Неделя - Наум Люмпен Рубин

за время сухого закона. Сейчас под контролем, считай, весь Джерси Сити. Вряд ли кто-то отсюда осмелился бы на такое.

— А Нью-Йорк?

— Не знаю.

— Ты сказал, вы сильно выросли. Кто-то из Нью-Йорка мог сожжением лидера заживл показать вам, что не такие вы уж и сильные?

— Это не демонстрация — Майкл покачал головой — демонстрируя силу, убийцы не делали бы всё так скрытно. Может, оставили бы записку какую. Но ничего.

— Тогда это предостережение. От кого-то из агломерации, кому сейчас война нужна менее всего. Есть в Нью-Йорке организации, такие как ваша, у которых всё не слава богу?

— Понятия не имею — он, вздохнув, убрал блокнот и ручку в карман — разберешься?

Я пожал плечами.

— Дай мне время. Завтра я этим займусь, вечером зайду в ночное небо, расскажу, что узнал.

Он кивнул, мы кое-как вышли из беседки и направились к гостям. Дорогу перегородил принц со стаканом бренди. За ним девушка в черном жилете несла поднос ещё с несколькими стаканами. Принц вопросительно глянул на нас, Майкл взял один с подноса, я не стал. Девушка, поклонившись, молча вернулась к гуляющим.

— Как продвигается, господа? — он с видимым удовольствием отхлебнул немного. Я даже пожалел, что отказался.

— Не слишком быстрыми темпами, но мы их ищем. И мы их найдём.

У принца чуть заметно дернулось веко на левом глазу.

— Майкл, я даю тебе неделю. Неделю, слышишь? Ты работал с моим отцом, и я ценю это, правда. Но если ты окажешься бесполезным, я поставлю на твоё место своего человека,

которого я знаю как себя. Исключительно из уважения к тебе я пока этого не делаю.

— Думаешь, так просто искать убийцу, когда копы молчат и даже не дают осмотреть труп?

Майкл перестал улыбаться.

— У тебя неделя. Не справишься, и ты в пролёте. Замечательный бренди, кстати. Честь имею.

Он развернулся и зашагал к столу, очевидно, собираясь начать церемонию. Майкл устало вздохнул и снова улыбнулся.

— Сроки ты слышал. Похоже, на сей раз мне не спихнуть всю работу на кого-то другого.

— Вот как ты обычно делаешь?

Майкл оставил вопрос без ответа.

— Вот что мы сделаем, Эд… Эдвард же, правильно? Вот. Мы с тобой с утра возьмём машину и поедем в агломерацию. Я сброшу тебя на Манхэттене, а сам поеду в портовые недра Бруклина. Вечером делимся информацией и догадками.

***

Ночь, звёзды, ветер. В тарелках на столе остатки еды, на тумбах в саду недопитые бокалы. Машин у ворот уже меньше — некоторые гости разъехались, кто-то уснул в гостевом доме на другом конце сада, кто-то задремал в беседке. Пахло осенней свежестью.

— Думаешь о поступке Джастина?

Он выходнул в небо струйку дыма.

— Он сделал всё правильно, полагаю.

Они стояли на крыльце хозяйского дома, он курил, она устало потягивала ром. Вокруг всё живое погрузилось в сон.

— Давай по порядку.

— Давай.

— Я своими глазами видела, как принц поставил тебя на счётчик. Ну это пусть. За неделю справишься. А вот ультиматум гостям вызовет скандал.

— Не вызовет.

Она непонимающе нахмурилась. Он улыбнулся.

— Все согласятся с условиями. Их предприятия и так были в наших руках, просто теперь всё будет официально. Они войдут в нашу организацию, получат должности и зарплаты, прибыль уйдёт к нам. Убийство Фрэнка было сигналом. Тот, кто его отправил, просто заберёт себе и деньги, и помещения, а хозяев оставит без гроша. Они это понимают. Лучше сотрудничать с нами.

— Постой — она поставила бокал на перила — ты сказал ему сделать это?

Он кивнул.

— Это безумие. Решил подмять Джерси Сити? Зачем?

— Во-первых не только Джерси Сити, во-вторых так надо.

Она вздохнула. Помолчали.

— Майк.

— Мм?

— Я давно хотела сказать. Боялась, ты не одобришь.

— Говори, одобрю — он затянулся и медленно выдохнул.

— В конце весны мы ездили по делам на Манхэттен, помнишь?

— Не тяни — окурок полетел в кусты. Лейн поморщилась — кто?

— Злиться не будешь?

— Не буду.

— Он из ирландцев.

Майкл прикрыл лицо руками.

— Ну, я догадывался. Будь это человек, ты бы уже давно сказала.

— Майк.

— Ладно, не придираюсь. Надеюсь, он, если не глава, то хотя бы родственник центральных бруклинских бомбил. Да? Нет? Жаль. У тебя плохой вкус, Лейн. Его отец знает?

— Думаю, тоже догадывается.

— Он будет счастлив узнать, что ты не итальянка. Устрой нам встречу в пятницу утром. Пусть берут семью, друзей и всех тех, кто считает разумным что-то со мной обсуждать.

— Не выйдет. В пятницу у них что-то типа общего сбора.

— Знаю, не слепой. Что ж, пусть делают выбор. Надеюсь, родственные узы у них выше национальных.

— О встрече попросил Джастин Хоукс?

Он помотал головой.

— Не попросил. Назначил. Встречу назначил Майкл Око Хит.

Она улыбнулась.

— Выходишь на свет божий?

— Даю тебе повод для гордости. Допивай и пойдём, а то холодно.

Она засмеялась, и ей почему-то вдруг захотелось оставить себе что-то от этой сентябрьской ночи. Тогда Лейн не знала, что её брат начал разыгрывать важнейшую в жизни партию против всего и всех сроком в одну неделю. Она думала о том, что сентябрь дарит, пожалуй лучшие в году ночи, а он лишний раз вспоминал, всё ли нужное сказал своему единственному родственнику, не забыл ли что-то, о чём будет жалеть. И обоим почему-то казалось, что больше в их жизни таких ночных разговоров никогда не будет.

Четверг, 15 сентября.

Тучи, двухполосная дорога, свист тормозов и сплошная стена дождя. Крохотный козырёк над крыльцом кирпичного дома. Припаркованные под крыльцом машины. Офис. Два окна, прикрытых жалюзи, дорогой деревянный стол и кожаное кресло для хозяина с одной стороны, стул для гостя — с другой. Тикают настенные часы. Под ними на той же стене подробная карта Бруклина. В кресле сидит хозяин этого офиса, Камилло Корсини, по левую руку от него стоит новый стратег бруклинских итальянцев, Сильвестро Мариотти. Напротив на мягком обитом тканью стуле расположился Майкл. Хозяева молчали.

— Полагаю, вы уже знаете, зачем я здесь, поэтому перейду сразу к делу. Я предлагаю вам пять процентов.

Италтянцы переглянулись.

— Значит, организация Хоукс желает перевести поставки под наше крыло в обмен на пять процентов от стоимости каждой закупки — заговорил стратег — вы это хотите сказать?

Майкл спокойно кивнул. Стратег указал на висящую на стене карту.

— Мы не говорим "нет" на этом, но ставку стоит пересмотреть. Пяти процентов не хватит.

Хозяин дважды медленно кивнул.

— Я склонен согласиться с Сильвестро, пяти процентов мало. Посудите сами — он упёрся взглядом в Майкла — вы предлагаете нам