Убийства на радио - Марина Серова

не рассказала, потому что я не спрашивала, а ей и в голову не пришло, что это важная информация.

Итак, у Мирославы Лаврентьевой есть и кожаная куртка с капюшоном, и ботильоны… И вообще, она любит светлые вещи. И выходит у меня… три варианта. Мирослава заходила к Елизавете — до или после убийства — и просто ушла. Получается, она лгала мне… и полиции? Допустим. Следующий вариант. Убийца — Мирослава? Цель — расчистить себе место под солнцем? Обеспечить карьерный рост, так сказать. Но в это мне верится слабо. Потому что прийти к жертве в привычной для себя одежде, убить, уйти… и согласиться на наем частного детектива — глупость нереальная. Можно же напялить какой-нибудь темный бесформенный плащ, под которым не видно, мужчина это или женщина… К тому же в таком случае экспертиза показала бы наличие следов с места преступления на одежде Лаврентьевой, и ее бы арестовали. И третий вариант, на мой взгляд, наиболее перспективный — кто-то действительно решил Мирославу подставить. Мотив? А какой угодно. Навскидку: коллеги на радиостанции, решившие от девицы избавиться. Какая-нибудь обожательница Вышнепольского. Некто, желавший подпортить репутацию Вышнепольскому или его матушке: невеста-убийца — да из этого такую новость можно сляпать!

Я решила опросить свидетелей по убийствам Елизаветы Стрункиной и Екатерины Гребенкиной. В первом случае свидетельницей, вернее, свидетельницами, были сестры Кречетовы, Валерия Владимировна и Виктория Владимировна, которые видели, как из квартиры Елизаветы выходила девушка в светлых ботильонах и бежевой куртке с капюшоном. Адрес проживания сестер я выписала из заведенного уголовного дела, который мне предоставил полковник Кононов.

Я также записала и адрес очевидцев наезда на Екатерину Гребенкину. Согласно записи в деле, это были мать и дочь Самсоновы, Олимпиада Михайловна и Кристина Олеговна. Они проживали недалеко от того самого места, где была сбита Екатерина.

Забив в навигатор оба адреса, я выбрала тот, который был ближе. Значит, сначала я поговорю с Самсоновыми.

Я поехала по маршруту, проложенному GPS, и, проезжая по дороге, увидела тот самый парк, где произошла трагедия. Да, территория парка выглядела и в самом деле запущенной и мрачной. И это было видно даже издали. Деревья были старыми и покосившимися, с обломанными ветвями. Листва на них была редкой, и многие деревья выглядели так, как будто их давно не обрезали. На коре виднелись следы времени — трещины и лишайники.

Скамейки, видимо, когда-то новые и покрашенные, теперь были с облупившейся краской и со следами грязи. Некоторые из них были сломаны и перевернуты. Дорожки, выложенные плиткой, местами заросли мхом и травой, а в других местах плитка была выбита.

Уличные фонари были явно нерабочими, потому что большинство из них были покрыты паутиной и мусором. Да и таблички с информацией о парке, установленные на покосившихся стендах, уже стерлись, и надписи на них прочитать было почти невозможно.

В свое время в парке, по-видимому, находилось много аттракционов — качели, карусели и горки. Но сейчас они были покрыты ржавчиной и выглядели так, как будто ими давно не пользовались. Да, такое место просто идеально подходило для трагического события.

Я припарковалась на территории двора десятиэтажного дома, в котором проживали Самсоновы. Как раз тогда, когда я подошла к первому подъезду, дверь открылась и во двор вышла девушка. Я воспользовалась моментом и зашла в подъезд, решив не звонить Самсоновым по домофону.

Я зашла в лифт и нажала кнопку нужного мне этажа. Выйдя на лестничную площадку, я сделала шаг в открытый тамбур и едва не столкнулась с высокой и худой темноволосой, с короткой стрижкой женщиной лет тридцати пяти. Она была одета в брючный костюм лилового цвета. Рядом с ней стояла полная женщина с волнистыми рыжими волосами в ярком платье. На вид ей можно было дать лет пятьдесят семь или чуть больше.

— Здравствуйте, — поздоровалась я.

— Добрый вечер, — приветливо отозвалась рыжеволосая дама.

Темноволосая женщина ограничилась легким кивком головы.

— Скажите, здесь проживают Самсоновы, Олимпиада Михайловна и Кристина Валерьевна? — спросила я.

— Это мы, но мы сейчас уходим, — тоном, не терпящим возражений, ответила шатенка.

На ее скуластом и невыразительном лице отразилось недовольство.

— Я частный детектив Татьяна Александровна Иванова, я расследую наезд на девушку, свидетелями которого вы оказались. Мне необходимо поговорить с вами, — твердо сказала я.

— Приходите в другое время, — коротко отчеканила фразу шатенка.

— Подожди, Кристина, — остановила ее мать.

Она повернулась ко мне и с извиняющейся улыбкой сказала:

— Не обращайте внимания на Кристину, она просто устала после работы. Может быть, мы сможем поговорить в кафе? Оно совсем рядом, а мы собрались поужинать. Кристина, ну не будь такой букой, — обратилась дама к дочери.

— Я просто не ожидала, что кто-то будет стоять у двери, когда мы собрались выйти, — все с тем же недовольством пробурчала Кристина.

Мы с Олимпиадой Михайловной подошли к лифту, а Кристина поплелась сзади.

— Дочка, расслабься же ты наконец, — снова обратилась женщина к недовольной дочери.

Кристина вздохнула:

— Да, мам, но я просто не люблю, когда меня отвлекают от планов, — ответила она.

— Кристина, дочка, но это же не отвлечение, а возможность помочь, — возразила Олимпиада Самсонова.

— Ну если только Татьяна Александровна не будет задавать слишком много вопросов, — сказала Кристина.

— Не переживай, Кристина, Татьяна Александровна не будет спрашивать о твоих отчетах! — сказала Олимпиада Михайловна.

— Обещаю, что вопросов будет не слишком много, — подключилась к разговору я.

— Хорошо, давайте побеседуем в кафе, — сказала я.

Я подумала, что и мне неплохо бы перекусить.

В кафе-закусочной «Вкусный день» было уютно и немноголюдно. Мы сделали заказ, и в ожидании официантов я начала задавать вопросы.

— Олимпиада Михайловна, расскажите, пожалуйста, все с самого начала, как произошел наезд на девушку, — попросила я.

— Ах, это было так ужасно! Помню, когда мы с Кристей вернулись домой, у меня жутко разболелась голова. Но, впрочем, это уже детали, ведь та девушка погибла…

— А мы вообще-то все уже рассказали полицейским, — неожиданно вклинилась в разговор Кристина.

— Да, конечно, я читала ваши показания, но мне необходимо уточнить некоторые нюансы, — сказала я.

— Ну так задавайте свои вопросы, — проговорила Кристина.

— Хорошо. Скажите, когда вы вышли из дома в тот вечер, когда произошел наезд на девушку? — спросила я.

— Это было около двенадцати часов вечера, — начала рассказывать Олимпиада Михайловна, — поздновато, конечно, да еще и погода, откровенно говоря, не располагала к тому, чтобы выйти из дома. Но Кристина задержалась на работе, как всегда.

— Мам, — с упреком заметила Кристина.

— Ну что мам? Что, это неправда?

— Правда, но ведь частному детективу это совсем не важно. Ты ведь сказала, что