Смерть в вишневой «девятке» - Николай Иванович Леонов

class="p1">— Да. Это со слов самого главаря банды, — разъяснил сыщик. — Как мы уже сказали, они с младшим Сафроновым давно в корешах ходят. Так что Максиму не составило труда попросить братца о помощи, когда те где-то накосячили.

— А мы еще смотрели да диву давались, — продолжил напарник, что у них так все идеально. — Ни следа, ни улики. Но они наверняка там были.

— Что же, это еще один камушек в огород Сафронова-старшего, — заметил Александр. — Правда, боюсь, тогда мы можем разворошить осиное гнездо. Если кто-то там в наших рядах по его просьбе улики уничтожал.

— Да, это неприятно, — согласился Лев Иванович. — Но я не думаю, что там кто-то вроде начальника экспертно-криминалистической лаборатории.

— Не скажи, — возразил оперативник. — Вы же всей картины пока не видите. Этот ваш главарь ссылается только на слова своего дружка. А как уж там на самом деле, кто его знает.

— Да, в том и дело. Саша, у меня к тебе очень большая просьба. — Гуров посмотрел на Колокольцева.

Тот улыбнулся.

— Я понял. Дать сигнальчик, когда старшего Сафронова за задницу возьмут.

— Да. Тогда нам и младшего расколоть будет проще.

— Не вопрос. И, как я уже сказал, долго вам ждать не придется.

— Заранее спасибо, — сказал Станислав.

— Пока что не за что. А вот вам — да. За интересную информацию о Сафронове.

— Свои люди — сочтемся. Слушай, а на Максима уголовного дела нет?

— Пока что нет. Но вполне возможно, что тоже будет. Это еще, так сказать, неподтвержденные данные.

— Без вины виноватых не бывает, — философски рассудил сыщик.

— Это факт, — кивнул Александр.

Они поговорили еще немного на другие, более отвлеченные темы. Колокольцев рассказал про служебную поездку в Нижний Новгород, друзья поделились своими байками и сплетнями. И все-таки выпили чаю, после чего поспешили откланяться, ибо у всех была своя работа.

— А не такой уж и раздолбай этот Максим, как нам на первый взгляд показалось, — заметил Крячко, когда они вернулись к себе в кабинет.

— Нет, он — человек явно не глупый, это видно, — согласился с ним сыщик. — Хотя я бы не сказал, что и самый умный.

— Он, может, и стал бы гораздо умнее, если бы не дурака валял, а делом занялся.

— Вполне возможно. Но, как мне кажется, у него детство в одном месте еще играет и не дает нормально жить, — сказал Лев Иванович, вспомнив слова своей супруги.

— Знаешь, у меня тоже такое ощущение было, когда я с ним беседовал, — поделился Стас. — Вроде взрослый человек, действительно неглупый, но поведение как у двадцатилетнего юнца. Или вообще подростка. Хотя ему уже лет сорок. Или сорок один, кажется.

— Это просто его старшему брату не надо было младшенькому потакать, а уж тем более сажать себе на шею.

— Ну, знаешь, Лев Иваныч, если бы не хотел, давно бы с шеи скинул, — заметил напарник. — Но, по-моему, Сафронову просто удобно, чтобы Максим был под рукой когда надо. А за это можно и всякие привилегии да плюшки ему выписать.

— Получается, братец на побегушках, — схохмил Гуров.

Станислав усмехнулся.

— Хорошо сказано. Но вообще-то верно. Поэтому заработает наш Максимка еще одну статейку, теперь уже из-за махинаций своего благодетельного родственника.

— Это если докажут, — подчеркнул сыщик. — Потому что Сафронов-старший, вполне возможно, не сдаст его. Ну, либо скажет, что использовал Максима втемную, мол, братишка ничего не знал и так далее и тому подобное.

— Да, скорее всего, он постарается младшего вывести из-под удара. Правда, за посредничество во взятке он даже срок может не получить. Ну, либо «условняк» схлопочет. Хотя я бы такого родственника сам прибил.

— Родню, Стас, не выбирают.

— Да знаю я. И знаю то, что в каждой семье свои отношения. Но, Лева, дело-то не в этом. А в том, как мы будем дальше этого Максима раскручивать на организацию бандитской шайки и прочее пособничество.

— Как-то да будем, — твердо и уверенно заявил Лев Иванович. — Но пока что нам с тобой придется подождать.

— Пока, как Колокольцев сказал, старшего Сафронова за задницу не возьмут?

— Вот именно.

— Слушай, а сейчас-то с младшим что? Следаки его уже обработали?

— Под подписку его выписали, — сообщил Гуров. — Ты уж извини, не успел тебе сказать.

— Ну, Прокопчук, ясное дело, уехал в СИЗО. Тут можно было даже не сомневаться.

— Это само собой разумеется.

— Кстати, а если Сафронов деру даст? — задал вполне закономерный вопрос Крячко.

Сыщик немного помолчал.

— Тоже такая мысль приходила в голову. Но, как мне кажется, — нет. Никуда он не сбежит.

— Почему ты так уверен в этом? — поинтересовался Стас.

— Если честно, я не на сто процентов уверен. А где-то на восемьдесят пять. Максим сейчас думает, что он целиком и полностью под защитой старшего. Что тот либо отмажет его, либо поможет отвертеться от судимости с помощью хорошего адвоката. А когда у тебя есть уверенность в завтрашнем дне, ты же не будешь метаться как уж на сковородке.

— Ну, с этим не поспоришь.

— Единственное, что он может сделать, — попытаться дать деру, когда старший Сафронов действительно пойдет под монастырь. И еще знаешь что…

— Что?

Лев Иванович сделал небольшую паузу.

— Я полагаю, что Максим не в курсе неприятностей брата. Я имею в виду то, что тот уже в уголовное дело попал.

— Думаешь, он не рассказал младшему? — поинтересовался напарник.

— Что-то мне подсказывает, что нет.

— Самоуверенное и наглое поведение Максима подсказывает?

— В том числе.

— Да уж, доверительные отношения у братьев, — покачал головой Станислав.

Гуров пожал плечами.

— Знаешь, о таком не всегда рассказывают, даже родным. Сколько раз было, когда такие факты становились для родственников какого-нибудь взяточника неприятным сюрпризом.

— Бывало, не спорю.

— Вот и здесь, похоже, так же. Так или иначе, но, скорее всего, старший Сафронов по каким-то своим соображениям не стал делиться с близким родственником возможными грозящими неприятностями.

— Все может быть, — согласился Крячко. — Значит, тогда ждем?

— Ждем, — кивнул сыщик. — Но не просто так ждем сложа руки и ожидая у моря погоды.

— Да понял, не дурак. Другие дела у нас никто не отменял.

— Я не об этом, Стас.

— А о чем?

— А давай-ка мы с тобой пособираем информацию о личности Максима Сафронова.

— Хм, — протянул Стас.

— Вдруг что-то интересное всплывет, — подмигнул Лев Иванович.

— Лева, ты же меня знаешь, — раскрыл руки напарник. — Я за любой кипиш, кроме голодовки. С кого начнем? С родни? Хотя нет, родня — это старший брат.

— Да, его лучше пока не трогать. Ну, если только сам не заявится к нам. Можно начать с друзей, знакомых.

— А кто его самый лучший друг? — улыбнулся Станислав.

— Ну