Никотин убивает… - Хейер Джорджетт

— Нет, я не о том. Не посвящал ли он вас в дела, которые его семье были неизвестны?

Рамболд, казалось, опешил.

— Что вы, сэр!

— А вы встречались с ним в день его смерти?

Рамболд удивленно поднял брови:

— Да нет! Я был в отъезде и вернулся только через несколько дней!

— Ну ладно, не придавайте моим вопросам много значения, — улыбнулся Ханнасайд.

Эдуард Рамболд вернулся в библиотеку. Там шел ожесточенный спор.

— Мама! — почти в слезах кричала Стелла. — Неужели ты говоришь откровенно, что не помнишь, кто мыл твой медицинский стакан?! Ты же сама сказала мне, что моешь его всегда собственноручно!

— Ну и что же, детка? Это вполне житейское дело, — отвечала миссис Мэтьюс.

И вдруг посреди этой перепалки Гай сказал спокойно, как будто не о себе:

— Знаете ли вы, что по завещанию мне достаются деньги тети Гарриет?

Стелла осеклась и отвернулась.

— Деньги! — горько сказала миссис Мэтьюс. — Да она их в жизни в глаза не видела. Не будь дурачком, Гай. И кроме того, мне кажется, сейчас не очень-то красиво говорить о том, что оставила или МОГЛА оставить тебе тетка…

— И тем не менее это около четырех тысяч, — сказал Гай, пытаясь выглядеть спокойным. — Чертова прорва денег. Даже не знаю, что мне с ними делать.

Стелла демонстративно прокашлялась и выбежала из комнаты. В холле она почти машинально взяла телефонную трубку и стала набирать номер.

Через несколько гудков ей ответил чей-то вежливый голос.

— Добрый день! Нельзя ли позвать мистера Мэтьюса к телефону? — сказала Стелла.

— Мистера Мэтьюса нет дома, мэм, — с непоколебимым достоинством отвечал голос.

— А… А когда он может вернуться?

— Не сказал, мэм. Может быть, вы передадите ему что-нибудь?

Но Стелла положила трубку, обернулась — и убедилась, что Гай последовал за ней и теперь стоял за ее спиной.

— Какого черта ты звонила Рэндаллу? — спросил он недобро.

Стелла густо покраснела.

— В конце концов, он юридически — глава семьи… И к тому же он знает явно больше нашего об этом деле…

— Он только пытается убедить нас в этом! — ухмыльнулся Гай. — А во всем деле он — сторона! Ведь его не было здесь, когда умер дядя, и его не было здесь, когда умерла тетя! Какого же черта он может знать больше нашего?

— Не знаю. Я ведь не говорю, что он их отравил. Я имела в виду совсем другое… — Стелла порывисто схватила брата за руку. — Послушай, с чего это ты вылез со своим наследством от тети Гарриет?

Гай засмеялся.

— Ну да, конечно, все равно это всплыло бы рано или поздно, так какой мне расчет скрывать это? Пусть знают все!

Еще до обеда Рэндалл позвонил в "Тополя".

Трубку подняла Стелла и, услышав его бархатный голос, сказала:

— Ага, вот наконец и ты! Где ты был? А я тут…

— А, я был на бегах, милая. А чего ты хотела от меня, никчемного?

— Рэндалл, случилась ужасная вещь… Не знаю, как сказать… Тетя Гарриет умерла!

Последовала некоторая пауза.

— Ты слышишь меня? Они решили, что она была отравлена!

— Я слышу тебя, — сказал Рэндалл. — Но кто такие «они», решающие?

— Во-первых, Дерек Филдинг, а во-вторых, полиция. Это вообще-то не телефонный разговор. Будет патоанатомическая экспертиза, представляешь? Опять!

— Ну и чего же ты от меня ждешь, моя ласточка? — нежно спросил Рэндалл.

— Кажется, ты намекал мне на то, что можешь уладить дело… Так ты не смог бы приехать к нам сюда?

— Смог бы, но не собираюсь пока. Наверное, завтра. А ты хочешь меня видеть?

— Я хочу, чтобы ты вывел нас из тупика. Ты говорил, что…

— Куколка моя, ты можешь спокойно забыть все, что я тебе говорил. Раз тетя Гарриет отравлена, все мои прежние расчеты потеряли всякий смысл, увы. Я приеду к вам завтра.

Этим ей пришлось удовлетвориться. Она не сказала матери, что Рэндалл приедет, надеясь, что та будет в церкви во время его визита. Но миссис Мэтьюс вернулась из церкви рано и вместе с мистером Рамболдом в придачу, а Рэндалла все не было и не было. И только около половины первого на дорожке, ведущей к дому, показался его новый "мерседес".

Миссис Мэтьюс, которая, похоже, не спала ночь, томным голосом расписывала мистеру Рамболду благодатные чувства христианского смирения, испытанные ею в церкви, когда вошел Рэндалл.

— Можно подумать, тебя здесь кто-то ждал, Рэндалл, — не поворачивая головы, бросила ему миссис Мэтьюс вместо приветствия.

— И все равно мне страшно любопытно послушать о вашем духовном очищении в церкви, — склонил голову Рэндалл, еле заметно улыбаясь.

— Мистер Мэтьюс, у вашей тети такое потрясение… — деликатно вставил мистер Рамболд.

— Мы все потрясены, — сказал Рэндалл. — Но я не вижу особых причин горевать у миссис Мэтьюс, разве что ее неаккуратно припер к стенке доблестный суперинтендант. Я прав, тетя Зау?

— Почему вы так говорите? — спросил Рамболд. — Что вы имеете в виду?

— Вообще-то, — заметил Рэндалл, критически оценивая узел своего галстука в зеркале у камина, — вообще-то я видел его в последний раз в страшном охотничьем запале. Он, похоже, кое-кого уже выследил…

— Ты шутишь? — воскликнула Стелла.

— Маленькая моя! Шутить — в столь ранний час?

Он еще раз оглядел свое отражение, остался им недоволен и повернулся к присутствующим.

— Так о чем же ты, Рэндалл? Кто этот кое-кто?

— Бог с тобой, дорогая, кто же может знать об этом? Известно только, что его зовут Джон Гайд. Вы знаете человека с таким именем, миссис Мэтьюс?

— Нет, Рэндалл, и я совершенно не понимаю, что ты несешь!

— А каким образом этот Гайд связан со смертью мисс Гарриет? — спросил Рамболд. — Кто же он и что ему было нужно…

— Именно это полицию как раз и заинтересовало, — заметил Рэндалл. — Полиция выслеживала его, как только могла. Но теперь это как бы не имеет значения. Он умер.

— Умер? — переспросил Рамболд.

— И очень надежно умер, — усмехнулся Рэндалл. — Вплоть до газетного объявления о похоронах.

Рамболд почему-то испуганно уставился на Рэндалла:

— Как, объявление в газете? Но… — он потер себе подбородок. — О чем вы говорите, дорогой мой? Сперва вы сказали, что за ним охотится полиция, а потом — что он умер. Так где же смысл?

— О, тут пропасть смысла, — заявил Рэндалл. — Полиция не слишком доверяет газетным объявлениям. Они не считают, что Гайд умер. Они думают, что после убийства Грегори Мэтьюса он просто ушел в бега. И поэтому смерть тети Гарриет для них совершенно непонятна. Она как бы отменяет версию с Гайдом.

Стелла, слушавшая этот диалог со все возрастающим удивлением, спросила:

— А что ему было делить с дядей? Почему он убил его?

— В самом деле, непонятно! — кивнул Рэндалл.

— Тогда почему полиция его подозревает?

— Потому, что он неожиданно пропал.

— Да, но…

— Не истощай свой и так небогатый интеллект восклицаниями типа "да, но!" а постарайся подумать. Полиция не любит людей, которые вдруг хлоп — и пропадают… По-моему, это резонно.

— Но ведь нужны еще какие-то соображения, чтобы считать его убийцей! Мало ли кто пропадает — или умирает! — сказал Рамболд, отчего-то возбуждаясь.

— Полиция выяснила, что у Гайда были всякие делишки с Грегори Мэтьюсом. Они поехали к этому Гайду, но не нашли его. Стали искать его бумаги — и тоже не нашли. Их там не было.

— Не было — где? — спросил Рамболд.

— В сейфе депозитария. Все это довольно таинственно. Вы спросите лучше об этом у суперинтенданта.

Миссис Мэтьюс глубоко и прочувствованно вздохнула.

— И все же мне непонятно, Рэндалл, как вся эта белиберда, что ты рассказываешь, может быть связана со смертью твоей тети.

— И вы как всегда, милая тетя, попали не в бровь, а в глаз своим вопросом! В том-то и дело, что никак!

— Тогда зачем мы теряем время на пустые разговоры?..

— Для разнообразия, — Рэндалл светски улыбнулся. — Но я готов обсудить и смерть тети Гарриет, если это вам доставит большее УДОВОЛЬСТВИЕ… Где же и как она умерла?