Делай, как я! - Иванович Джанет

– Я не хочу, чтобы было много гостей.

– Да со стороны Джо наберется больше сотни, – продолжала упрямиться бабушка.

Джо стоял за моей спиной.

– У меня приступ паники, – сказала я ему. – Дышать не могу. Язык распух. Сейчас подавлюсь.

Я взглянула на часы. Церемония продлится еще часа полтора. Уж такое мое везение, стоит мне уйти, как появится Эдди.

– Мне нужен свежий воздух, – сказала я. – Выйду на улицу на пару минут.

– Тут еще много людей, с кем я не разговаривала, – сообщила бабушка. – Встретимся позже.

Джо вышел со мной на улицу. Мы стояли на крыльце, вдыхая прохладный воздух, радуясь тому, что удалось убраться подальше от гвоздик, и наслаждаясь выхлопными газами. Фонари уже горели, и по улице стремился сплошной поток машин. Похоронное бюро за нашими спинами казалось праздничным. Хоть рок-музыки и не слышно, зато много разговоров и смеха. Мы сели на ступеньки и молча наблюдали за движением машин. Мы уже совсем расслабились, когда мимо проехал белый «Кадиллак».

– Это Эдди Дечуч? – спросила я Джо.

– Очень похоже, – ответил он.

Но мы не пошевелились. Мы ничего не могли сделать по поводу проехавшего мимо Эдди. Наши машины остались за два квартала отсюда.

– Надо что-то сделать, чтобы схватить его, – сказала я Джо.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, сейчас уже поздно, но ты бы мог прострелить ему колесо.

– В следующий раз буду знать.

Через пять минут, пока мы все еще сидели, Дечуч снова проехал мимо.

– Господи, – изумился Джо. – Что с ним такое?

– Может, он ищет, где бы припарковаться.

Морелли вскочил на ноги.

– Я побежал к своему пикапу. Ты иди внутрь и предупреди Тома Белла.

Морелли побежал, а я пошла искать Белла. На лестнице мимо меня прошел Мирон Бернбаум. Стоп! Мирон уходит. Он освобождает место на стоянке, а Эдди Дечуч такое место ищет. Зная Мирона Бернбаума, я готова была спорить с кем угодно, что он поставил машину близко. Мне оставалось лишь не пускать никого на место Мирона, пока не подъедет Эдди Дечуч. Эдди поставит машину, и тут я его прищучу. Черт побери, какая же я умная!

Я пошла вслед за Бернбаумом. Как я и ожидала, его машина стояла на углу, за три машины от дверей Стивса, между «Тойотой» и «Фордом». Я подождала, когда он уедет, потом встала на освободившееся место и стала всех отгонять. Эдди видел не дальше бампера своего «Кадиллака», так что я не беспокоилась, что он заметит меня издалека. Я собиралась приберечь для него место, а когда он появится, спрятаться за «Форд».

Я услышала цокот каблуков по тротуару, повернулась и увидела Валери.

– Что происходит? – спросила она. – Ты держишь для кого-то место? Помощь нужна?

Старушка в «Олдсмобиле» десятилетней давности остановилась у свободного места и зажгла правый сигнал поворота.

– Извините, – сказала я, жестом предлагая ей двигаться дальше. – Это место занято.

Старая дама в ответ тоже жестом потребовала, чтобы я ушла с дороги.

Я отрицательно покачала головой.

– Посмотрите на стоянке.

Валери стояла рядом, размахивая руками и указывая в сторону стоянки. Она напомнила мне тех парней, которые направляют самолеты на посадочную полосу. Она была одета в точности как я, только в другом колоре. Туфли у Валери были сиреневого цвета.

Старуха нажала на клаксон и стала медленно въезжать на занятое мною место. Валери отпрыгнула назад, но я уперла руки в боки и уставилась на женщину, отказываясь двигаться с места.

На пассажирском сиденье сидела еще одна старушка. Она опустила стекло и высунула голову.

– Это наше парковочное место.

– Проводится полицейская операция, – сказала я. – Вам придется поставить машину в другом месте.

– Вы – полицейский?

– Я охочусь за сбежавшими преступниками.

– Все верно, – подтвердила Валери. – Она – моя сестра, и она охотится за теми, кто сбежал из-под залога.

– Но это не полиция, – сказала женщина.

– Полиция уже едет. – Я была непреклонна.

– Я думаю, вы все врете. Бережете местечко для своего дружка. Никто в полиции не станет так одеваться.

