Последний день лета - Анна Князева

Чокнутая

Всю ночь Ульяне снились кошмары. Она проснулась до восхода солнца, но попытки снова уснуть не увенчались успехом – в голове крутились разные мысли.

Включив прикроватную лампу, она приподнялась на локте и с тумбочки взяла ежедневник. Пройдясь взглядом по списку дел, встала с кровати и направилась в душ.

Когда Ульяна вышла из ванной, за окном уже рассвело. Одевшись, она взяла со стола схему расположения видеокамер и вышла из номера.

Утро было чудесным, все вокруг дышало свежестью и прохладой. Ориентируясь по схеме, Ульяна прошлась по территории. По дороге, встречая охранников, всякий раз смотрела на часы, чтобы сравнить время обхода с графиком Дюкова.

У главного корпуса Ульяна уловила запах еды, доносившийся из ресторана. Направившись к входу, она вдруг остановилась – мимо, опередив ее, стремительно пролетела ворона, врезалась в стеклянную дверь и упала под ноги.

Ульяна сдвинула ногой мертвую птицу и вошла внутрь. Подойдя к ресепшену, сообщила:

– Там, у входа, мертвая ворона. Скажите, чтобы ее убрали и вытерли стекло. Оно все в крови и перьях.

– Ворона-самоубийца? – не слишком остроумно пошутила дежурная, и Ульяна пригвоздила ее непонимающим взглядом.

Войдя в номер, у двери Ульяна столкнулась с Надеждой. Та крутилась у зеркала, поочередно прикладывая к себе то одно, то другое платье.

– Зеленое или желтое?

– Надень любое, и быстрее пойдем на завтрак. У меня от голода желудок свело, – сказала Ульяна.

– И все-таки?

– У меня урчит в животе. Ясно мыслить на голодный желудок я не могу.

Надежда в последний раз заглянула в зеркало и надела шифоновое платье с зелеными листьями.

По дороге до ресторана ни одна из них не проронила ни слова. Столы, как обычно к завтраку, накрыли на террасе. Там уже сидел Тягачев и читал газету. Рядом с ним, уткнувшись в телефон, примостилась Милана.

Заметив девушек, она помахала.

– Идите к нам!

Усевшись за стол Ульяна поинтересовалась:

– Остальные уже позавтракали?

– Кирилл ушел, а Гуровых еще не было, – сказала Милана.

К столу подошел официант, смахнул со стола крошки и перечислил меню:

– Сегодня сырники, блины и манная каша.

– Сырники, пожалуйста, – попросила Надежда.

Ульяна распорядилась:

– А мне сразу все.

– Простите, не понял. – Официант растерянно замер.

В ответ на его реакцию она раздельно повторила:

– Блины… сырники… и манную кашу.

Тягачев оторвался от чтения и удивленно посмотрел на Ульяну.

– Женщина не должна так много есть. Это не симпатично.

– Плевать… – Она расслабленно откинулась на спинку стула, закрыла глаза и запрокинула голову, подставляя лицо солнцу.

– Кто-нибудь сегодня идет в бассейн? – поинтересовалась Милана. – Когда я одна встречаю там Гурову, боюсь, что она утопит меня.

– Это не тебе, а Елене Петровне бояться надо. Тебя голыми руками не возьмешь, – сказал Тягачев.

– Кого ей надо бояться, так это собственного мужа, – огрызнулась Милана.

– У нее хотя бы муж есть. А ты до сих пор по чужим номерам таскаешься.

Надежда и Ульяна переглянулись и, не сговариваясь, опустили глаза.

Однако Милана не думала сдаваться и продолжила тему:

– Ничего не скажешь – счастливый брак. Вчера вечером вы разве не слышали?

– А должны были? – заинтересовалась Ульяна.

– Весь пансионат слышал, как Гуров избивал жену в своем номере.

– Прекрати нести чепуху! – рявкнул Тягачев. – Язык без костей. Что вы, бабы, за народ такой!

