Последний день лета - Анна Князева

class="p1">Тягачев поднялся со стула.

– Пойдем, Кирилл, надо поработать с документами.

– Мне с вами? – спросил Флеер.

– Конечно, – ответил Тягачев и строго бросил Милане: – Ты тоже иди к себе. Нечего здесь рассиживаться.

Вставая из-за стола, Кирилл пристально взглянул на Надежду, их взгляды встретились, и этого мгновения было достаточно, чтобы Ульяна поняла: их чувства еще живы.

Все разошлись, и за столом остались только подруги.

– Посидишь со мной? – осведомилась Ульяна.

– Пожалуй. Не оставлять же тебя одну. – Надежда глотнула кофе и, помолчав, снова заговорила: – С тех пор как мы приехали сюда, во мне поселилось глобальное неверие в себя. Постоянно копаюсь в прошлом: расставание с Кириллом, замужество, переезд во Владивосток, развод. Все так бессмысленно.

– Раньше ты этим не отличалась.

– За десять лет разлуки многое изменилось.

– Нам нужно было чаще встречаться. Я тебя упустила.

– Скажешь тоже! У тебя на повестке была работа, а у меня – замужество.

– Есть хорошее выражение: каждый там, где хочет, – проговорила Ульяна.

– Вот это верно, – грустно улыбнулась Надежда.

– Перестань себя разрушать. Ситуация очевидна: тебе нужен Кирилл.

– Я не знаю…

– Главное, захотеть, и у вас все получится. Я в этом уверена.

Ульяне принесли тарелки с едой, и они замолчали. Спустя какое-то время Надежда, глядя в окно, обронила:

– Как прошел день?

– Работала. Знакомилась с территорией. – Ульяна говорила коротко, успевая прожевать очередной кусок. – А она, знаешь ли, огромная.

– Сколько времени у Кирилла ушло на реконструкцию?

– Около года. И это при том, что работы еще продолжаются.

– Здесь и раньше был пансионат? – поинтересовалась Надежда.

– Не совсем…

– Что тогда?

– Психоневрологический диспансер, – нехотя сказала Ульяна, предполагая реакцию Надежды.

– Хочешь напугать меня?

– Нет, я серьезно.

– Но это ужасно! Кому пришла такая идея? Ты представляешь, какая здесь энергетика?

– Не говори глупостей. Это всего лишь камни. И потом, здесь все перестроили. От прежнего устройства не осталось и следа.

– Сюда даже гробы сами по себе приплывают! – Надежда тряхнула головой, и кудряшки дрогнули сотней пружинок. – А ты говоришь камни.

– Теперь это наше место и наша энергетика. – Ульяна оставалась невозмутимой, и только в ее глазах мелькал насмешливый огонек. – Просто не думай об этом.

– Мне будет сложно.

– В таком случае думай. Все лучше, чем копаться в себе.

Вернувшись в номер, они разошлись по комнатам. Ульяна плюхнулась на диван и включила телевизор. Из открытого окна послышался шум дождя.

– Послушай, – в дверях появилась Надежда. – Я нашла в шифоньере чужую вещь.

– Что это? – Ульяна встала с дивана. – Фартук? – Она взяла его в руки и, рассмотрев, обронила: – Какой-то он странный.

Фартук и в самом деле был необычный, белый с черной тесьмой и кружевными бретелями.

– Нужно спросить у горничной. – Надежда вышла в прихожую и повесила фартук на крючок. – Пусть повисит до завтра.

Глава 4

Громкие голоса

На следующий день Ульяна до обеда просидела над схемой расположения видеокамер. Работа была закончена, когда раздался телефонный звонок.

Она подняла трубку:

– Слушаю…

– Ульяна Сергеевна, это охранник с КПП. Тут к вам приехали.

– Кто?

– Следователь из Зареченского управления.

– Богданов? – уточнила она.

– Так точно.

– Впустите его на территорию. Я встречу у главного корпуса.

Закончив разговор, Ульяна вышла в гостиную и прислушалась: из комнаты Надежды доносилась английская речь.

«Работает», – подумала она и набрала номер Кирилла.

