Песики & Детектив - Артур Гедеон

чайка — все кричу над рекой времени, не замочив лапки.

Почти одновременно с бредом, извергаемым ртом Славика, у меня завибрировал телефон. Звонила мамуля. Из трубки доносились треск, шум и шуршание, словно мамуля куда-то бежит.

— Дарина, тут такое… Я сейчас прячусь в лесу!

— Что случилось? Где отцы?

— Скандал! Отцы пытаются разнять гостей! Началась драка!

— Из-за чего?

— Не могу говорить, сюда кто-то бежит…

Я, все еще ничего не понимая, набрала папе № 2. Тот точно должен был быть в отеле во время девичника.

— Доча, мамуля тебе не звонила? Не можем ее найти. Убегая, она что-то орала про то, что «Графиня с изменившимся лицом бежит к пруду». Как бы вплавь не попыталась…

— Да что происходит?!

— Философ, беги! — внезапно заорал папа № 2. — Наших бьют!

Я снова набрала мамуле. Та отозвалась шепотом и заявила, что уже вышла к трассе и сейчас ловит машину, чтобы сбежать.

— Твоя невеста узнала, что ее жених ко мне ласты клеил.

— Мама! Это как?

— Как, как… Я устала от одиночества и полезла на сайт знакомств. Ты же знаешь, я пользуюсь там большой популярностью. Чему залогом моя несравненная красота.

— Это все фото двадцатилетней давности, — влез с ценным замечанием Славик, который все слышал, прижав ухо к трубке.

— Молчи, глист, оно просто мое любимое! Я там в шляпке с вуалеткой. Короче, один пылкий юноша стал оказывать мне знаки внимания. Завязалась бурная переписка. Но мы ни разу не виделись. А тут этот девичник. Девицы эти поднакидались, стали вызванивать парней. Ну, те с мальчишника и явились. Я же не в курсе, кто жених, но своего сразу признала. Он пьяненький был, когда я подошла. Представилась. Так, мол, и так. Это я, твоя гейша.

— Гейша?

— Мы же из-за Славки в этих дурацких азиатских костюмах, лицо в белилах…

— А, так вот чего он не заметил, что оригинал с фото на двадцать лет не сходится, — опять прокомментировал мамулю Славик.

— Убери этого придурочного от телефона. Короче, жених целоваться полез, а тут заходит твоя невеста. И понеслось. Она давай орать, потом к своим девицам, бунт подняла. Те за мной — пришлось бежать. Как будто я знала, что это жених? Я думала, так, максимум свидетель. Я всякое повидала: пила коньяк из очешника, фарцевала колготками, даже ИЗО в школе преподавала. Но с чужими мужьями, тут уж извольте, не встречалась! У меня принципы.

— Какой кошмар! Там, похоже, драка, — прошептала я Славику. И набрала папу № 3.

Ответив на звонок, тот умирающим голосом выдал пророчество:

— Человек человеку волк.

— Папа! Папа, ты цел?

Трубку снова выхватил второй отец:

— Философ в нокауте. Говорит, ему невеста матерными словами карму пробила. Тащу его в безопасное место. Пусть в зале для йоги полежит. Сейчас про дзен точно никто не вспомнит. А-а-а, помогите, бабы зрения лишают! Дарина, срочно звони подполковнику, пусть приедет. Вот ты барбос, Философ! Ну, чего повис как неживой?

Мне ничего не оставалось, как трясущимися руками набрать первого отца. Я быстро объяснила, что в благородном семействе ЧП.

Папе не надо было объяснять дважды, он слишком хорошо знал родню.

— Высылаю группу захвата, — коротко отрапортовал он и на всякий случай спросил мои координаты.

— Славик, нам тоже надо ехать! — воскликнула я, пряча телефон в карман. — Как-то разрулить этот скандал. Представляю, что там сейчас творится… Едем в деревню за вещами — и в путь!

* * *

Прощались мы трогательно, словно прожили в Коровино минимум месяц.

— Как ты тут теперь, не боишься? — спросила я у Ниночки, укладывая сумки на заднее сиденье.

— Со мной обещал побыть Никита, пока у него отпуск. Он же из города сразу поехал за вещами. Сегодня к ужину будет. Пока осмотрюсь, а там решу, что делать. Теперь у меня есть охранница. Я назову ее Иля, — Нина потрепала по загривку счастливую даже на вид собаку, которую решила оставить себе. С этой целью Никита даже обещал смастерить Иле будку.

— Храни тебя бог и собака Илей, дитя мое, — перекрестил Ниночку Славик, утирая несуществующую слезу.

Я долго смотрела в зеркало заднего вида, пока фигурка Нины и лохматой собаки не стали крошечными. А потом и вовсе исчезли за поворотом. Я же все думала, какая она огромная — благодарность обогретой теплом собаки. И достойны ли мы, люди, такой преданности? Достойны ли мы гордого звания Человек?

— Конфетку будешь? — спросила я у Славика, чтобы не молчать.

— Будь я собакой, сейчас бы ты услышала от меня «гав-ням». А так отвечу просто и коротко: «Гав!»

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Примечания

1

Песня «Про дурачка», автор Егор Летов.