Скелет в расцвете лет - Янина Олеговна Корбут

Разговор со Славиком я спешно прервала под предлогом, что ко мне пришли. На самом деле я боялась проговориться.

Естественно, все мои мысли крутились вокруг ромашек и странной записки. Нет, все это на Дубровского не похоже. Цветы явно не от него, интуиция об этом так и кричит. Тогда кто послал букет с такой провокационной запиской? А главное – зачем? От меня ждут каких-то действий?

Скорее всего, хотят, чтобы я навела их на след Дубровского. Если это сделали его недруги, чтобы спровоцировать меня выйти с ним на связь, зачем им нападать на меня в машине? Слежку за собой я как раз могу объяснить, и потерянную перчатку, и типа, что ковырялся у меня в замке «жука». Может, хотели проверить машину? Точно, я же тогда оставила там рабочий мобильный, его было видно через стекло. Думали порыться в записной книжке…

Ноутбук чирикнул, отвлекая меня от мыслей, я подошла ближе и увидела – пришло письмо от неизвестного отправителя. Обычно это какой-то спам про очередной баснословный выигрыш или рецепт средства избавления от паразитов, но тут была всего одна фраза: «Никому не верь, будь осторожна». Без подписи, но в тот момент я почти не сомневалась – письмо от Дубровского.

– Ай да Дубровский, ай да сукин сын. Что же ты задумал? – пробормотала я, накручивая прядь на палец, но письмо на всякий случай удалила.

Похоже, у этого типа опять проблемы. Он что-то затеял, но меня посвящать в свои планы не намерен. И как это понимать?

Вечером, так и не дождавшись звонка от подруги, я набрала ее сама. Телефон был отключен. Не зная, на что решиться, я вспомнила про спортивный клуб. Абонемент сгорал, потому что из-за всех событий мне было не до спорта. А мне физическая активность хорошо помогает сосредоточиться. Сумка с формой всегда валялась в багажнике, и я решила: почему бы нет?

Как всегда, на занятие я опаздывала, потому что завозилась с ответами на деловые письма. Мест на парковке у спортивного клуба не оказалось, и мне пришлось оставить машину в соседнем переулке. И топать под моросящим то ли дождем, то ли снегом, кутаясь в пальто.

Мысли мои то возвращались к Алене и ее мужу, то в них вторгался Дубровский. А вместе с ним и многочисленные вопросы. Я задумалась, стоя почти возле пешеходного перехода.

Вокруг сигналили машины: где-то впереди, видимо, образовалась пробка из-за аварии. Я понадеялась перескочить дорогу перед темным внедорожником, что еле тащился от светофора. Уже занесла ногу, но все-таки решила пропустить машину. И зря. До меня дошло, что это тот самый темно-серый «Сабурбан». Ускорившись, тачка резко тормознула прямо возле меня.

А дальше я даже не успела понять, что происходит, как дверца хлопнула, какая-то вражеская морда дернула меня за руку и затащила внутрь. Я даже не пискнула.

Когда дверца снова захлопнулась, а машина тронулась, я поняла, что лежу на заднем сиденье, и судорожно сглотнула. Решительно попыталась придать телу приличное положение и оглядеться. Выскочить на ходу я не рассчитывала: сама слышала, как щелкали замочки на дверях.

Пальто задралось, кровь прилила к щекам. Мне стало жарко, но не это меня в данный момент тревожило. Теперь я видела, что в машине со мной находились минимум два парня. Род их занятий явственно читался на не обезображенных порядочностью лицах. Один был за рулем, другой – сзади, со мной. Он же и затянул меня в тачку.

Думаю, злая и растрепанная, смотрелась я со стороны комично. Но мой лысый сосед по сиденью выглядел безмятежно: сосал леденец на палочке и разглядывал что-то в окне. Казалось, дела до меня ему и вовсе не было. Радует, что на маньяка не похож, да и маньяки редко действуют парами. Водитель был помоложе, тоже лысый. Пялился на меня в зеркало заднего вида и временами похмыкивал. Сдув прилипшие на лоб волосы, я наконец решила подать голос.

– Всем привет, народ! – зашла я с неожиданного, вспомнив, что являюсь не только владелицей агентства праздников, но и сама провела их немало.

– И тебе здрасте! – заржал водитель. Любитель леденцов недовольно на него зыркнул. Видимо, он был в роли злого полицейского.

– Что, собственно, происходит? Зачем я вам понадобилась? – укоризненно вняла я к их гражданской совести, оглаживая пальто. Конечно, похищали меня уже не в первый раз. Но это всегда было очень некстати.

– Нам ты без надобности, а вот один хороший человек с тобой поболтать желает, – хихикнул водитель. – Не трясись, ущерба не будет. Надеюсь.

– Я тоже надеюсь, – пришлось вздохнуть мне. – Боюсь, как бы ущерб вам не причинили, когда папа узнает…

– Заткнись, а? – попросил леденцовый фанат. – Башка так трещит сегодня, сил нет. Лучше вспоминай, где твой хахаль.

– А ты не хами! – разозлилась я, вспомнив, что дома у Славика голодный Ну и Ну. – Запихали в тачку, везете непонятно куда. Это, между прочим, статья.

Леденцовый зыркнул устрашающе, и даже водитель стал смотреть на меня без приязни. В этом месте я решила на самом деле замолчать и не гневить судьбу, а лучше попытаться понять, куда мы едем. Да и над словами про хахаля поразмыслить не мешало бы.

Теперь я стала что-то понимать. И все-таки это из-за Дубровского. Вот и сосун нарисовался, который палочки у тополя обронил. Угораздило же меня связаться с этим типом (это я снова вернулась мыслями к Дубровскому). Как будто мужчин в мире мало? Хотя как я с ним связывалась? Мы даже не целовались ни разу. Так, платонический роман по редкой переписке. Понятно, что ничего общего с этим жуликом у меня и быть не может. Но как это объяснить вот этим типам?

И я принялась мысленно ругать саму себя. Надо было при первой же попытке Дубровского связаться со мной решительно слать его на все четыре стороны, перекрестив напоследок. И сейчас бы не тряслась от страха в тачке с двумя придурками. Так и знала, что вляпаюсь из-за него в проблемы.

Под это самоедство я едва не задремала, а когда резко открыла глаза, поняла: мы покинули город и мчим по трассе. Это совсем мне не понравилось. Наше место назначения понравилось мне еще меньше.

Какое-то село или деревня в километрах двадцати от нашего города. Судя по огням, жизнь в селе была, но жилых домов явно немного. В свете фар я заметила несколько домов с заколоченными ставнями, а два дома так и вовсе были полуразваленными. Ну и что мне это дает? Даже если