Песики & Детектив - Артур Гедеон

рассказывать, мне дела делать надо. Короче, ты прав. Тут сплошной дурдом. Куда нам понять, тупым и нормальным.

Как выглядела Виолетта… Тот, кто слышал душераздирающие призывы зеленого Ричи, при первой встрече с Виолеттой никогда не сомневался: это хозяйка крикуна и мокрых тюфяков в окнах.

Она была женщиной непонятного возраста с хорошей спортивной фигурой, обычными, невыразительными чертами лица, которое явно не сияло в результате хоть какого-то ухода. Она могла быть одета в старые, жутковатые тряпки или, наоборот, в отличное, стильное и элегантное платье (Паша говорил, что в этих платьях ее мать получала международные награды за свои открытия). Причем в тряпках Виолетта могла сесть в такси и поехать по делам. А в элегантном платье пешком тащить мешки с кормом, сеном, травой и тому подобным для животных. У нее всегда было несколько собак. В квартиру к ней никто не заходил, но тот же информатор Паша рассказывал, что там живут кошки, много птиц, рыбки, хомяки и даже крысы, которых Виолетта в память о матери выкупает из лабораторий, когда их списывают по состоянию здоровья или по возрасту.

Вроде бы внешне она ничем не примечательный человек, но забыть ее или перепутать с кем-то другим невозможно. Во всем облике такая уверенность, решительность и что-то типа непобедимости. Взгляд небольших светло-карих глаз прямой, цепкий, изучающий и выносящий приговоры. Да и занятия ее редко похожи на то, что делает большинство людей. К примеру, одно время Виолетта выходила и подолгу гуляла по большому двору дома с нарядной детской коляской. Там находился ее пес бассет, у которого обнаружили онкологию. Это тоже вызывало неоднозначную реакцию. Одни мамаши возмущались:

— Мы тут детей в колясках возим, а она — больную шавку.

— А тебе не кажется, Катя, что среди людей есть такие мамочки, которые с детьми хуже обращаются, чем она с животными? — отвечала известная не только дому актриса Регина, которая после травмы позвоночника на съемках часами гуляла во дворе. — У меня уши глохнут от ора мамаш и плача детей. А как увижу, что здоровая тетка тащит ребенка, как мешок, по земле, реально отрывая ему руку, так бы и вмазала ей! Травма мешает.

С Региной никто не спорил. Она краса и гордость дома. С этой минуты возить собак в детских колясках всеми было признано одной из норм дома.

Наша история началась с того, что Регина во дворе у детской площадки что-то читала в своем телефоне, а Виолетта в черном стильном платье толкала перед собой реально телегу, набитую с верхом каким-то нечеловеческим грузом. Она вдруг резко свернула к скамейке и остановилась перед Региной:

— Добрый день, меня зовут Виолетта. Вы Регина, актриса, и мы соседи. Можно с вами поговорить?

— Конечно, — ответила Регина. — Я знаю, что мы соседи, кто вы и даже кем была ваша мама. Мне очень приятно с вами пообщаться.

— Нужна помощь, — резко сказала Виолетта. — Я не очень рассчитываю на вас лично, у вас же травма, но, может, возникнет идея. У вас много знакомых, конечно. Ситуация трагическая, и она усугубляется каждую минуту. Я не сплю уже две ночи, пытаюсь привлечь кого-то по интернету, но пока глухо.

— Что-то ужасное произошло у вас? — встревоженно спросила Регина.

— Практически да. У меня. Я случайно наткнулась на короткое сообщение в интернете, под ним совсем нет отклика и комментариев. В поселке под Владимиром в частном доме произошла кошмарная беда. Там жили три владельца — родители и сын. У них собака хаски Джина, пять лет. Пишет их соседка по поселку — ник Cola. Родители умерли, оба за несколько дней. Вроде чем-то отравились. Сын вернулся из командировки, похоронил, несколько раз его видели с собакой. А теперь он вроде исчез. Не выходит, по телефону не отвечает, дверь на звонки не открывает. Света в окнах нет. Собака воет. Точнее, еще вчера выла. Ближайшие соседи отказываются кого-то вызывать или взламывать дверь. Сама Cola живет далеко от этого дома. Отделение полиции вообще только в соседнем поселке. Она дозвонилась, но ее даже слушать не стали. Говорят, заявления принимают только от пострадавших и родственников.

— И что же мы можем сделать? — растерянно проговорила Регина. — Если ближайшие соседи отказываются. Их даже можно понять: мало кому хочется приближаться к такой беде, быть понятыми, давать показания. История, конечно, мрак, но, к сожалению, таких историй в интернете тысячи, если не миллионы. У людей, которые это читают, свои проблемы, о которых даже написать иногда некому или страшно.

— Да, их, наверное, очень много. Часто попадаются, — согласилась Виолетта. — Но в некоторых случаях удается пройти мимо: то сразу появляются отклики и предложения других людей, то не настолько зацепило. Но эта история стала моей. Я готова выть по ночам, чтобы меня услышала несчастная Джина. Короче, Регина, спасибо, что выслушала. Мне жаль, что расстроила тебя, я постараюсь что-то придумать.

Виолетта почти впряглась в свою телегу, но Регина ее остановила:

— Подожди, Вета. Я же пока ни от чего не отказалась. Просто не совсем поняла, чем именно я могу помочь. У меня нет опыта никаких спасений.

— Я понимаю, — обрадованно посмотрела Виолетта. — А у меня такой опыт есть. И я имела в виду всего лишь помощь машиной. У меня ее нет, посчитала, сколько это может выйти на такси — туда и обратно… да еще с ожиданием. Для меня нереально, разве что банкомат ограбить. Но такого опыта у меня как раз и нет. Но тебе, наверное, трудно сидеть за рулем, да и на месте неизвестно, что придется делать. Я просто озвучила, с чего можно начать, но пойму, если откажешься.

— Я не отказалась, — заставила себя сказать Регина. — Сидеть за рулем я могу, уже не раз пробовала. Все остальное, честно скажу, страшно и опасно. Мы, скорее всего, вдвоем ничего не сможем поделать или сами попадем в неприятности. В любом случае потащим за собой тяжесть беды совершенно чужого человека. А если у мужика просто запой, а мы начнем ломиться в его дом? А вдруг у него ружье… А вдруг он мертв… И это способно обернуться для нас кошмаром. Ты же, наверное, читала, что по факту загадочной смерти или явного убийства в первую очередь проверяют тех, кто нашел тело. А потом тупо вешают на них труп, чтобы дело якобы раскрыть.

— Да. Все понимаю, — сухо сказала Виолетта. — Но я вообще о Джине. О том, что надо ее выручать, иначе страшная гибель. И в случае запоя хозяина, что вероятно, а может, и родители умерли