Миллион оттенков желтого - Елена Ивановна Логунова

что ниточка не оборвалась. Что ты имела в виду?

— Машину, конечно! Ты сама слышала: женщина со свертком, в котором был кот…

— Предположительно.

— …сказала мужчине, что они будут ждать его в машине. А ты хоть какие-то машины в этом дворе видела?

— Тогда? — Я наморщила лоб, припоминая.

— И тогда, и сейчас нет здесь никаких машин, кроме специальных, что доставляют стройматериалы и вывозят мусор. Из большинства зданий жильцов отселили, фактически люди остались только вот в этом, основном, с парадным фасадом по Гагаринской.

— А машины оставшихся где? — заинтересовалась я.

— По-разному. В любом случае — убраны отсюда на время затяжного ремонта, чтобы не мешать работам и проезду спецтехники.

— И не рисковать поймать на крышу дорогого авто упавший кирпич или мешок цемента, — кивнула я.

Знаем, проходили. У нас в краснодарском дворе летом делали ремонт фасада, так наша машина месяц у Ирки в пригороде жила.

— И что ты думаешь, случайно забурившееся сюда авто не бросилось бы людям в глаза, как бородавка на носу? — продолжила подруга.

— Полагаешь, мы найдем того, кто видел и запомнил ту машину? — угадала я. И тут же радостно вспомнила: — Может, и найдем! В тот день, когда мы с Палычем уходили от маленького домика, на улице как раз дворник трудился, опавшие листья сметал.

— А к дворнику у нас есть ключик! — еще больше обрадовалась Ирка. — Ты не забыла? Наша Шахноза — его жена! Мы попросим ее, она — его, и он нам все расскажет.

Мы дождались ухода Федоскиной, которую не хотели посвящать в ход расследования, чтобы раньше времени не обнадеживать, и пошли договариваться о содействии с домработницей.

Шахноза согласилась нам помочь и решила вопрос по телефону. С минуту поговорила с супругом на родном языке и снова перешла на русский, обрадовав нас сообщением: Наримон как раз закончил уборку мусорной площадки в соседнем дворе и готов пообщаться.

Наримон оказался крупным мужчиной с добродушным щекастым лицом. По-русски он говорил куда лучше, чем его супруга, и не затруднился с пониманием вопроса. Что еще лучше, человеком он оказался наблюдательным и памятливым. Или злопамятным — тут уж как посмотреть.

— Тот мужик к своей машине бежал — кучу листьев развалил, а я их сметал! — припомнил он обиженно. — Не извинился даже, плохой человек, некультурный совсем.

Мы, разумеется, спросили, как выглядел этот плохой некультурный человек, но тут Нариману особо нечем было нас порадовать — у того мужика на голове была кепка с длинным козырьком, затенявшим все лицо.

Я покивала:

— Точно, наш кадр!

И спросила:

— А женщина с ним была?

— С ребенком на руках? — подсказала Ирка.

Оказалось — была.

— Только сначала без ребенка, — сказал наблюдательный дворник. — Я видел, как машина в арку заехала, хотел еще предупредить: нельзя там стоять. Но мужчина и женщина очень быстро в соседнюю арку зашли. Я на другой стороне улицы работал, не успел к ним подойти, а кричать не стал, некультурно это.

— А как они выходили, вы тоже видели?

— Издали. Я на улице уже закончил, во двор ушел. Только иногда выглядывал, боялся, их машина грузовику помешает, строители ругаться будут, а это…

— Некультурно, — нетерпеливо кивнула я. — И вышли они уже втроем, да?

— Сначала тоже вдвоем: женщина с ребенком. А чуть позже мужчина в кепке прибежал, листья раскидал. — Наримон нахмурился. — Тоже в арку ушел, и машина уехала.

— Можете описать автомобиль?

— Черный. Русский. Или как правильно?

— Отечественный? — подсказала Ирка.

— Отечественный. — Дворник покивал, тряся щеками. — Кораблик впереди.

— «Лада», — уверенно заключила я. — «Приора», «Гранта»?

— Это не знаю.

— Номер не запомнили?

— Даже не видел, у меня не очень хорошее зрение. — Наримон нас сначала огорчил, а потом обрадовал: — Но запомнил антенну!

— Какую антенну? — Понурившаяся было Ирка встрепенулась.

— Дли-и-и-инную! — Наримон вытянул руку перед собой и плавным жестом увел ее через голову назад и с детским интересом спросил: — Зачем такая длинная?

— Значит, водитель в дороге радиосвязью пользуется, — объяснила подруга. — И не просто слушает, но еще и передает в эфир информацию.

— Зачем? — повторил дворник.

— Очень хороший вопрос, — пробормотала я. — Так или иначе, длинная антенна — это особая примета. Если мы эту машину увидим — узнаем.

— Если оглянетесь — увидите, — кивнул дворник. — Вот же она, снова в ту арку заезжает!

Кажется, я не просто оглянулась — обернулась в прыжке, но успела заметить только черный капот, втягивающийся в подворотню.

Решение пришло моментально:

— Ирка, живо беги к Федоскиной, у нас явно намечается развитие сюжета!

— А ты?

— А мне нельзя ему на глаза попадаться, он меня видел в маленьком домике, может узнать! — Я живо отступила за спину дворника. — Ира, шевелись, он сейчас выйдет!

Подруга полетела через улицу, как подхваченная ветром. И только она успела скрыться в парадной, как из ближайшей подворотни вышел мужчина.

— Он? — шепнула я Наримону.

— Тоже в кепке, — уклончиво ответил дворник.

Мужчина в кепке без промедления нырнул за дверь, которая еще не закрылась за Иркой. Я понадеялась, что подруга не встала столбом в парадной, а поднялась, как было велено, к генеральской квартире.

— Живо за мной! — Я потянула дворника за рукав форменной куртки, и мы в сцепке, как паровоз с вагоном, пересекли улицу. — Прижми дверь, чтоб он не сразу вышел!

Наримон послушно привалился к двери.

Я пробежалась вдоль фасада, на ходу отправляя вызов на смартфон Федоскиной.

Повезло: та ответила без задержки. Я не стала терять время на приветственные реверансы и долгие объяснения, решительно потребовав:

— Сбросьте мне кошачий трекер с GPS!

— Как?

— Быстро! В окно на улицу! С каким-то грузиком, чтобы ветром не унесло!

— Сейчас.

Я порадовалась, что Галина Андреевна много лет была замужем за служивым человеком. Правильная генеральская жена безошибочно понимает командный тон и исполняет приказы без пререканий и споров!

Не прошло и десяти секунд, как над моей головой проскрипела открываемая балконная дверь, а потом на тротуар с костяным стуком упала черепаховая щетка для волос. На ее ручку было надето черное с золотом эластичное кольцо.

Я подняла щетку и помчалась в подворотню, откуда вышел мужчина в кепке. Пробегая мимо Наримона, продолжающего держать дверь своим телом, бросила:

— Еще минутку!

Влетела под арку, сразу увидела черный автомобиль «Лада Гранда» с длинной тонкой дугой антенны, конец которой был закреплен на заднем бампере. Бесцеремонно заглянула в салон, чуть не расплющив нос о стекло, и с облегчением убедилась, что в машине никого нет.

На то, чтобы отцепить конец антенны, навесить на нее кольцо с трекером и снова загнуть тонкий металлический хлыст дугой, ушла даже не минута — секунд тридцать максимум.

Я успела отскочить от машины и спрятаться за штабелем кирипичей, когда появился мужчина в