Татьяна Луганцева - Принцесса безумного цирка

— Три дня назад просто не вернулась в номер.

— Может быть, она уехала в Россию, и мы с ней разминулись в дороге? — с надеждой в голосе спросила Лена, обращаясь к Никите.

— Оставив свои вещи и паспорт? — возразила Маргарита. — Один день ее подождали, а вчера в отель приезжала румынская полиция и расспрашивала всех об Ирине, о ее местонахождении. Затем забрали ее вещи и освободили номер, увезя все в участок. А на следующий день, то есть сегодня, заселились вы. Вот и все, что я знаю!

— А что знает полиция? — спросил Никита, так как Лена потеряла дар речи от сознания того, что они находятся в номере пропавшей Ирины.

— Да похоже, что ничего хорошего. Вернее, вообще ничего не знает, — ответила Маргарита.

— Почему вы так решили?

— С чего бы тогда их главный полицейский, который представился как Раду Мазаре, расспрашивал, что она, кто она, где она? И еще: с кем Ирина встречалась и к кому приехала?

— Это нормальные вопросы для следователя в любой стране, — предположила Лена.

— Но в то же время эти вопросы свидетельствуют о том, что им ни черта не известно, куда делась Ира? — возразила Маргарита, и с ней нельзя было не согласиться.

— А с кем она общалась? — спросила Лена.

— Вот и вы туда же… Откуда я знаю? Вам лучше с полицейским поговорить, он неплохо изъяснялся по-русски. К тому же он хоть какое-то расследование уже провел. Друзья, не хотите ли развлечься? — резко переменила тему разговора Маргарита.

— Развлечься? — переспросила Лена.

— Здесь прекрасная ночная дискотека при отеле. А не так далеко стоит цирк шапито. Там, говорят, потрясающая программа, но я еще не видела. Не хотелось идти одной. Знаете, если вы пойдете в цирк, то захватите меня, пожалуйста, с собой, — попросила Маргарита.

— Обязательно, — пообещал Никита.

— Ну, ладно, не буду больше вам мешать, а то, я вижу, вы еще вещи не успели разложить, — встала с кресла Маргарита и распрощалась со своими соотечественниками.

— Что ты о ней думаешь? О нашей соседке… — спросила Лена после минутного молчания. — Мне она показалась несколько надоедливой, навязчивой и даже бестактной. Как можно приглашать человека с тростью на ночную дискотеку?

— Хорошие, однако, ты оценочки людям даешь, — усмехнулся Никита.

— Поэтому я тебя и спрашиваю — как она тебе? Потому что я знаю свой грешок — часто оцениваю многие вещи неадекватно.

Никита задумчиво посмотрел на Лену, откинул от лица вьющуюся темную прядь.

— Если честно, она мне тоже не понравилась, но совершенно по другим причинам.

Лена вопросительно посмотрела на него.

— Я думаю, что она врет, вот и все! Такая словоохотливость и такая тоска по общению с русскими… как она накинулась на нас, едва мы переступили порог комнаты… Думаю, она не могла не прийти к Ирине и не пообщаться с ней так же, как с нами. Так что наверняка она знает о ней гораздо больше, чем говорит.

— Точно! А при ее словоохотливости и любопытстве она у любого человека выведает все, что ей надо и не надо. Ира же вообще человек не искушенный в жизненных делах, без поддержки мамы она должна была с радостью довериться такой милой женщине, посчитав ее за подругу. Тогда возникает вопрос: почему Маргарита солгала нам, что ничего не знает?

— Что Маргарита врет — это всего лишь наше предположение, не более того, — ответил Никита, — но думаю, что поближе сойтись с этой дамочкой и как следует с ней побеседовать нам следует. А сейчас мы поедем к полицейскому Раду Мазаре. Ты же не забыла, ради чего мы сюда прилетели?

Глава 17

Таксист с интересом посмотрел на парочку иностранцев, пожелавших, чтобы их высадили у главного и единственного в городке полицейского отделения.

— Мы можем поговорить с Раду Мазаре по делу русской туристки Ирины Курковой? — спросила Лена у дежурного полицейского по-английски.

По выражению его лица стало понятно, что он ничего из ее речи не понял, кроме имени своего начальника. Он поговорил с кем-то по телефону и кивнул одному из сотрудников, видимо, попросил его препроводить их по назначению. Полицейский, занимающийся делом об исчезновении Ирины, оказался достаточно молодым мужчиной невысокого роста, худощавым, подвижным, с острым носом и короткой стрижкой уже начавших выпадать темных волос.