Он отшвырнул газету, поднялся и демонстративно удалился, едва не сбив официанта, который шел с подносом к столу.

– Что это с ним? – спросила Надежда.

– Шизофреноидный истерик! – зло скривилась Милана. – Если вру, почему Гуровы до сих пор не пришли на завтрак? Ясное дело – поссорились.

– Как поссорились, так и помирятся, – проговорила Ульяна. – Их соединяют не узы, их соединяют кандалы. Акции компании принадлежат Елене Петровне. Гуров полностью зависит от нее, так что их браку ничто не грозит.

В дверях показался Дюков и остановился у входа.

Первой его заметила Надежда:

– Кажется, это к тебе.

Ульяна обернулась:

– Идите сюда!

– Может, лучше внизу подожду?

– Давайте здесь поговорим.

Дюков неуклюже потопал к столу и, усевшись, положил перед собой папку с бумагами.

– Как насчет завтрака?

– Жена покормила.

– Какой вы серьезный… – кокетливо протянула Милана.

– Я на работе, – ответил Дюков.

Надежда поспешно встала из-за стола:

– Вы тут работайте, а мы с Миланой в бассейн пойдем.

– Всего хорошего. Не скучайте-е-е, – пропела Милана и без особого желания ушла вместе с ней.

Дюков придвинул документы.

– Здесь полная информация по сотрудникам и предложения по организации дополнительных постов.

Все то время, пока Ульяна изучала бумаги, он смиренно сидел за столом, ожидая оценки своим трудам.

Наконец она отложила бумаги в сторону.

– Вопросов нет. Принимается. Что с вырубкой кустарников и деревьев?

– Дня через три закончим.

– Отлично, – заметила Ульяна. – Но есть еще два момента, о которых я должна сообщить.

– Слушаю. – Дюков открыл блокнот и приготовился записывать.

– Во-первых, сегодня утром в главном корпусе из двух охранников не было ни одного.

– Так и есть. Двое заболели, и я перебросил их на обход территории.

– Во-вторых, я обнаружила, что у большинства камер болтаются провода. Они не подключены.

– Все верно. – Дюков покраснел. – Мы очень торопились и в первую очередь решили подключить камеры на въезде, в коттеджах и на территории. Главный корпус будет подключен к концу следующей недели.

– Сегодня пятница. До официального открытия пансионата чуть больше недели. Недочеты нужно устранить хотя бы к среде, чтобы успеть протестировать всю систему.

– Успеем, – заверил Дюков.

Ульяна положила перед ним свернутый лист.

– Это схема расположения камер, на ней сделаны все необходимые дополнения.

Дюков развернул его и оглядел схему.

– Все понятно.

– Итак, до среды надо установить дополнительные камеры и решить все проблемы с существующими.

– Будет сделано.

– Также утрясите вопросы с персоналом. На всех постах должны быть охранники.

– Так точно.

– В понедельник в десять утра совещание у Кирилла Сергеевича. Подведем промежуточные итоги и обсудим организацию работы в день открытия. Вопрос дополнительных постов решим после открытия пансионата. Сейчас пока не до этого.

– Все понял. Разрешите приступать?

– Приступайте.

Дюков сунул под мышку схему и, чеканя шаг, направился к выходу.

Ульяна позвала официанта:

– Посуду уберите и принесите кофе. Я поработаю здесь немного.

Раскрыв папку Дюкова, она углубилась в работу.

Прошло часа полтора. Солнце припекало, дул теплый, но уже по-осеннему резкий ветерок. Ульяне вспомнился инцидент с мертвой птицей, и на душе стало тревожно. Она встала и подошла к ограждению террасы, откуда открывался вид на фонтан и вход в главный корпус, увидела, как на крыльцо поднялась Милана и скрылась в дверях.

У входа стоял фургон, из-за которого вышел Гуров и шаткой походкой тоже направился к