвычайное событие собрало у входа чуть ли не всех находившихся в отделении: как же, ограбление двух иностранок! Строгий молодой капитан налил Маргарет, француженке и их спутникам воды из графина и лишь потом стал задавать вопросы.

— Пожалуйста, дайте ваши паспорта и в заявлениях укажите содержимое похищенных сумок, — произнес он вежливо, но твердо.

— Мой паспорт! — опять запричитала француженка, залпом осушила стакан с водой и продолжила: — Паспорт, обратный билет на самолет, деньги. Я через два дня должна возвращаться в Париж, через два дня! Как я теперь попаду домой?!

— Успокойтесь, мадам, успокойтесь. Вы уедете домой. А вы чего лишились? — обратился капитан к жене дипломата. Маргарет смотрела на него пустыми глазами, из которых непрерывным потоком текли крупные слезы.

Капитан невольно проникся сочувствием:

— Мадам, — обратился он к ней более мягко, — что было в вашей сумке?

— Что? — Маргарет растерянно взглянула на Пола. — Так, ничего особенного. Носовой платок, лекарства, всякие женские принадлежности: зеркальце, помада, пудреница… Немного денег, фотоаппарат «Kodak».

— Больше ничего? — переспросил милиционер Маргарет, у которой был такой вид, как будто она лишилась миллиона долларов.

— Нет, больше ничего, — подтвердила Маргарет, снова переведя взгляд побитой собаки на Пола.

— Кстати, — вмешалась в их разговор француженка, видимо, привыкшая оставлять за собой последнее слово, — это была очень дорогая сумочка! От «Hermes», коллекционная — вы понимаете, сколько она стоит, мсье?

В соседнем кабинете пронзительно зазвенел телефон, через минуту зашел дежурный и деловито зачастил:

— Товарищ капитан, двух парней, похожих по приметам, видели на железнодорожной станции, около касс.

— Хорошо. Сообщите их приметы линейным отделениям милиции на железной дороге. Что ж, граждане. Вы пока свободны, — обратился капитан к потерпевшим. — Когда найдем преступников, сразу вам сообщим.

Милицейский «газик» с двумя старшинами, стрельнув пару раз для важности выхлопной трубой, набирая скорость, двинулся в сторону железнодорожного вокзала. Пол, призвав на помощь все свое хладнокровие, курил сигарету у входа в дежурную часть. Маргарет, окаменев, сидела на улице, на видавшей виды скамейке, уставившись в одну точку.

— Стоит ли так убиваться по какому-то фотоаппарату? — услышала она вдруг голос подруги по несчастью. Француженка наклонилась и участливо заглядывала в глаза. Маргарет не сразу ответила, ворча про себя: «Эта потаскуха хочет мне показать, что может стойко переносить удары судьбы». Но правила приличия заставили ее все же произнести:

— Нет, нет, фотоаппарат здесь ни причем. Я просто очень испугалась. Мой муж — сотрудник посольства США, и вы знаете, это неприятно, когда появляется полиция…

Неожиданно из-за спины француженки показалось лицо Пола.

— Делать здесь больше нечего, мы уезжаем.

Маргарет с трудом поднялась на одеревеневших ногах. Пол взял ее под руку и направился к своей машине.

— Господин Маккой, — услышал он голос лейтенанта, — погодите уезжать. Если они не успели сесть в электричку, их сейчас привезут сюда, и, может быть, вы будете нужны для опознания.

«Да, так я вам и поверил», — подумал про себя дипломат. Но делать было нечего, он сел с Маргарет в машину и стал ждать.

— Что от тебя было нужно этой француженке?

— Ничего, просто она хотела подбодрить меня.

Через полчаса вернулся «газик». Подойдя к открытому окну, за которым был виден дежурный, старшина развел руками.

— Все понятно. Ждать больше нечего, — и Пол решительно надавил на педаль газа.

За два года до похищения в провинциальном ресторане дамской сумочки произошло событие исторического масштаба: в 1975 году тридцать шесть стран подписали Хельсинские соглашения. Началась эпоха детанта — разрядки международной напряженности. Советские диссиденты подняли голову. Им удалось в атмосфере «братания» Востока и Запада превратиться из случайного собрания недовольных советской властью в общественное движение. Западные инакомыслящие тоже ликовали: их симпатии к Советскому Союзу теперь не нужно было скрывать. У Центрального разведывательного управления США и разведок стран НАТО были свои причины радоваться подписанным соглашениям — теперь для дипломатов были сняты ограничения в посещении многих ранее закрытых районов, например, в Московской области. В те годы Москва была надежно защищена тройным кольцом противоракетной и противокосмической обороны. И, когда под щелканье фотокамер дипломаты стран НАТО пожимали руки улыбающимся мидовцам, подмосковные автотрассы уже утюжили посольские автомобили, оснащенные новейшей разведывательной аппаратурой. Западные разведки не могли поверить в свалившееся на них счастье. Русские сами открыли им шлагбаумы на пути к своим стратегическим секретам.