Никита представил себя и свою спутницу, и Раду Мазаре пригласил посетителей присаживаться. Кабинет его был очень маленький, весь набитый не самой современной техникой — компьютер, факс, телефон, мини-холодильник, кулер с водой, воздухоочиститель и вентилятор. Комната даже чем-то напоминала склад подержанной бытовой техники.

— Мы приехали из России, чтобы разыскать свою знакомую Иру Куркову, — сказал Никита по-английски.

Раду его понял и ответил на русском, но с чудовищным акцентом.

— Говорите лучше по-русски, английский я понимаю еще хуже, — сказал полицейский. — Что вы можете рассказать об Ирине?

— Мы рассчитывали на то, что вы нам сообщите что-либо о ней, — ответил Никита.

— Сначала скажите, что известно вам, и кто вас направил ко мне, — настаивал Раду.

— Мы не из правоохранительных органов, прибыли по личной инициативе, так как были знакомы с ней, и нас об этом попросила ее мать, которая очень волнуется за свою дочь. В милиции от несчастной матери отмахиваются, ссылаясь на то, что Ира уехала с мужчиной в свадебное путешествие. Но ее маме и нам показалось странным, что Ира никак о себе не сообщила, хотя обещала.

— Почему вы приехали на розыск вашей знакомой сюда?

— Ее мать слышала, что Ира собиралась на курорт в «Пояна брашов», — ответил Никита, взявший в этом нелегком разговоре главенствующую роль.

— А ее мать случайно не слышала, с кем она собиралась здесь встретиться? — спросил следователь.

— Я так понимаю, что это самый главный вопрос во всей истории? — уточнил Никита.

— Совершенно верно. Мы точно знаем, что эту русскую женщину видели в сопровождении нескольких румынских парней, но причастность кого-либо из них к ее исчезновению доказать не удалось.

— Она ехала к кому-то конкретно, познакомившись на сайте в службе знакомств, — подала голос Лена.

— К кому? — снова спросил Раду, словно пришедшие к нему люди служили в российской милиции.

— Мы не знаем. Единственное, что нам известно, он — румын.

— Но это еще не означает, что ее похитил именно румын! — сразу же заступился за своего соотечественника Раду.

— Мы можем узнать, с кем она встречалась? — поинтересовался Никита.

— Я, пожалуй, скажу вам, вдруг вы что-то знаете об этих людях, — сказал полицейский, предварительно подумав. — Ее видели с портье отеля «Кондор», где она остановилась.

— Ира оформляла у него документы? — съязвила Лена.

— Нет, их видели гуляющими по парку и плавающими вместе в бассейне соседней лечебницы, и это не могло быть простой случайностью. Так вы знаете господина Виргила? — спросил следователь румынской полиции.

— Если мне не изменяет память, именно это имя я видела на табличке администратора «Кондора», когда мы туда вселялись.

— Так и вы живете там же? Очень интересно!

— Да, мы — одна банда! — воскликнул Никита, но его шутка была встречена мрачным взглядом Раду.

«Мог ли Виргил быть тем мужчиной, к которому ехала Ирина? — подумала Лена. — Что-то парень не выглядел сильно расстроенным, а ведь она в то время уже пропала…. Хотя, с другой стороны, что ему расстраиваться, если он сам же ее и убил? Убил… Почему я подумала, что Ира мертва?» — Лена испугалась своих мыслей и снова прислушалась к разговору мужчин.

— Вторым мужчиной, с которой видели вашу знакомую, был местный бизнесмен Людвиг, хозяин небольшой ткацкой фабрики в Трансильвании. И, наконец, она ужинала и завтракала (подчеркиваю!) в компании русского по имени Владимир, по фамилии Пахильченко, по русскому отцу Васильевич.

— Тоже турист? — спросил Никита.

— Директор местного музея ценных горных пород гор Трансильвании и для привлечения туристов соучредитель музея восковых фигур.

— Мадам Тюссо, — по инерции добавил Никита.

— Ну, у нас тут не такая шикарная коллекция, как у мадам Тюссо, но есть там экспонаты очень даже ничего. Самым примечательным в нашем небольшом музее является то, что многие предметы интерьера тоже сделаны из воска, а не только фигуры людей.

— С каких известных людей сделаны экспонаты из воска? Актрисы, политики?

— Нет, знаете, у нас, в Румынии, все делают имя на Дракуле и прочей нечисти. Поэтому и восковые фигуры в музее соответствующие. Смотреть на румынских политиков люди вряд ли пойдут. И вряд ли за их физиономии заплатят хоть один лей. Ведьма из Блер, Князь тьмы, Калигула, Дракула…

— Господи, все в кучу — герои из фильмов и мультфильмов плюс несколько исторических личностей незавидной судьбы, — прокомментировал Никита.