Татьяна Луганцева - Принцесса безумного цирка

— Будешь что-нибудь? — обратился к Лене Никита.

— Апельсиновый сок.

— Два апельсиновых сока и шоколадку, — заказал Никита и расплатился.

— Давай выпьем за то, чтобы мы в дремучих лесах Трансильвании все-таки отыскали Иру с ее неудачно пошутившим женихом, — предложил он.

— Если, конечно, это была всего только шутка, — кивнула головой она. А затем строго сказала: — И хватит паясничать!

Стюардесса на обратном пути наклонилась над Никитой и промурлыкала бархатным голосом:

— Мужчина, вы так напряженно сидите, расслабьтесь… Может быть, подать вам виски или коньяк?

Ее глаза проникновенно заглядывали в его глаза, ее белокурые волосы слегка касались его лица, а белоснежная блузка чуть-чуть, на одну пуговицу, была сейчас расстегнута больше, чем позволяли приличия. Лена аж вспыхнула, настолько неприкрытой ей показалась эта сценка соблазнения. Она еле удержалась, чтобы не открыть рот. У ее спутника на лице не дрогнул ни один мускул. Он спокойно осмотрел лицо стюардессы, остановившись на ее губах, и ответил:

— Нет, красавица, выпивать я не буду. А напряжен я потому, что рядом со мной сидит очаровательная женщина с рыжими волосами, — улыбнулся он, покосившись на окаменевшую Лену.

«Что он все улыбается? Меня это раздражает! Корсет носит, а все туда же… Напряжен он… Да он по-другому и сидеть не сможет! — распалялся ревнивый мозг Лены. — Женщины к нему так и липнут. Даже несмотря на его отнюдь не лучшую физическую форму».

У стюардессы огорченно опустились уголки рта, и она пошла дальше, умело виляя стройными бедрами.

— Вот кто у нас напряжен, так это ты, — взял Никита руку Лены в свою. — Сделать тебе массаж или пощекотать за ушком?

— Я уже жалею, что поехала с тобой. Ты настоящий развратник, и женщины легкого поведения это чувствуют. Успокаивает одно: что ты еще не в силе, и я легко смогу тебя усмирить, если будет в том надобность.

— Да, ты не относишься к особам легкого поведения, — мечтательно посмотрел вслед стюардессе Никита и вздохнул. — Ты у нас кремень! Крепость! Только тебе бы не помешало прибавить немного женственности и способности флиртовать.

— С тобой, что ли, мне флиртовать? Да я скорее в монахини пойду! Жить с таким котом, словно на пороховой бочке… Нет уж, увольте! — Лена раскраснелась, понимая, что Никите доставляет удовольствие заводить ее.

Через три часа они благополучно приземлились в Бухаресте.

— Что мы будем делать в чужой стране, без знакомств, поздно ночью? — поежилась Лена, плетясь за широкой спиной Никиты по трапу.

Он шел, тяжело опираясь на трость, и излучал вокруг себя волны оптимизма. Она почувствовала искру, протиснувшись между ним и все той же стюардессой, когда та стояла в дверях и желала всем доброго пути. И теперь настроение Лены упало ниже нулевой отметки.

— Никогда не бывал в Бухаресте! — произнес Никита, оглядывая маленький аэропорт. — И именно ты со своим знанием языков боишься пропасть? Я вот один только английский знаю, и то страха не ощущаю. Деньги у нас есть. В чем проблема, красавица? Проедемте в нумера!

Никита все-таки заработал от нее подзатыльник и наконец успокоился. Таксисты в любой стране мира не спят в любое время суток, предлагая свои услуги. Изучив карту Румынии еще в самолете, Никита прикинул, что горнолыжный курорт «Пояна брашов» расположен довольно далеко от столицы, и сразу туда попасть им с Леной не удастся, придется искать ночлег в Бухаресте. Но на всякий случай задал вопрос о курорте. И его искренне удивило, что первый же таксист согласился отвезти пассажиров туда. Правда, и сумма, предложенная Никитой, была не маленькой. Таксист суетливо погрузил багаж иностранных туристов, причем Никита еле влез в салон странного румынского автомобиля «Дача».

— Дорога длинная, можете поспать, — на ломаном русском языке сказал водитель, мужчина лет пятидесяти, который, видимо, в социалистические времена в школе изучал русский язык и немного помнил его.

— Ложись, — предложил Никита свое плечо Лене, но она только передернула плечами и стала смотреть в окно. В такой тесной и неудобной машине трудно было заснуть.

Ночной Бухарест показался ей большим и просторным городом с широкими улицами, красивыми скверами и парками и невысокими домами старой застройки.

— Вот дом правительства, — похвастался водитель, проезжая мимо громадного серого здания, — самый большой в Европе, его построили еще при Чаушеску. Он хотел произнести с балкона торжественную речь, но его арестовали, а потом расстреляли вместе с женой. Да вы, наверное, знаете.