«Олдсмобиль» на треть уже въехал на парковку, и его зад загораживал половину Гамильтон-авеню. Краем глаза я заметила что-то белое, но не успела среагировть. Дечуч вмазался в «Олдсмобиль». «Олдсмобиль» бросило вперед, и он врезался в зад «Форда», едва не задев меня. «Кадиллак» оторвал левое заднее крыло у «Олдсмобиля», и я видела, как Эдди старается справиться с машиной. Он повернулся и посмотрел прямо на меня. Казалось, время остановилось. Затем он нажал на газ и умчался.

Да, везет мне сегодня!

Две старые дамы с трудом открыли дверцы машины и выбрались наружу.

– Посмотри на машину! – сказала та, что сидела за рулем. – Вся разбита! – Она круто повернулась ко мне. – Это ты виновата. Все из-за тебя. Ненавижу! – И она ударила меня по плечу сумкой.

– Больно же, – охнула я.

Она была дюйма на два меня ниже, но фунтов на пять тяжелее. Волосы коротко подстрижены и аккуратно уложены. На вид ей было лет шестьдесят. Губы накрашены яркой помадой, брови нарисованы черным карандашом, а щеки украшали пятна розовых румян. Точно не из Бурга. Скорее всего, из поселка Гамильтон.

– Мне надо было тебя сбить, когда имелась такая возможность, – сказала она.

Она снова ударила меня сумкой, но на этот раз я перехватила ее за ремешок и вырвала из ее рук.

– Моя сумка, – взвизгнула женщина. – Воровка! Помогите! Она украла мою сумку!

Вокруг нас начала собираться толпа. Автолюбители и посетители похоронного бюро. Старуха схватила за рукав одного из мужчин, стоящих впереди.

– Она хочет украсть мою сумку. Из-за нее произошло столкновение, а теперь она хочет украсть сумку. Позовите полицию.

Из толпы выскочила бабушка.

– Что происходит? Я только что подошла. Из-за чего весь шум?

– Она украла мою сумку, – заявила женщина.

– Неправда, – ответила я.

– Украла.

– Нет!

– Уберите ваши грабли от моей внучки, – сурово потребовала бабушка.

– Да. И она – моя сестра, – мужественно поддержала ее Валери.

– Не лезьте не в свое дело, – заорала женщина на бабушку и Валери.

Женщина толкнула бабушку, бабушка толкнула женщину, и через секунду они уже колотили друг друга, а Валери стояла рядом и визжала.

Я сделала шаг вперед, чтобы остановить их, но в этой путанице рук и визгливых угроз кто-то заехал мне в нос. Из глаз посыпались искры, и от боли я упала на колени. Бабушка и пожилая дама немедленно прекратили размахивать руками и стали совать мне салфетки и начали советовать, как остановить кровотечение.

– Кто-нибудь, вызовите «Скорую помощь», – взывала Валери. – Пусть приедет врач.

Тут подоспел Морелли и поднял меня на ноги.

– Думается, нам стоит выбросить бокс из списка перспективных профессий.

– Старуха сама начала.

– Если судить по твоему носу, я бы сказал, что она сама и закончила.

– Просто удачный удар.

– Дечуч проехал мимо меня на скорости в семьдесят миль, – сообщил Морелли. – Я не сумел вовремя развернуться, чтобы погнаться за ним.

– История моей жизни.

Когда кровь перестала течь из носа, Морелли погрузил меня, бабулю и Валери в «Хонду» и поехал за нами до дома моих родителей. Там он сделал нам ручкой, не желая присутствовать при моей встрече с мамой. Юбка и кофточка Валери были в пятнах крови. На юбке имелась даже небольшая дырка. Ободранная коленка кровоточила. И под глазом уже начал образовываться синяк. Бабушка была примерно в таком же виде, только без фонаря под глазом и драной юбки. И что-то случилось с ее волосами. Они стояли торчком, из-за чего она сильно смахивала на Дона Кинга.

Поскольку новости в Бурге распространяются со скоростью света, мама еще до нашего появления успела ответить на шесть звонков и знала все подробности нашей заварушки. Когда мы вошли в дом, она твердо сжала губы и кинулась доставать лед, чтобы приложить к моему глазу.

– Все не так уж плохо, – попыталась утешить мать Валери. – Полиция во всем разобралась. И медики сказали, что они не думают, что у Стефани сломан нос. Да и вообще, они со сломанными носами почти ничего не делают, правда, Стефани? Разве что пластырем заклеят. – Она взяла пакет со льдом из рук матери и водрузила его на свою голову. – В доме есть что-нибудь спиртное?