Э. Винсент - Лето мафии

— Привет, Винни, — сказал он. — Я слышал, тебя выписали еще вчера.

— Верно, — подтвердил я. Мне не хотелось расстраивать Сидни рассказом о том, что еще произошло с тех пор, поэтому я поспешил переменить тему. — А тебе, судя по всему, гораздо лучше.

— Совершенно верно. Врачи по-прежнему беспокоятся, но я уже чувствую, что иду на поправку.

— Замечательно, Сидни. Ребята передают тебе привет.

Сидни улыбнулся.

— Как они?

— В полном порядке. Они внизу. Для посещений еще слишком рано.

— Передай им, я очень рад, что они пришли… — Сидни никак не решался задать следующий вопрос. Взяв стул, я пододвинул его к изголовью кровати и сел. Наконец Сидни поднял взгляд и спросил: — Полиция задержала тех, кто на нас напал?

— Пока что нет, но обязательно задержит, обещаю.

— Это ведь снова был Колуччи, правда?

— Да, вместе с тремя своими дружками, — машинально ответил я.

— Извини, Винни…

— За что?

— Это я во всем виноват.

— О чем это ты?

— Колуччи…

— Что Колуччи? — Внезапно до меня дошло, что я напрасно подтвердил подозрения Сидни. — Ты что, с ума сошел? Колуччи не имеет к тебе никакого отношения!

— К нам, — поправил Сидни, поникнув. — Это я потащил тебя в библиотеку. Все получилось, как и говорил Прыгун.

— Сидни… — Я остановился, стараясь придумать, как быть одновременно терпеливым и твердым. — Мы уже прошли через это… Послушай. В сравнении с тем, что сейчас происходит, мы с тобой меньше, чем комариные яйца. Тут действуют такие фигуры, как мой отец и Костелло, Петроне и Анастасия, и Дженовезе, и бог знает кто еще. Но ты должен мне поверить, Сидни, — ни в чем себя не вини, потому что мы тут ни при чем!

Сидни пытливо всмотрелся в мое лицо, затем кивнул.

— Ну, хорошо, Винни… раз ты так говоришь…

— Я так говорю.

— Ну, хорошо, — повторил он, робко улыбаясь.

Успокоившись немного, я ответил ему широкой улыбкой.

— Не будем больше об этом. — Встав, я пожал Сидни руку. — А теперь я должен идти. У нас с ребятами есть одно дело. Я снова загляну к тебе утром.

— Хорошо, Винни. Береги себя.

— Я всегда берегу себя. И ты береги себя.

— И я тоже всегда берегу себя, — ответил Сидни.

Помахав на прощание, я вышел из палаты.

К тому времени, как мы вышли из клиники «Белльвю» и поехали в сторону тоннеля Холланд, гроза закончилась. Жара возвратилась, и вместе с влажностью они превратили город в парящее болото. Уже смеркалось, когда мы проехали под Гудзоном в Хобокен и помчались к Гамильтон-парку.

Бенни и Рыжий поставили свой «Форд» в пятидесяти ярдах от дома с объявлением агентства недвижимости «Атлас». Мы встали следом за ними. Бенни вышел из машины, и я шагнул ему навстречу.

— Ну как? — спросил я.

— Минут десять назад вернулась Глория. Принесла целую прорву белых коробок с проволочными ручками.

— Еда на вынос из китайского ресторана. Значит, Колуччи с дружками по-прежнему здесь, — сказал я. — Ждем. Думаю, фараоны нагрянут с облавой, как только стемнеет.

Когда мы успели выкурить по пять сигарет, к дому подкатили четыре патрульные машины. Двое полицейских обошли дом сзади, двое заняли места по бокам, а четверо поднялись на крыльцо. Даже на удалении квартала мы услышали, как один из полицейских заколотил дубинкой в дверь, крича:

— Колуччи! Открывай! Полиция! Выходите с поднятыми лапами!

Последовали недолгие препирательства, и наконец дверь открылась и из дома вышел Ник Колуччи с поднятыми руками. Все то время, пока на него надевали наручники, он ругался и стонал. Затем в дом вошли двое полицейских, и через минуту они вывели Станковича и братьев Руссомано. Все были в наручниках. Полицейские усадили задержанных в машины и уехали. Вся операция заняла не больше пяти минут.

— Что теперь? — спросил Мальчонка.

— А теперь начинается самое интересное, — сказал я. — Завтра в девять утра встречаемся у тебя дома. А сейчас едем назад.

Дважды помигав фарами, я развернулся и направился обратно к тоннелю. «Форд» последовал за нами.

Закончилась среда: я на свободе, Джи-джи и Чаки мертвы, Недотрога жаждет отмщения, Анастасия вернулся из Италии, а Колуччи, Станкович и братья Руссомано задержаны полицией, — но у нас по-прежнему не было ничего на Дженовезе.

