Тонкий лед - Пейдж Шелтон

– Похоже, что так.

Доннер притормозил у «Бенедикт-хауса».

– Можете идти. И еще раз спасибо за помощь.

– Пожалуйста. – Я была несколько разочарована тем, что он привез меня домой, а не в полицейский участок, но спорить не стала.

Я выпрыгнула из пикапа, закрыла за собой дверь и вошла в дом. Снаружи стемнело, а мне точно не хотелось гулять по улицам.

В вестибюле никого не было, поэтому я прошла в свою комнату, закрыла дверь на ключ и поставила под ручку стул. Нужно было подумать и очень хотелось спать.

От волнения и напряжения плечи и руки сводило. Я постаралась понять причину, но вариантов было так много, даже чересчур много, что выбрать один не представлялось возможным. Я подумала было включить ноутбук и ответить на письмо мамы, но на ее нетрезвые комментарии у меня терпения не хватало. Поговорю с ней завтра.

Быть может, за ночь Джорджа и Уиллу найдут в лесу, но там, где мы нашли рюкзак, будет довольно темно. Нужно было спросить Доннера, когда отправится поисковая группа. Я подумала позвонить ему, но не стала.

Сделав несколько глубоких вдохов, я постаралась расслабить каждую напряженную мышцу. Мне надо побыть одной, в безопасной комнате, закрытой на замок.

И собраться с мыслями.

Глава тридцать третья

У меня действительно получилось расслабиться и крепко проспать всю ночь. На следующий день я проснулась с готовностью встретить лицом к лицу все, что приготовит судьба. Но в доме опять никого не было. Если кто-то и должен был утром готовить завтрак, то своими обязанностями этот человек пренебрегал. Насколько я могла судить, в «Бенедикт-хаусе» я была одна. Я даже попыталась зайти к Уилле в комнату. Не уверена, что решилась бы на обыск комнаты, но, поскольку дверь оказалась заперта, выбор мне делать не пришлось. Я постучала во все остальные комнаты, но никто не ответил. Я даже проверила окно на верхнем этаже. Несмотря на то, что крюк по-прежнему торчал из стены, веревки на нем не было. Лоретты тоже. Никого.

Писем тоже не было, ни от мамы, ни от кого-либо еще.

Сначала я подумывала написать сама, но прошлый опыт подсказывал, что ей понадобится несколько часов, чтобы прийти в себя.

Я схватила рюкзак, пожалела, что поблизости нет «МакАвто» с завтраками, и направилась в «Петицию». Можно было бы позавтракать в кафе, но я слишком торопилась. Мне по-прежнему нужно было купить перекус в офис и в комнату, не говоря уже о том, чтобы пополнить запасы виски как можно скорее, но сейчас я больше всего хотела добраться до работы или хотя бы до места с хорошим сигналом. В это утро я была такой же несобранной, как и мои мысли.

Открывая дверь «Петиции», я внезапно осознала, сколько времени трачу, запирая замки.

Я достала телефон и набрала номер детектива Мэйджорс.

– Бет? – раздался ее голос. – Это вы?

– Я. Есть что-то новое?

– К сожалению, нет. Очень жаль, что рисунок вам не помог. Но спасибо за информацию про прокушенную руку. Думаю, в какой-то момент она окажется очень полезной.

– Да, надеюсь. Но у вас есть хоть что-нибудь?

Она вздохнула:

– Вчера мы в очередной раз зашли в тупик, но, возможно, этот путь все же куда-то приведет. Вы случайно не помните пожар, произошедший в районе Милтона около десяти лет назад? Мужчина пустил кого-то переночевать, а тот сжег его амбар. И скот тоже погиб.

– Эм… да, помню, – ответила я, вспоминая письмо матери и чувствуя, как внутри что-то шевелится, словно интуиция напоминала мне: в этот раз слушай внимательно, а то снова все упустишь.

– Отлично, – продолжила детектив, – так вот: парня, который сжег амбар, звали Леви Брукс.

– Мама мне написала, – сказала я слабым голосом. В голове позади глаз коротко уколола боль, но я твердо намеревалась ее одолеть. – Но одно сообщение я совсем не поняла.

– Ясно. Мы поехали на ферму поговорить с тем мужчиной, Гарольдом Блэнкеншипом, но он понятия не имеет, куда Леви Брукс направился, когда сжег его амбар.

– Не уверена, что это точно поможет, но вдруг после ареста осталась фотография? Ведь арест был?

– Арест был, но фото нет. Разумеется, нет ни адреса проживания, ни сведений о том, куда он потом направился. Возможно, в Миссури, но дать гарантию мы не можем.

– Можете подождать минуту? – спросила я.

– Э, да, конечно.

Я убрала телефон и сделала глубокий вдох. Если ко мне вновь стучалось видение или приступ, или как еще можно это назвать, я надеялась ускорить процесс.

И получила больше, чем рассчитывала. Из туманных обрывков воспоминаний четко проступила именно та деталь, на которую я должна была обратить внимание намного раньше. И которая могла иметь отношение ко всему, что произошло в последнее время.

Я снова поднесла трубку к уху. Минута вышла долгой.

– Детектив Мэйджорс, а где моя мать?

– Вчера, когда я уезжала из Милтона, она и местный начальник полиции, Стеллан Грейстоун, собирались выпить вместе. На разговор с мистером Блэнкеншипом я тоже ездила с ним. Он хороший коп и, возможно, сможет помочь нам в поисках. Он рассказал мне много такого, чего ваша мать бы не одобрила, но, к сожалению, мы так и не смогли выяснить у Блэнкеншипа ничего по поводу пожара.

– Я только что вспомнила одну вещь. Когда случился пожар, мы получили письмо. Анонимную записку, где говорилось, что моего отца видели на месте поджога. Больше там ничего не было. Я помню, мама как с цепи сорвалась из-за нее, но мы в то время жили с дедушкой, поэтому «расследовать» она поехала сама. И не узнала ничего, что могло бы подтвердить присутствие там отца. Вы должны найти ее. Она чует Брукса или кого-то еще и пытается добраться или до него, или до нужной информации. Ее могут убить.

– Вам прислали письмо? – Теперь была очередь детектива вздыхать, но в ее случае это был скорее признак досады. – Начните с начала, Бет. Расскажите мне все.

– Там не о чем рассказывать.

– Где сейчас письмо?

– Понятия не имею, но, если найдете мою мать, вполне возможно, оно будет у нее.

– Так, Бет, давайте немного поговорим о вашем отце.

Я кивнула и продолжила рассказ.

Глава тридцать четвертая

Что, если Леви Брукс как-то связан с моим отцом? Я не понимала, как такое может быть, но совпадений становилось все больше. Или все дело в том,