— Сурово вы поступили со своим председателем центрального комитета партии, — подтвердил Никита, продемонстрировав знание новейшей истории. — А вместо Чаушеску с этого балкона первым выступил Майкл Джексон. Только он ошибся и, приветствуя зрителей, сказал не «Здравствуй, Бухарест!», а «Здравствуй, Будапешт!» И этим поверг всех в недоумение и шок.

— Точно, он тогда здорово посадил нас в калошу, — подтвердил водитель, располагаясь к Никите доверием за такое знание истории Румынии.

Мужчины завели тихий разговор о разных нейтральных проблемах: о погоде, о политическом строе в стране, о занятости населения в различных сферах хозяйства, о пути, выбранном Румынией после распада социалистической системы, и так далее. Лена сидела, прислонившись головой к дверце, и продолжала смотреть в окно. Освещенные улицы Бухареста постепенно сменились промышленными, пустынными кварталами, а затем бескрайними холмистыми полями с густой темной растительностью, что именно на них росло, не было видно. Сама дорога была извилистой, огибавшей каждый холм и узкой, поэтому, чтобы обогнать впереди идущую машину, приходилось выезжать на встречную полосу, от чего душа у Лены уходила в пятки. Но водитель вел машину очень уверенно, чувствовалось, что ездить по местным дорогам для него привычное дело. После нескольких часов монотонной езды началась гористая местность, и машина стала подниматься по серпантину то на одну гору, то на другую, а потом точно так же спускаться с каждой горы.

— Если бы не было гор, доехали бы по прямой очень быстро, — пояснил водитель, — а так будем наматывать лишние километры.

Монотонное кружение по горной дороге сломило сопротивление Лены сну, она склонила голову на сильное плечо Никиты и задремала, поэтому последней части пути не увидела. Когда Никита легонько растолкал ее и она открыла глаза, они уже прибыли на место назначения.

— Курорт «Пояна брашов», — сказал водитель с усталыми, красными от напряжения глазами. — Куда вам?

— А есть выбор? — поинтересовался Никита, выбираясь из машины и помогая выйти Лене.

— Это большой курортный город, и здесь много отелей и лечебниц. Зимой отдыхающие катаются на лыжах, а в такое время года лечатся на минеральных источниках.

— Так здесь и лечение есть? — приятно удивился Никита.

— Ну да. А вы разве не лечиться приехали? — посмотрел на его трость шофер.

— Можно и подлечиться, тем более что ты уехал из Москвы, прервав свой реабилитационный курс, — согласилась Лена. — Отвезите нас в какой-нибудь лечебный центр.

— Ты забыла, зачем мы сюда приехали? — спросил Никита.

— Ну и что? Не забираться же нам высоко в горы в это время года. Или ты страстный горнолыжник, получивший при спуске травму позвоночника и не перестающий мечтать о новых трассах? — ехидно спросила она.

— Вообще-то сейчас, вне сезона, в здешних отелях снижена плата за проживание, — сказал водитель, послушав их перебранку. — А на лечебные процедуры можно ходить в соседнюю лечебницу. Многие так и делают. Кроме того, вами, как редкими постояльцами, будут дорожить, и обслуживание номеров будет на уровне.

— Тогда так и сделаем! — тут же поменяла свое мнение Лена.

— Зачем нам что-то экономить? — снова возразил Никита.

— После моего второго замужества я привыкла экономить, — сказала Лена.

— Теперь ты со мной, забывай свою вредную привычку! — распорядился Никита.

Лена поняла, что сейчас ему лучше не перечить, — он, как павлин, распушил свой хвост, и поплелась вслед за мужчинами. Водитель решил довезти своих клиентов до отеля и устроить их там, чтобы уехать со спокойной совестью.

— Вот тихий, уютный отель, и хозяева говорят по-русски, — привез он их к небольшому желто-белому зданию.

— Языки для нас не проблема, — вошел в свою роль Никита.

Лена возвела глаза к небу, прося для себя терпения, и заметила, что под названием отеля «Кондор» выгравированы четыре звезды. «Хорошо, что он не протестует против малой для его амбиций звездности», — подумала она.

Молодой парень на рецепшен встретил их в лучших традициях вышколенного персонала гостиницы — демонстрируя в улыбке ровные белые зубы. Водитель поставил сумку Лены на зеркальный пол из мраморной плитки, получил щедрые чаевые и был таков. Небольшой вестибюль отеля «Кондор» выглядел очень уютным благодаря красиво подсвеченным полу и потолку. Небольшие круглые оранжевые кресла приятно дополняли радостный фон интерьера, выдержанного в желтых тонах. Никита сразу же опустился в кресло, видимо, стоять ему было все же тяжело. Лена по-английски заговорила с администратором отеля, выясняя стоимость проживания и наличие удобств в номерах. Вскоре она повернулась к Никите с обескураженным видом: