Царица роз и три папы - Янина Корбут

законными делами. И однажды он мне говорит: кому-то понадобился частный самолет, чтобы из России незаконно привезти сюда кое-кого. Петрас от приятеля услышал. Тот как раз занимался организацией этого дельца. Конечно, мне стало интересно, что да как. Но самолет вылетал не из твоего города, и я поначалу даже подумать не мог…

– А как ты узнал?

– Ребята, которые вас разгружали, тоже были знакомые знакомого Петраса. Ну и проболтались, что привезли какую-то красивую девку. Они еще думали, что кто-то себе наложницу заиметь захотел. Но их сбило с толку наличие рядом с девкой тощего кроссдрессера с собачкой.

– Почему это Славик кроссдрессер? – обиделась я за приятеля.

А потом вспомнила, что он был в парчовом халате и тапочках с помпонами. Прибавить сюда его мелирование, сережку в ухе и собачку под мышкой. Короче, диагноз понятен.

– Мне это описание что-то напомнило, но я и здесь не насторожился. Конечно, стало интересно, что там за красавица, если ради нее частный самолет в пандемию на воздух подняли и кучу людей подкупили.

Я презрительно кивала в такт его словам, как бы намекая «зарекалась свинья в апельсинах не валяться», а Дубровский продолжал:

– Ну и один из тех, что вас перегружал, фоточку показал. Он успел щелкнуть, когда вы еще в самолете валялись.

– Хотел кроссдрессера своим показать?

– Думаю, русскую красавицу. Это же Европа. Переодеванием мужчины в женщину тут никого не удивишь.

– Это да.

– Вот, собственно, и все. Спросить напрямую, кто заказчик, я не мог. Во-первых, меня сразу взяли бы на карандаш, а во-вторых, мне бы никто ничего не ответил. Уверен, те ребята сами толком ничего не знали. Но я понял главное – ты опять вляпалась в какую-то историю. И мог только благодарить Бога, что оказался тут по странному стечению обстоятельств. Хотя мне было бы приятнее думать, что мы связаны невидимой нитью. Как тебе история?

– Блеск! Ты следил за домом, где нас держали?

– Да, надеялся, что получится помочь тебе раньше. Но, видимо, кто-то не очень доверял твоим похитителям, потому что за домом постоянно присматривали. Чаще всего это был какой-то байкер на мотоцикле. Я даже знал, где у него наблюдательный пункт. На ночь он обходил дом и потом кому-то звонил, докладывал обстановку. В ту ночь, когда вы сбежали первый раз, я наблюдал за домом в бинокль, но не успел вас перехватить. Мой наблюдательный пункт был в значительном отдалении. Для безопасности. А этот, на мотоцикле, видать, заметил неплотно прикрытые ворота. Скорее всего, он и поднял панику, разбудил ваших придурков. Он тогда сразу кому-то позвонил, и ему на подмогу подъехал второй тип на минивэне. Короче, я понял, что охраняют не только вас, но и ваших похитителей. Все под колпаком.

– Так это ты тогда в горах бегал с пистолетом? – дошло до меня наконец. – А приехал на велике?

– Я, конечно. Говорю же, хотел помочь. Но найти вас сразу не смог, да и силы были неравные. Сначала чуть с горы не сорвался. А потом мне едва не наваляли. Они кинулись за мной в пещеру, но их было двое, а я один. Пока они толкались, мне удалось ускользнуть.

– Что-то больно у тебя все складно. Вообще-то, мы слышали выстрел.

– Ладно, – миролюбиво согласился Дубровский, словно речь шла о мелочи. – Мне пришлось стрельнуть для острастки, чтобы не лезли за мной. Там был сквозной выход, и я ушел. Хорошо, что сработал фактор внезапности. У этих громил не было с собой огнестрельного оружия. Вас они планировали взять голыми руками.

– Тут еще такое дело… Они взяли заложников. Ну, все наши постояльцы. Их привезли на микроавтобусе.

– Я видел это шоу.

– Это ни в чем не повинные люди, но их выкрали и доставили сюда, чтобы мучить меня и заставить говорить. Их почему-то интересует Миша, но я об этом ничего не знаю. А вот то, что мы сбежали… Теперь их могут убить!

– За это тоже не волнуйся. Я же видел, куда их отвезли. Дом в конце поселка, где жила ваша горничная. По дороге за вами я проезжал мимо и выпустил их на свободу.

– В каком смысле выпустил? – опешила я. – Как попугайчиков? Это же живые люди…

– Пришлось вырубить того типа, что их охранял. А дальше я сказал им – бегите, вы свободны!

– Какой-то ужас! – не поверила я, но Дубровский перечислил всех, кто был в доме, и я поняла: он не врет.

– Ну, чем мог – помог. Дальше пусть сами выбираются. При известной ловкости можно добраться до города и сдаться полиции. Насколько я понял, они не такие ценные свидетели, как ты. Взяли их для массовки. В конце концов, всем не поможешь. Ты у меня была в приоритете. Я и так себе нажил тут кучу неприятностей.

– Ну извини, – огрызнулась я, хотя понимала, что снова обязана ему многим.

– Теперь твоя очередь рассказывать, – заявил Дубровский, но так как мы уже подъехали к нужному дому, разговор пришлось отложить.

Я успела только узнать, что местечко, куда нас привезли, называется Камена Вурла. Коттедж с мансардным этажом выглядел совсем маленьким – 120 квадратов от силы.

Хозяйка встретила Дубровского как родного, похлопала по плечу и что-то игриво сказала на местном языке. Думаю, спросила, не невесту ли он привез. Я устало улыбалась, Славик вертел головой по сторонам, но благоразумно помалкивал.

На первом этаже я успела рассмотреть гостиную, кухню и еще одну дверь, ведущую, видимо, в ванную комнату. Из окон открывался захватывающий вид на гору. Мебель деревянная, но достаточно старенькая. На стенах висели ковры, на диванчиках были разложены вязаные салфеточки и вышитые подушечки. В вазах стояли розы разных оттенков, очень свежие и ароматные. На лестнице дремали два пятнистых кота. Одним словом, колоритно, в туристических местах такого не увидишь.

Маленькая и полная хозяйка ходила медленными шажочками и почти при каждом шаге громко вздыхала. Мы вместе с ней поднялись по лестнице, хотя за то время, что она вздыхала, я бы успела уже раз пять сбегать туда-сюда.

Сверху, навстречу нам, с шумом и смехом сбегали детишки. Мальчик и девочка лет девяти-десяти. Кажется, близнецы. Хозяйка ласково укорила их, и я поняла, что это ее внуки. Ребята, пробормотав что-то на греческом, сделали вид, что движутся медленно. Но почти тут же понеслись вниз с прежним шумом.

Она открыла потертую дверь, и мы оказались на мансардном этаже. Там было пыльно, но очень уютно. Две комнатки по разные стороны от лестницы.

Дубровский многозначительно наморщил лоб, но я решительно ухватила приятеля за руку