Черное дерево - Мерседес Рон

class="p1">– Уилсон никогда бы нас не предал! – воскликнул Суарес, яростно глядя на Себастьяна.

– Вскрытие покажет, пытали его или нет, но мы сможем это узнать лишь через несколько дней. Сейчас самое главное – покончить с ними раз и навсегда, так что продолжаем, – приказал Уолкер, поворачиваясь ко мне. – Я вижу, ты уже готова, – сказал он, давая понять, что хватит обсуждать смерть Уилсона, пора перейти к другим вопросам.

Я изо всех сил старалась не разрыдаться, оплакивая Уилсона. Мне вспомнился наш разговор в спортзале несколько недель назад, когда он попросил у меня прощения и сказал, насколько важна для него эта миссия. Еще одна смерть добавилась к моему мысленному списку, за которым скрывалась моя вина, и за это я ненавидела себя еще больше.

– Снаружи вас ждет машина, – сказал он, бросая ключи Колину, и тот поймал их на лету.

Себастьян встал, подошел ко мне, взял меня за руку и отвел в дальний угол. Краем глаза я заметила, как Уолкер вздохнул, а Лола выругалась.

– Посмотри на меня, – сказал Себастьян, взяв меня за подбородок и развернув к себе. – Тебе не обязательно в это ввязываться. Если ты откажешься, мы тут же отступим, – отчаянно настаивал он.

Гибель Уилсона меня потрясла. Я не могла смириться с ней, не представляла, что теперь делать, так что предложение Себастьяна имело смысл. Маркус не убил бы Уилсона просто так, должна быть какая-то причина, и все сводилось к тому, что эта причина – я.

– Сейчас или никогда, Себастьян, – сказала я после минутных раздумий. – Мы в долгу перед ним, – добавила я, имея в виду Уилсона.

Мне уже не хотелось плакать. Не хотелось думать о том, что Маркус снова забрал чью-то жизнь. Но нельзя отменить операцию из-за страха. Мы не могли позволить себе быть такими эгоистами.

Себастьян выругался сквозь зубы.

– Вот какого черта ты уродилась такой храброй? – спросил он, целуя меня и отходя к остальным.

– Суарес, заканчивай свои приготовления, – сказал Себастьян, имея в виду наушники, которые нам предстояло надеть, чтобы общаться и слышать все, что нам говорят снаружи. Я буду постоянно слышать голос Себастьяна, и это успокаивало. – Мы с Рэем ждем тебя в фургоне.

Себастьян повернулся ко мне, обнял и поцеловал в щеку.

– Делай все, что я тебе скажу, – прошептал он мне на ухо. – Абсолютно все, поняла?

Я молча кивнула, и он направился к двери.

– Мы покончим с ними, красотка, – сказал Рэй, поднимая сжатый кулак, чтобы я стукнула по нему.

Я улыбнулась, глядя, как он выходит вслед за Себастьяном.

Увижу ли я их снова?

Суарес подготовил нас, объяснив, как работают микрофоны, которые нельзя обнаружить никаким металлоискателем.

– Если увидите, что ситуация вышла из-под контроля, пароль – «рококо». Назовите его, и мы тут же войдем.

Мы оба кивнули и вышли на улицу, где нас ждал черный «Мерседес», которому предстояло доставить нас в клуб.

Колин устроился за рулем, я рядом с ним.

– Ты готова? – спросил он прежде, чем завести двигатель.

– Полагаю, да.

– Годится, – сказал Колин, и мы тронулись в сторону ярко освещенных зданий.

– Меня хорошо слышно? – раздался в левом ухе голос Себастьяна.

– Да, – ответила я, зная, что он тоже прекрасно меня слышит через микрофон, вмонтированный в оправу очков.

Мы ехали молча, и Колин только кивал. Полагаю, они хотели убедиться, что все идет как надо.

– Мы совсем рядом, – сказала я, увидев здание с символом статуи Свободы.

Один его вид вызвал у меня приступ паники. Мне необходимо было успокоиться. Если я буду такой взвинченной, они непременно что-то заподозрят.

– А сейчас сверните на подземную парковку, – услышала я голос Себастьяна в наушнике.

На миг стало темно, но тут же зажглись люминесцентные лампы, осветив дорожку, по которой мы и проехали. Мы нашли на парковке место рядом с выходом. Мое внимание привлекла пара огромных машин, припаркованных рядом с нашей. Там был даже лимузин.

– Пора, – сказал Колин, окидывая меня оценивающим взглядом.

– Все в порядке, – ответила я, морщась от его взгляда, полного сомнений.

– Тогда пошли.

Мы вышли из машины, и я взяла его под руку. Мы поднялись на лифте, вызвав его моим отпечатком пальца. У входа в клуб двое охранников смерили нас оценивающими взглядами.

– Это частный клуб, – первым делом сказали они.

– Я член клуба, – заявила я со всей уверенностью, на какую была способна.

– Назовите ваше имя, пожалуйста.

– Тебя зовут Анабель Лоусон, – прошептал мне на ухо Себастьян.

– Анабель Лоусон, – ответила я, переминаясь с ноги на ногу.

– Не будете ли вы так любезны оставить вот здесь ваш отпечаток? – попросил меня охранник, ввел мое имя в систему убедился, что я действительно зарегистрирована как член клуба.

– Разумеется, – сказала я, подходя к аппарату, который фиксировал отпечатки пальцев. – А это мой гость, – добавила я, расслабившись, когда аппарат без проблем считал мой отпечаток.

«Ты просто супер, Суарес!» – подумала я, едва сдержав радостный крик.

– Сэр, подойдите сюда и зарегистрируйтесь, – попросил охранник.

Почувствовав, что кто-то вошел и ждет своей очереди на регистрацию у меня за спиной, я обернулась.

Это был высокий мужчина лет сорока, его сопровождала очень красивая девушка примерно моего возраста. Мужчина окинул меня с ног до головы похотливым взглядом.

Я тут же отвернулась.

– Вот придурок, – прошептал мне в ухо Себастьян, и я не смогла сдержать улыбку.

Колин освободился через минуту, и нам позволили войти. Мы пошли по коридору, освещенному неоновыми лампами. Где-то впереди играла музыка; мы двинулись на эти звуки, пока не добрались до огромного зала, который я помнила по прошлому посещению. Музыка гремела, как на дискотеке, а на танцполе отплясывал народ. На диванах, обитых красным шелком, сидели парочки; казалось, им не было дела, что они в общественном месте, они страстно целовались и обжимались, как будто никто не видит. К слову сказать, смотрели на них многие.

– Хочешь выпить? – спросил Колин, указывая на барную стойку в углу.

Я кивнула. Мне необходимо было немного расслабиться и набраться храбрости, чтобы все прошло хорошо.

– Никакого спиртного! – сказал Себастьян.

Мы подошли к барной стойке. Я попросила джин-тоник, а Колин пива.

– Спокойно, шеф, мы только притворяемся, – сказала я Себастьяну, тут же залпом осушив полбокала.

Стоявший рядом Колин улыбнулся и начал озираться по сторонам.

– Ходите медленнее, чтобы мы могли различать лица. Системе требуется несколько секунд, чтобы сообщить имя и фамилию, – сказал Себастьян. Так мы и поступили.

У Суареса была программа идентификации людей, которая могла выдать даже адрес электронной почты любого человека, когда-либо зарегистрированного в стране, будь то бывший преступник или законопослушный гражданин.

– Есть несколько