Глава 54

Утренняя бульварная пресса пестрела сообщениями о внезапной кончине Джорджио Петроне. «ПЕТРОНЕ СКОНЧАЛСЯ ОТ СЕРДЕЧНОГО ПРИСТУПА» — кричали газетные заголовки. «Джорджио Петроне, подозревавшийся в связях с мафией, умер своей смертью… родные и близкие потрясены… Давний „соратник“ Петроне Недотрога Грилло от лица семьи сообщил, что прощание с телом покойного состоится в пять часов в погребальной конторе „Ренальди“ в Куинсе».

Неожиданная смерть Петроне стала главной темой разговоров всех полицейских управлений Нью-Йорка, но в первую очередь Центрального южного, поскольку именно в этом районе находилась его штаб-квартира. Кроме этого, в управлении со смехом обсуждали задержание четырех подозреваемых в Хобокене, совершенное с нарушением закона.

Придя на службу в восемь часов утра, детектив Сассо первым делом взглянул на четверых задержанных. Никаких вопросов — они полностью соответствовали описанию четырех нападавших у библиотеки, которое дали монахини. Решив, что к задержанным проявит интерес Дэнни Коллинз, Сассо позвонил в Восемнадцатый округ. Обменявшись с Дэнни парой фраз по поводу внезапной кончины Петроне, Сассо сообщил, что четверо задержанных, возможно, имеют отношение к взрыву бомбы в квартире Бенни Вила; опознание назначено на четыре часа вечера.

Прощаясь, Сассо сказал:

— Всего хорошего. Жду вас с братом на опознании.

Лейтенант Макрей, наш осведомитель в Центральном южном управлении, позвонил Анджело и рассказал ему о звонке Сассо через пять минут после того, как Сассо положил трубку.

Бенни проснулся рано, поставил на плиту кофейник и купил в соседней булочной дюжину рулетов. Как и было условлено, ребята собрались в девять часов. Последним пришел Порошок, за которым шлепала Энджи. Он принес пакет с дюжиной пончиков с повидлом. Взглянув на рулеты, которые раскладывал на столе Бенни, Порошок заорал:

— Это еще что за рулеты? Сегодня мой день!

Мы по очереди покупали выпечку на завтрак, и Порошок, судя по всему, решил, что Бенни нарушил очередность.

— Память у тебя дырявая! — возразил Бенни. — Я четко помню, как говорил, что именно я покупаю рулеты.

Посмотрев Бенни в глаза, Порошок сказал:

— Бенни, уверяю тебя, я никогда не забываю то, что касается еды!

Задумавшись над его словами, Бенни наконец признал:

— Разумный довод. Признаю свое поражение. Обвинения сняты. — Ухмыльнувшись, он впился зубами в пончик. Порошку в глаз брызнуло клубничное повидло.

— Господи! — взвизгнул тот, отскакивая назад и принимаясь вытирать глаз. — Да ты меня ослепил!

Сбегав к раковине, Бенни намочил полотенце в горячей воде.

— Держись, старина, помощь уже идет.

Подскочив к Порошку, он шлепнул ему на лицо полотенце, от которого шел пар.

— А-аа-а! — взвыл Порошок. — Урод, так еще хуже! — Вырвав полотенце у Бенни из рук, он лихорадочно помахал им, остужая, после чего снова промокнул себе глаз.

— Вот кто просил тебя покупать пончики с повидлом? — с укором произнес Бенни. — С рулетом такого бы не произошло.

— Прошу прощения, — вмешался я. Меня не переставало поражать, что каким бы серьезным ни было положение, ребята никогда не переставали подкалывать друг друга. Порошок и Бенни посмотрели на меня. — Вы закончили? — спросил я.

Пожав плечами, они с глуповатым видом закивали. Тут и остальные, включая Энджи, повернулись ко мне. Даже Рыжий перестал строгать спичку, закрыл нож и поднял взгляд.

— Вот и хорошо, — сказал я, отставляя чашку с кофе. — Сегодня утром я случайно услышал, как Анджело говорил моему старику о том, что в четыре часа дня монахинь пригласят в полицию, где они должны будут опознать Колуччи, Станковича и братьев Руссомано.

— Они их опознают, — заметил Мальчонка.

— Правильно, — согласился я. — После этого отец позвонил Костелло и сказал, что ему необходимо немедленно договориться с судьей об условиях освобождения под залог.

Порошок раскрыл рот от изумления.

— С какой стати он оказывает любезность этим подонкам?

— Ты ошибаешься… отец хочет спрятать Колуччи от меня. Он попросил Перро, своего адвоката, чтобы тот забрал Колуччи и передал Анджело, а Анджело спрячет его там, где я не смогу найти. — Я прервался на то, чтобы закурить сигарету, затем продолжал: — Бенни и Рыжий будут караулить у полицейского участка. Как только Анджело заберет Колуччи, вы проследите за ним и определите, куда он его отвезет. Остальные остаются ждать, не приедет ли кто-нибудь за Станковичем и братьями Руссомано. Если приедет, разделитесь и следите за ними. Я хочу знать, где спрячется каждый из этих ублюдков.