С тех пор как ты ушла - Сагит Шварц

узнав правду, заявит на нас в полицию. Он угрожал ее безопасности, потом пугал, мол, как бы чего не случилось с вашим отцом и с вами. Но когда Марго обо всем узнала, мне пришлось открыть Ирен, как обстоят дела. Другого выхода не было.

– Это тогда вы за ней заезжали, а потом она вернулась домой в слезах? – спрашиваю я.

Он кивает.

– Да, перед слушаниями в Конгрессе. Ваша мама не планировала давать показания, знала, что это небезопасно для вас с папой. Вы оба были для нее важнее всего на свете. Но когда она узнала правду о смерти Салли, ее ослепил гнев. Я пытался остановить Ирен. Боялся, что на слушаниях она заговорит о Салли и тогда вашей семье не поздоровится. Я даже нанял бандитов, чтобы напали на Ирен в Нью-Йорке: надеялся ее запугать.

Значит, как я и подозревала, нападение на маму не было ограблением. Теперь ясно, почему она решила дать показания вопреки той опасности, которой это грозило нам с папой. Она обнаружила, что ее новорожденная старшая дочь погибла из-за империи «ТриКФарма» и ее препаратов, и не хотела, чтобы других детей постигла та же участь.

– Она все равно выступила на слушаниях, несмотря на нападение, но хотя бы побоялась упомянуть Салли, – тем временем продолжает Билли. – Но к тому времени это уже не имело значения. Мои дядя и тетя обнаружили, что Марго выложила вашей маме всю правду, и сообщили отцу. Он понял, что Ирен может уничтожить его компанию, и начал действовать, угрожая убить вас и вашего отца. А когда вскоре после этого Ирен вроде бы насмерть сбила машина, заподозрил обман, но раз она исчезла, отец больше насчет нее не волновался, ведь его интересовало лишь процветание «ТриКФармы» и больше ничего. Мне жаль, что так вышло. Я бы предпочел, чтобы все сложилось по-другому.

– Если вам и вправду так жаль, почему вы снова за ней охотитесь? Ведь вашего отца уже и на свете-то нет. Могли бы сдаться и наконец рассказать правду о том, как умерла Салли. Но вы этого не сделали, и из-за вас моя мама мертва. – Я захлебываюсь обвинениями.

– Если бы я ничего не попытался сделать насчет Ирен, Квентин бы точно… – Он понуро опускает голову. – Я знал, что Квентин в отместку возьмется за Кристину.

– Ваш родной брат? Кристинин дядя? – Меня берет оторопь.

– Хоть меня и назвали в честь отца, в него пошел Квентин. Он безжалостный, расчетливый и связан с опасными людьми, которые проникли в «ТриКФарму». Они пойдут на что угодно ради денег и власти. Когда он узнал, что бывший любовник Марго заговорил и вашу маму ищут федералы, эти люди стали выяснять, жива ли она. Им ведь ясно, что ее показания могут свалить «ТриКФарму». Я хотел защитить Ирен, вот и сказал Квентину, что нанял частного детектива, чтобы ее найти. А когда выяснилось, что она и правда жива, подумывал снова организовать ее исчезновение, но Квентин и его дружки сочли слишком рискованным оставлять Ирен в живых. Я выкручивался, не говорил напрямую, где она, соврал, будто, по словам частного детектива, она постоянно перемещается с места на место. Тогда они сами наняли сыщика, моя ложь раскрылась, и в отместку они убили Марию.

– Квентин организовал убийство вашей бывшей жены? – Я не верю своим ушам. – Почему вы не обратились в полицию?

– Боялся, что тогда брат и его партнеры расправятся с Кристиной, – шепчет он. Лицо у него такое бледное, словно в нем не осталось ни кровинки. – Это они подставили Кристину и сделали так, чтобы на нее пало подозрение в убийстве матери. Но, по крайней мере, ваша мама жива.

– Что?! – выдыхаю я.

Каделл кивает.

– Детектив, которого я нанял, добыл несколько волосинок с ее расчески и отнес в лес неподалеку от города, где она жила. Он перестал работать на меня, когда Квентин с подельниками стал угрожать его семье, но у меня в ФБР есть старый знакомый, который много чем мне обязан, и я попросил его написать отчет, что найдены останки Ирен. Но это лишь хитрость, чтобы все подумали, будто вашей мамы больше нет.

– Где она? – спрашиваю я требовательно.

– Она преподавала психологию в образовательном центре для пенсионеров на севере страны. Я переживал, что с такой профессией она слишком на виду, но напрямую общаться с ней было рискованно, ведь за мной следили люди Квентина. Пришлось заплатить центру, чтобы ее уволили якобы из-за сокращения бюджета. Ирен несколько раз переезжала и в конце концов оказалась в Лусия-Бич. Боюсь, в итоге Квентин все же найдет ее, это только вопрос времени.

– Под каким именем она живет сейчас? – спрашиваю я и слышу в ответ:

– Салли Лима.

Я распахиваю дверь кабинета. Мамин браслет цепляется за дверную ручку, рвется и падает на пол, но это меня не останавливает. Я со всех ног выбегаю из дома Билли.

Глава 56

День шестой

Я еду в Северную Калифорнию по шоссе I-5. Трасса хоть и уродливая, зато самая быстрая. По ней до места можно добраться часов за семь, если не делать остановок. Я и не делаю. Шоссе прямое и ровное, за исключением участка возле поселка под названием Грейпвайн, на преодоление которого уходит где-то минут двадцать. Коровы, смог и выцветшие предвыборные плакаты «Ларри Элдера в губернаторы!» – вот и все, что можно увидеть тут днем, но сейчас ночь.

Я полностью сосредоточена на пути, который мне предстоит преодолеть. С каждой следующей милей я становлюсь чуть ближе к маме. К человеку, который любил меня больше всего на свете и которого я собираюсь спасти, пока до него не добрался бандитский клан Каделлов. На этот раз я обниму ее так крепко, что она не сможет ускользнуть. Я не допущу, чтобы она исчезла.

Через семь часов я наконец добираюсь до долины Сан-Джеронимо и еду дальше на север, пока воскресным утром не оказываюсь в Лусия-Бич.

Припарковавшись, я быстро нахожу в Сети местный досуговый центр для пожилых людей. Раз уж мама вела занятия для пенсионеров в другом городе, пока Билли не вынудил руководство ее уволить, велик шанс, что и здесь она занимается чем-то в том же духе.

Я снова запускаю двигатель и еду до тех пор, пока не добираюсь до одноэтажного строеньица, примостившегося на туманном холме среди высоких деревьев. Оставив машину перед домом, я захожу внутрь. В холле группа стариков играет в «Эрудит».

Я подхожу к справочной, где меня встречает теплой улыбкой молодая женщина. Ее нос и щеки