– Следователь Богданов приехал.

Он ответил:

– Хорошо. Я сообщу остальным. Обед накрыт на террасе.

В коридоре Ульяна встретила горничную, которая толкала перед собой тележку.

– Могу я убрать ваш номер?

– Давайте позже. Подруга занимается по скайпу с учеником, – сказала Ульяна и вспомнила про вчерашнюю находку: – Ждите здесь.

Скрывшись за дверью, она вскоре вернулась с фартуком.

– Ваш?

Горничная покачала головой:

– Нет, не мой.

Ульяна изучающе оглядела горничную, ее униформа действительно не имела ничего общего с найденным фартуком.

– Может быть, он принадлежит вашей сменщице?

– Да у нее отродяся такого не было. К тому ж она женщина плотная, а это маломерка. – Взяв фартук, горничная приложила его к себе. – Да он почти детский!

– Странно, – проронила Ульяна и оставила фартук на тележке. – Отдайте кому-нибудь.

– Да кому ж я его отдам?

– Тогда выбросьте.

Когда Ульяна вышла на улицу, то сразу же увидела Богданова. Он ожидал ее у фонтана.

– Здравствуйте! Идите за мной, нас уже ждут.

– Здравствуйте… – буркнул следователь.

На лестнице она обернулась:

– Быстро ли добрались?

– Да тут и ехать-то всего ничего…

По его недовольному виду Ульяна поняла, что он не расположен к светским беседам, и приняла его правила.

У входа в ресторан киношники расставляли съемочное оборудование. Процессом руководил уже знакомый продюсер.

– Добрый день, – обратилась к нему Ульяна. – Готовитесь к съемкам?

Подольский расплылся в улыбке:

– Планируем снимать ресторан.

– Придется отложить. Сейчас там будет важная встреча.

– Значит, сделаем перерыв.

– Спасибо за понимание. – Ульяна обернулась к Богданову и указала на дверь: – Нам сюда.

Они пересекли обеденный зал и вышли на террасу. Там, на просторной площадке, была добротная плетеная мебель и кадки с растениями. В центре стоял большой круглый стол, уже накрытый к обеду, за которым сидели несколько человек.

– А, вот и наш дорогой гость! – навстречу им вышел Гуров.

– Капитан Богданов. – Следователь пожал руки мужчинам, кивком поздоровался с женщинами и недовольно заметил: – Никак не рассчитывал на такой аншлаг.

Ульяна укоризненно шепнула Кириллу:

– Обязательно было звать Милану и Елену Петровну?

В ответ Кирилл только пожал плечами, а генерал похлопал Богданова по плечу:

– Да ты не волнуйся, капитан. Здесь посторонних нет. Только свои. – Александр Иванович подвел его к Тягачеву. – Знакомься, генеральный директор «Технопласта».

– Денис Андреевич, – представился тот и указал на Кирилла. – Кирилл Сергеевич Железняк – акционер предприятия.

Богданов вопросительно взглянул на Ульяну, и та пояснила:

– Он мой брат.

Все сели за стол и, казалось, расслабились.

– Ну как у тебя дела? Как служба? – справился Гуров.

– Не жалуюсь вроде, – ответил следователь.

– Да ты не жмись, отпусти себя, – по-отечески подбодрил его генерал. – Поешь чего-нибудь, мы же на обед тебя пригласили.

Богданов положил себе в тарелку еды и достал из пиджака сигареты.

– Здесь можно курить?

Гуров одобрительно махнул рукой.

– Кури, капитан.

– Может быть, начнем? У меня мало времени, – сказал Тягачев, и Ульяна обратилась к Богданову:

– Расскажите нам, как продвигается расследование позавчерашнего инцидента.

Он закурил.

– Вы про гробы?

– Других тем для разговора у нас с вами нет, – заметил Денис Андреевич.

– Ясно. – Богданов отодвинул тарелку. – На Старокущинском кладбище паводком размыло десять могил. Два гроба обнаружили на вашей территории, четыре ниже по течению, остальные пока не нашли.

– Личности мертвецов установлены? – спросил Гуров.

– Смотритель составил список всех захороненных. Время