Миллион оттенков желтого - Елена Ивановна Логунова

Амбарцумов. Вы не встречали это имя в бумагах Федора Наумовича?

— Я только вчера приступила к работе, — призналась я.

— Ну, если увидите что-то про папу, обратите особое внимание, это может пригодиться и для его мемуаров, — посоветовал Лев Артемович. — Когда вы планируете закончить книгу Федоскина? Спрашиваю, чтобы знать, как скоро вы сможете приступить к работе над моим заказом.

— Давайте сразу честно скажу: во-первых, я не уверена, что возьмусь за ваш заказ, — со вздохом призналась я. — Хотя бы потому, что месяц жить где-то за городом не планирую.

— А что во-вторых?

Во-вторых, я точно знала, что и мемуары Федоскина писать не стану, но этого говорить было нельзя. Честность честностью, а конспирация конспирацией.

— Во-вторых, я не мемуарист, а беллетрист. Вряд ли выдержу чистоту документального жанра. Советую вам поискать кого-то другого.

— Что ж, я вас понял. Давайте возьмем паузу и еще подумаем, возможно, вернемся к этому разговору позже. — Амбарцумов поднялся с лавочки, и тут же за ее спинкой материализовался референт.

Откуда он взялся, было непонятно. Если бы не безупречный вид костюмчика, я бы подумала, что наглаженный-напомаженный подполз к нам по газону, хоронясь под ковром опавшей листвы.

Мы раскланялись и разошлись в разные стороны: Амбарцумов с помощником — к выходу на набережную Мойки, я — к тому, что к Неве.

Поскольку на встречу с несостоявшимся заказчиком я потратила всего двадцать минут из имевшихся в моем распоряжении двух часов, можно было не спешить возвращаться в дом на Гагаринской. Я вышла на Дворцовую набережную, прошла в сторону Зимнего и спустилась к воде.

День был теплый и солнечный — редкость для Питера. По Неве сновали катера с любителями речных прогулок, по набережной толпами шли туристы, но на нижней площадке лестницы, уходящей прямо в воду, было пусто и относительно тихо. Эхо людских голосов, шумящих моторов, птичьих криков разбивалось о гранитную стену, как мелкие волны — о причал.

Я села на нагретую солнцем ступеньку и позвонила мужу. Рассказала, что у меня все хорошо, и, в общем-то, не соврала: случившаяся в квартире Федоскиной ночная трагедия меня особо не касалась. По сути, требовалось только помочь Галине Андреевне вернуть кота, который то ли сам сбежал, то ли был украден.

Я отправила Коляну фото парадного кошачьего портрета и сообщила, что мои мирные писательские труды у Федоскиной несколько осложнились, поскольку у генеральши пропал любимый питомец и я помогаю в его поисках. Муж согласился, что такой видный зверь заслуживает организации поисковой кампании, они с сыном, так и быть, терпеливо подождут, пока я выполню соответствующую миссию.

Поговорив с мужем, я позвонила тетушке. А вот она-то меня удивила и встревожила, с ходу заявив:

— Не хотела тебя беспокоить, но, раз ты сама объявилась, не удержусь и скажу: у нас чрезвычайное происшествие.

— И у вас кто-то умер?!

— Что ты, не настолько чрезвычайное!.. Постой, а у вас кто-то умер? Кто?! Неужели Галина не пережила вчерашнюю встречу с Марфинькой?!

— Не волнуйся, Галина прекрасно пережила даже сегодняшнюю встречу с трупом, — успокоила я тетушку.

Хотя нет, не успокоила.

— С каким еще трупом?!!

— Хороший вопрос…

— Лена! Я спрашиваю, кто у вас умер?!

— Вот и полиция спрашивала, но им никто не ответил.

В трубке послышалось шипение, я поняла, что тетушкино терпение на пределе, и постаралась объяснить:

— В квартиру Федоскиных среди ночи проник незнакомец. Мы не заметили, как он влез, и нашли его только утром — мертвым, в петле.

— Он проник туда, чтобы повеситься? — после паузы недоверчиво уточнила тетушка.

— Неизвестно, для чего он проник, — вздохнула я. — Это второй вопрос, оставшийся без ответа. Но вешаться точно не планировал, эксперт сказал, это вышло совершенно случайно. Он не собирался попасть в петлю, план был другой.

— Какой? Кто должен был попасть в петлю? Что за самоубийственные планы?! Лена, я считаю, вы с Ирочкой должны немедленно отказаться от этого… странного проекта! Пусть Галина сама разбирается со своими проблемами, у нее наверняка остались нужные связи!

— Она уже тряхнула ими, связями, я имею в виду, и к нам со следственно-оперативной группой приезжал какой-то товарищ ее мужа. Думаю, эти люди во всем разберуться. Лучше скажи мне, что у тебя за ЧП?

— У нас, — поправила тетушка. — У меня и у Кружкина. Представь себе, к нам тоже кто-то влез!

— Какое совпадение, — насторожилась я.

— Но мы этого кого-то не видели, — продолжила тетушка. — Ни живым, ни мертвым. Василий до утра где-то кутил, а я ночевала у Марфиньки, так что мы оба вернулись только утром и заметили следы проникновения. У Васи полный бардак…

— У Васи всегда бардак.

— Нет, то, что всегда он называет порядком, теперь даже по его меркам настоящий бардак. Похоже, в квартире что-то искали, перевернули все вверх дном. Даже пару половиц оторвали!

— И у тебя в квартире тоже? — расстроилась я.

Кружкину я не особо сочувствовала, он привык существовать в хаосе, а вот квартирка тетушки — уютнейшее гнездышко, полное очаровательных безделушек и милых старых вещей. Создать такой приют спокойствия — дело долгое, а разрушить его можно в момент.

— У меня не такое, но я точно знаю, что в квартире был кто-то чужой, потому что на полу остались капли крови. Похоже, чужому не повезло столкнуться с Волькой, тот яростно защищал наши рубежи и обратил врага вспять. — В голосе хозяйки героического кота прозвучала законная гордость.

— Волька молодец! Надо его наградить. Куплю ему парной телятины.

— Это само собой, ты мне другое скажи: в полицию обращаться или не стоит? Что-то мне подсказывает, там от нас отмахнутся. Ничего не пропало, никто не убит…

— Хм, а у нас как раз есть лишний труп, вот бы ваше и наше дело объединить… — подумала я вслух. И сама же решила: — Нет, не станет полиция рассматривать эти ЧП как взаимосвязанные.

Вывод напрашивался сам собой, и сделала его, что необычно, тетушка:

— Значит, попробуем разобраться самостоятельно.

Мы с Иркой вечно делим роли Холмса и Ватсона, а тетя Ида, похоже, решила стать мисс Марпл.

— Но вообще-то у меня к тебе другой вопрос, — сменила тему тетушка. — Напомни, какие котлеты просили мальчики? По-киевски или по-питерски, я не запомнила?

— Твои фирменные — по-питерски, но тебе необязательно так заморачиваться. — Мне стало совестно. — Я сейчас закажу им готовую еду…

— С ума сошла, Елена?! Вот помру, тогда и будете давиться готовой едой! — возмутилась тетушка. — А пока я жива, мне только в радость ощущать себя при деле и быть полезной, так что котлет нажарю, и не смей мне возражать! Солянка уже готова, я ее еще утром сварила. А доставит все твоим мальчикам Боря, он как раз вечером поедет из мастерской домой, я