Девица высокого помета - Маргарита Эдуардовна Южина

— Перестань, — немного подумав, поморщилась Машка. — Ты же слышала, Ленька говорил, что Люську убил мужик. Значит, Владлена меня трогать не будет. Ну или… пусть рискнет.

— Хорошо, поехали уже, а то итак на полчаса опоздали.

Когда они приехали, за столом сидели уже все гости. Сестер встретили радостными воплями:

— Ну, наконец то!..А я говорила, что они опоздают! Говорила! Это они запретили черную икру на стол выставлять! А так бы…

— Саш, Саша, иди сюда садись, я тебе место берег, — кричал Ленька.

— Маша, а ты ко мне поближе, а то я себя как-то еще неловко… — уже тянул за руку Машу Андрей. Его можно было понять, рядом с ним колыхала огромным бюст ом Вера Антоновна.

— Саш! Иди сюда! — кричал Пашка, но Саша уже усаживалась рядом с Ленькой. Уж коли у Алины сегодня день рождения, так пусть праздник будет по всем правилам.

За столом уже все чаще звенели бокалы, голоса становились громче и все чаще раздавался безудержный смех именинницы.

Сестры вручили подарок, чем вызвали новый всплеск восторга Алины. Оказывается, она уже давно мечтала вот о таком наборчике, чтобы развивать свое творчество. Правда, сестры потом долго объясняли, что это не прибор для выжигания, а маникюрная принадлежность. Неизвестно, поняла или нет именинница, но осталась довольна.

А потом Алина вскочила и начала хвастаться подарками. Больше всех, судя по эмоциям, ей понравился подарок Павла. И самое интересное, что именинница восхищалась совсем не креслом-качалкой, как ожидала Сашка. Ее диво обрадовал абонемент в бассейн.

— Это просто чудо! — порхала тучная дива вокруг стола. — Я пойду с Павлом в бассейн!!

Ого! Для Сашки это было неожиданностью. Оказывается, Паша подарил здоровье не только Алине, но и себе. Хотелось бы посмотреть в купальне на эту пару.

Павел тотчас же поднялся и пояснил:

— Алина немножко не все рассказала. Я, действительно, подарил ей абонемент, но… так сказать, чтобы ей не было одиноко, я взял абонементы еще и себе, Саше, Маше и Андрею. Я думаю, никто не против?

Вон, в чем дело…

— Да кто ж будет против. Разве только сама Алинка! Алин, тебя глупо надурили! Абонемент тебе подарили, а остальным он так просто достался, даром, гы-ы-ы! — громко захохотала Вера Антоновна, а потом вдруг захлопнула рот и уставилась на Павла. — А мне? Абонемент в бассейн?

— Простите, но я еще с вами не настолько знаком, — просто пождал плечами Пашка.

— Дык и эта… познакомились бы… — настаивала гостья, но Алина быстро решила этот вопрос:

— Пашенька, не обращай на нее внимания. Я предлагаю выпить…

Пашка сидел рядом с Алиной. Скорее всего, она сама его туда и усадила. Но, видя, что Саша села не к нему, недолго думая, Лебедев взял свой стул и притащил его к Саше.

— Девушка, подвиньтесь, пожалуйста, — попросил он крупную женщину, скорее всего, соседку. — Садитесь вон туда, на мое место. Алина вас очень просила.

Женщина быстренько пересела, а Пашка устроился рядом и начала негромко жаловаться:

— Я итак эту Алину знать не знаю, еще и ты меня бросила.

— Это ты меня бросил, — хитро улыбнулась Сашка.

Она сегодня выглядела чудесно — сама себе нравилась, поэтому могла позволить какие угодно вольности. А Лебедев же, напротив, чувствовал себя не очень — глаз у него горел, губы были слишком поджаты — явный признак ревности, да еще и обижен мужик был, видно без бинокля.

— Сашенька, между прочим… — начала было он, но именинница вскочила, начала было говорить какой-то тост, потом плюнула на это бесполезное дело, быстро включила музыку и понеслась танцевать.

Гости не были готовы к танцам, поэтому Павла она застала врасплох. Она подскочила к Лебедеву, схватила его под руку и кокетливо пробасила:

— Белый танец! Дамы угощают кавалеров! Отказывать имениннице запрещается!

Пашка только беспомощно оборачивался на Сашу, но та горестно вздыхала, пряча усмешку.

— Ленечка, можно тебя? — обернулась она к Леньке, который сидел рядом.

— Саш, я вот сейчас только эту котлету доем… а то с полным ртом мне как-то…

— Не торопись, — ласково уложила свою нежную ручку ему на плечо милая барышня. — Давай-ка, за здоровье именинницы…

И Сашенька ухнула ему из бутылки водки прямо в фужер, чего рюмками мараться. Ленька испуганно вздохнул, но потом взглянул на Сашку и криво улыбнулся.

— Саш… ты меня спаиваешь, что ли? — быстро догадался участковый.

— Разумеется, — кивнула Сашка. — А то я тебя трезвого … стесняюсь.

— Ты? Меня?!! — вспыхнул Ленька и мгновенно опрокинул в себя фужер водки.

— Ты же не собираешься сразу же отключиться? — предупредила его Саша.

— Н-нет, — четко произнес Ленька, и потянулся за котлетой.

— А вот сейчас, да, ешь… — позволила Александра.

Машке тоже не удавалось потанцевать с Андреем. Каждый раз, как только он поворачивался к Маше, его соседка Вера Антоновна, брала его за пуговицу и поворачивала обратно.

— Вы же… вы же веретен… веретинар? — пьяненько кивала она головой.

— Да, я ветеринар, — уже раздраженно отвечал Андрей.

— У меня… у меня горе…

И дальше женщина описала, какая беда у нее случилась. Оказывается, каждое утро, когда дама встает, на своем полу, прямо на ковре она находит три-четыре рыбки, уже дохлых, разумеется.

— Вот скажи, верети… Скажи! — захлебывалась она слезами, — Отчего они …выбрасуюцца? Чего им не живется у меня? Я ж им… я им все готова… а они… самовбивство…

— А в доме еще кто-нибудь живет? — со вздохом спрашивал Андрей.

— Тока я! Еще рыбки… еще… есть тараканы, но их немного. Ну и… хи-хи-хи… бабочки в животе.

— Кот или собака есть?

— Есть. Кот! Но он тараканов не жрет.

— Понятно, — объяснял ветеринар. — Просто, когда наступает ночь или вечер, рыбки засыпают и зависают в воде, и у кота начинается охота. Он вылавливает рыбку, та скачет по ковру, кот играет. А когда рыбка засыпает, кот ловит новую «игрушку». Ясно?

— С..с…

— Да, конечно сам. Он ловит сам. И сам играет.

— С-сволочь! — выдохнула Вера. — Думаешь, кота убить надо?

— Думаю, надо просто накрыть аквариум стеклом. Еще вопросы будут?

— Да! … Пойдем танцевать!

— Простите, но я обещал танец Маше, — улыбнулся Андрей и потянул Машу в середину комнату, где уже качалась Алина, а от нее пытался сбежать Павел.

Александра же смотрела на то, как пытался увильнуть от джентльменских обязанностей ее бывший, усмехалась, а сама не забывала наполнять своему соседу фужер. Причем, такая мелочь, как размер фужера, ее совсем не волновали.

В какой-то момент барышня заметила, что «клиент созрел», она подняла его под руку и томно протянула:

— Да согласна я уже с тобой танцевать, Ленечка, не тяни меня.

Ленечка еще довольно крепко