Зеркало Архимеда - Наталья Николаевна Александрова

на дальнюю стену комнаты — ту, возле которой раньше стояло кресло с секретом.

— Смотрите-ка, а вот и картина!

— Ну не то чтобы картина…

На стене висел большой цветной календарь. На нем был тропический остров, возле которого стояли на якорях катера и яхты.

— Вы это видите?

Один из парусников на календаре был как две капли воды похож на греческий корабль с гравюры.

— Это не может быть случайностью!

Геннадий подошел к стене, снял с нее календарь.

Стена была оклеена обоями в геометрических узорах. На том месте, где висел календарь, обои не так выцвели, и выделялся более яркий прямоугольник.

И в самом центре этого прямоугольника было едва заметное плоское отверстие.

Геннадий переглянулся с Леной и вставил в это отверстие плоский ключ.

Ключ подошел как нельзя лучше.

Геннадий повернул его…

И тут же раздался негромкий щелчок, и часть стены отодвинулась в сторону, как дверь купе.

За ней был темный проем.

Лена заглянула в темноту.

Сразу за потайной дверью начиналась узкая лесенка, уходящая вниз.

Лена переглянулась с Геннадием, и они стали спускаться по этой лесенке в неизвестность.

Спускались они недолго, лесенка сделала только два поворота, и перед ними оказалась еще одна дверь.

В этой двери была замочная скважина — и к ней подошел тот же плоский ключ.

Геннадий открыл дверь и шагнул в темноту.

Лена включила подсветку своего телефона.

Они оказались в просторной комнате, все стены которой были уставлены стеллажами.

А на полках этих стеллажей были аккуратно сложены десятки папирусных свитков…

Геннадий бросился к одному из стеллажей, развернул первый свиток, второй и восторженно воскликнул:

— Демокрит… Пифагор…

Тут же он отшатнулся от стеллажа и проговорил:

— Что я делаю… к ним нельзя прикасаться руками… им больше двух тысяч лет… с ними нужно обращаться бережно…

Он повернулся к Лене и проговорил:

— Это поистине исторический момент! Мы нашли бесценное сокровище… сокровище человеческой мысли!

Тут его взгляд упал на одну из полок, где лежал лист обычной бумаги, исписанный наклонным почерком.

Геннадий схватил его и начал читать:

«Тому, кто нашел мое сокровище… нет, что я пишу! Это не мое сокровище, оно принадлежит человечеству! Это чудом сохранившаяся часть великой Александрийской библиотеки.

Должен пояснить, как это сокровище попало ко мне.

В процессе своих исследований я нашел решение одной из важнейших, фундаментальных проблем физики, проблемы соотношения пространства и времени. Косвенным результатом этого решения является возможность перенесения материальных объектов в другую точку пространственно-временного континуума…»

— Боже мой, как это сложно… — прервала Лена Геннадия. — Нельзя все это перевести на обычный язык?

— Ну да, это то, что обычно для краткости называют телепортацией. Я участвовал в некоторых экспериментах профессора.

Геннадий продолжил:

— «Я поставил несколько экспериментов такого перенесения. В результате этих экспериментов мне удалось перемещать сначала небольшие предметы, а потом и достаточно большие. В процессе работы я создал в этом доме постоянную точку телепортации…»

— Ну да, в той кладовке!

«И вот в ходе одного из экспериментов я пытался переместить небольшой предмет — и вдруг передо мной появилась груда прекрасно сохранившихся папирусных свитков…

Сначала я не мог понять, что произошло и откуда взялись эти папирусы — но, изучив свитки, я понял, что передо мной — часть великого александрийского собрания.

Среди них были труды Платона и Демокрита, Геродота и Ксенофонта… да можно долго перечислять только имена великих ученых античности.

Наконец, я понял, что случилось.

В далекой древности некий великий ученый пришел к тому же решению фундаментальной физической проблемы, что и я, и провел телепортацию свитков.

По зрелом размышлении я понял, что это мог быть только Архимед — только его гению под силу было такое открытие.

Когда я проводил свой эксперимент по телепортации, наши усилия совпали. Мы оказались в одной точке пространственно-временного континуума, в результате чего свитки переместились не только в пространстве, но и во времени…

Также я понял, что Архимед переместил эти манускрипты в последний момент перед пожаром, уничтожившим Александрийскую библиотеку. Переместил их, чтобы сохранить для человечества. Не знаю, как сам Архимед оказался в библиотеке — но подозреваю, что он погиб во время этого пожара».

Мастер Архимед удивленно оглядывался по сторонам.

Он находился в огромном помещении, наподобие величественного, грандиозного храма.

Резной потолок этого помещения поддерживали мраморные колонны с фигурными капителями, между этими колоннами стояли ряды столов и шкафов.

Все эти шкафы были заполнены многочисленными папирусными свитками и пергаментными манускриптами. Также и на столах лежали манускрипты, но там они были разбросаны в беспорядке — должно быть, с ними работали какие-то ученые, которые неожиданно бросили свою работу и разбежались.

Мастер Архимед подошел к одному из этих столов, взял в руки брошенный там манускрипт, начал его читать…

Несомненно, это был фрагмент «Истории» великого Геродота. Книга первая, Клио…

Архимед бережно положил манускрипт на прежнее место, взял другой…

Он прочел несколько строк — и, без сомнения, понял, что держит в руках запись диалога «Тимей» великого Платона…

С трудом оторвавшись от чтения, он положил манускрипт на прежнее место, взял следующий…

Перед ним был удивительный труд какого-то древнего ученого.

Изложенные в нем мысли показались Архимеду прекрасными, он сам не так давно пришел к подобным выводам…

Он положил этот манускрипт, взял следующий, прочел первые строки — и понял, что перед ним работа великого Демокрита о мыслимости движения. Та самая работа, из которой Архимед извлек свои идеи, которые привели в конечном счете к способу перенесения материи в иные пространства…

Архимед бросал один манускрипт и хватал другой, и не мог остановиться.

Перед ним были великие сокровища мысли и знания…

В какой-то момент он понял, что оказался в великой Александрийской библиотеке.

Он много слышал об этой библиотеке, где один из Птолемеев, царей Египта и наследников Александра Македонского, собрал величайшие достижения человеческого разума — многие тысячи свитков и манускриптов…

Десятки его посланников собирали эти манускрипты в Греции и Персии, в Египте и Вавилоне…

Поработать в этой библиотеке, впитать все эти сокровища мысли — это была заветная мечта каждого греческого ученого!

И Архимед не был в этом смысле исключением.

Одно смущало его: почему в библиотеке не было ни души? Почему манускрипты в беспорядке брошены на столах?

Но тут между рядами столов и шкафов показался низенький человек с нечесаной бородой, в порванной и мятой тунике.

Сильно хромая, он устремился к Архимеду и воскликнул:

— Господин, что ты здесь делаешь? Почему ты не ушел вместе с остальными?

— Ушел? Почему я должен уходить? Я только пришел сюда и хочу