Черное дерево - Мерседес Рон

он схватил меня за ягодицы и прижал к себе.

– Я хочу тебя трахнуть, – прошептал он мне на ухо.

– Мне плевать, чего он там хочет, мать его! – рявкнул Себастьян, и я невольно вздрогнула. – Врежь ему по яйцам! Немедленно!

– А как же твоя спутница? – спросила я, стараясь выиграть время и покосившись на Колина, который не лапал девушку, а мило болтал с ней всего в паре метров от нас.

Тристан по-прежнему не сводил с меня глаз.

– О ней позаботятся, – сказал он, прикусывая мою нижнюю губу. – Если пойдем прямо сейчас, у нас будет время сделать это жестко и быстро, – добавил он, скользя ладонью по моим бедрам и пытаясь залезть под платье.

– Хватит, Марфиль! – прошипело у меня в ухе. – Это приказ, черт побери!

Я остановила Тристана, крепко схватив за запястье.

– Не думаю, что у нас есть время, – сказала я, понимая, что страшно рискую. По его тону я поняла, что он собирается действовать «жестко и быстро» не только ради удовольствия, а потому что очень скоро начнется то, что происходит здесь по средам, и он в курсе.

Тристан посмотрел на часы и выругался сквозь зубы.

– Ты права, – сказал он, снова целуя меня. – Придется отложить это до лучших времен.

«Буду счастлива дождаться тех времен, когда тебя на всю жизнь упрячут за решетку, придурок», – хотелось мне выкрикнуть ему в лицо, но вместо этого я нежно улыбнулась.

– Хочешь, пойдем вместе? – спросила я, снова рискнув.

– Осторожней, Марфиль! – предупредил Себастьян.

Тристан достал из кармана сигарету и закурил. По характерному запаху я поняла, что она с марихуаной.

– Так на кого, говоришь, ты работаешь? – спросил он, глядя мне прямо в глаза.

Что-что?!

– Вот Кэти работает на меня, безупречно, она всегда добивается отличных результатов. Нет, я бы точно тебя запомнил, если бы видел здесь раньше… Такие глаза невозможно забыть.

Единственное, чего я не смогла изменить, – это глаза…

– Я работаю на Маркуса Козела, – перебила я, поняв, что либо я назову имя, либо все полетит к чертям.

Глаза Тристана стали размером с блюдца.

– Дай нам знать, если что, и мы тут же войдем, – произнес Себастьян на другом конце линии.

– А я думал, у Маркуса работают только «падроте»…

Я возблагодарила небеса за уроки Рэя и Себастьяна. Если бы я не слышала этого слова раньше, то могла бы выдать себя и всех нас. Так в Колумбии и Мексике называют сутенера, заставляющего девушек заниматься проституцией, как объяснил мне Рэй. Падроте, почти всегда молодые парни без средств из самых маргинальных районов, работают на различные мафиозные группировки, и работа заключается в том, чтобы обманывать как юных девушек, так и взрослых женщин, заставляя заниматься проституцией. Рэй рассказал, что порой эти молодые люди встречались с жертвами по нескольку месяцев, очаровывали их, говоря, что любят, и в итоге девушки сами не замечали, как оказывались на улице или в борделях. Им угрожали убийством родных.

– Я занимаюсь другим товаром, – сказала я.

Мне было противно использовать это слово в отношении женщин. Мы с Рэем много спорили по этому поводу, пока он не объяснил, что я должна говорить именно в такой манере, если хочу влиться в эту среду, не привлекая лишнего внимания.

«Помни, что ты делаешь это ради них, Марфиль», – твердила я себе.

Он хотел уже что-то сказать, но тут поднял голову и уставился на что-то у меня за спиной.

– Я говорю о короле Рима, – с веселой улыбкой произнес он.

Мое тело напряглось, а сердце бешено забилось.

– Что случилось, коллега? – услышала я за спиной знакомый голос, и чья-то рука обхватила меня за талию и прижала к своему телу, которое я, увы, слишком хорошо знала.

«Нет, нет, нет…» – стучало у меня в висках.

– Привет, принцесса. Я по тебе соскучился…

31

Марфиль

Первым моим побуждением было схватить его руку, заломить пальцы и рвануть изо всех сил. Но я этого не сделала.

Я оцепенела.

Я застыла как статуя, и лишь мои глаза лихорадочно выискивали Колина.

Но его нигде не было.

– Сукин сын! – проревело у меня в ухе. – Где, черт возьми, этот Даддарио? Мы потеряли Колина! Куда он полез, не сообщив нам?!

– Что-то ты нервничаешь, – сказал Маркус, целуя меня в шею, и повернулся к Тристану. – Я вижу, ты уже знаком с моей невестой.

Его веселый тон испугал меня больше, чем что-либо другое. Я знала, что сейчас будет.

– Так она твоя невеста? – переспросил сбитый с толку Тристан. – Я не знал… Почему ты мне не сказал? Если бы я знал…

– То не стал бы лезть ей в трусики? – спросил Маркус, и его голос внезапно сделался ледяным.

– Маркус, я…

– Сгинь с глаз моих! – приказал он.

Ему не понадобилось повторять дважды. Тристан развернулся и пошел к выходу, даже не посмотрев, где его девушка.

– Когда мне час назад позвонили и сказали, что ты здесь… – Он повернулся, глядя мне в глаза, и глубоко вздохнул. – Черт, никогда в жизни я не испытывал такого облегчения! – продолжил он, поглаживая меня по щеке.

Я крепко сжала губы, стараясь сосредоточиться и побороть страх. Я была парализована. Не могла сдвинуться с места.

– И что ты с собой сделала, девочка? – упрекнул он меня, касаясь моих коротких светлых волос. – Испортила мою любимую игрушку.

– Я иду! – сказал Себастьян у меня в ухе. – Я вытащу тебя оттуда!

– Мы не можем сейчас войти, – услышала я голос Рэя.

До меня доносились искаженные крики из фургона, и я все сильнее цепенела.

Маркус поманил кого-то рукой, и к нам тут же подошел человек с металлической палкой в руке.

– Обыщи-ка мою девушку, Мани, – сказал Маркус, отойдя от меня на шаг.

Я повернулась к этому человеку, и он принялся обыскивать меня, пока детектор не запищал как безумный, оказавшись на уровне моего уха.

– Смотрите-ка, что у нас есть… – произнес Маркус, забирая у Мани наушник, который тот бесцеремонно извлек из моего уха.

– Надо же, явилась в полной экипировке…

– Маркус… – ахнула я, когда он снял с меня очки. Из них не доносилось никаких звуков, но он никогда раньше не видел меня в очках.

– А это мы тоже лучше оставим здесь, – с притворным спокойствием сказал он. Я хотела возразить, но он перебил меня, посмотрев убийственным взглядом.

– Думаю, это не самое подходящее место для подобных бесед, не находишь?

Он бросил наушник на пол и наступил на него ногой.

Тут я поняла, что осталась одна, и перепугалась. Я едва сдержалась, чтобы не закричать.

– Пойдем