Наталья Корнилова - Ярость и страсть

По всем проулкам городка уже сновали чёрные легковушки с московскими номерами, набитые людьми в чёрных костюмах. По дороге, где мы ехали, тоже проезжали машины с антеннами, но нас пока никто не останавливал. Похоже, они действительно окружили весь городок и теперь прочёсывали его. Мне стало страшно. Это ведь не бандиты, с которыми можно разобраться по-свойски, а вполне официальные служебные органы, стоящие на страже безопасности страны. Я понимала, что впуталась в какую-то жуткую историю и, если бы не присутствие босса, подумала бы, что принимаю участие как минимум в государственном перевороте, судя по тому, какие силы брошены на поимку заговорщиков. Мне и в голову не приходило, что босс может участвовать в чем-то предосудительном или противозаконном. И все-таки я спросила:

— Скажите, босс, вы не преступник?

— Нет, Мария. Но меня, похоже, очень хочет выставить им тот, кому я собираюсь наступить на хвост, чтобы не воровал. И у него очень большие шансы добиться своего. Видишь, сколько народу помогает ему отстаивать награбленное. Правда, мало кто из них об этом догадывается.

— Да, круто за нас взялись! — весело улыбнувшись, проговорил Захар, лихо крутя баранку. — Придётся опять на дно уйти. Надоело уже, Родион, когда по-настоящему работать начнём?

— Пока не вычислю, кто нас сдал, — босс сделал из горла порядочный глоток, отчего у меня встали дыбом волосы, — будете сидеть тихо.

— Ты голова — тебе виднее, — пожал плечами тракторист. — А я уже удочек наготовил. Палатки все заштопал, лодку ещё одну выпросил, думал, порыбачим всласть, все обсудим спокойно. Эх, что за жизнь пошла!

Он газанул, и из трубы на капоте трактора вырвался столб дыма. Тут нас обогнал белый микроавтобус, остановился, из него выскочил экипированный по полной форме майор с короткоствольным автоматом и рацией на груди и махнул рукой, показывая на обочину.

— Так, все идёт, как нужно, — не разжимая губ, процедил босс. — Мария, ты — местная шлюха, меня зовут Вася, его — Петя, мы едем в поле на работу.

Захар остановил трактор, высунулся из кабины и весело прокричал:

— Что, командир, война началась?

— Вылезайте все трое! — властно приказал майор, положив руку на автомат, а другой махнул кому-то в автобусе. Из него начали высыпаться вооружённые солдатики.

— Нам на работу нужно! — сердито запротестовал Захар. — Нас в поле ждут, какого хрена!

Майор, не слушая его, приказал солдатам окружить трактор, а сам подошёл к кабине, открыл дверцу и кивнул:

— Быстро, я сказал!

Недовольно бурча, босс вместе с бутылкой выпрыгнул на дорогу и громко высморкался офицеру на сапоги. Тот и ухом не повёл, словно это был привычный знак уважения. Я спрыгнула и встала рядом с Родионом, затем к нам присоединился и Захар.

— Кто такие? — осмотрев нас с ног до головы, грозно спросил офицер, пока солдаты обшаривали пустую кабину.

— Местные мы, товарищ генерал, — затянула я свою нудную песню. — На работу едем. Мальчики вот меня с собой прихватили. — Я игриво улыбнулась и повела высокой грудью. — Не хотите с нами?

— Отставить базар! — рявкнул майор. — Документы!

— Какие документы в деревне в рабочее время?! — пьяно проговорил босс. — Ты часом не взбесился, начальник? Оглянись кругом. Ты не на плацу, а на природе. У нас план по сенозаготовке горит, так завязывай тут свои порядки наводить. Мы законы знаем, понял? Думаешь, раз деревенские, так можно и к стенке? Не выйдет, товарищ старший прапорщик…

— Молчать!!! — взбеленился тот, обидевшись на понижение в звании. — Из какой вы бригады?

— Из третьей, — недовольно буркнул Захар. — Ты бы лучше нам своих мордоворотов в помощь дал, чем порожняком их гонять, мы бы план в три дня выполнили и уже обмывали бы…

— Вы и так, я смотрю, уже начали. — Майор кивнул на бутылку в руках Родиона. — Так где документы?

— Дома, где ж ещё, — пожал плечами пристыженный босс.

— Оставляйте трактор здесь и садитесь в автобус, — не терпящим возражения тоном приказал офицер. — Поедем за вашими документами. Проверим и, если все в порядке, отпустим.

— Ага, щас! — взорвался Захар. — А трактор? А солома?! Сопрут все, а я потом отвечай?! Не дождёшься, командир! Ты иди в казарме свои порядки устраивай, а не здесь…

— Я тебе сейчас устрою, — тихо, но злобно поцедил майор, направляя дуло автомата ему в грудь. — Так устрою, что на всю жизнь запомнишь, салага! Ничего с твоим трактором не случится. — И, повернувшись к солдатам, крикнул:

— Двое останьтесь здесь, присмотрите за техникой, остальные со мной в машину.

— Товарищ генерал, — жалобно пропищала я, — а я по-маленькому хочу, сил нет терпеть. Это от страха, наверное.

— Дома сходишь! — рявкнул он, и солдаты начали подталкивать нас к автобусу.

Вот и покаталась на тракторе, подумала я. И где мне теперь свой паспорт искать, если он лежит у меня в сумочке?

Офицер уселся рядом с водителем, а мы трое, да ещё четыре солдата, не спускающие с нас глаз, разместились в салоне.

— Куда ехать? — спросил майор, повернувшись к нам.

— Это смотря к кому первому хочешь, — мрачно бросил Захар.

— А кто ближе всех живёт?

— Я, — пискнула я, сжимая коленки, — я ближе всех, потому что уже и по большому хочу. Гоните быстрее, а то не выдержу! Во-он в тот проулок.

Босс с Захаром метнули на меня ошеломлённые взгляды, а майор, ничего не заметив, приказал водителю ехать в проулок.

Тут у него на груди заработала рация, и из неё послышался голос:

— Тополь, что слышно?

— Ни хрена не слышно, — сердито ответил в микрофон майор. — Взял колхозников. Везу за документами. А у вас как?

— То же самое. Их нигде нет, почти все дома обшарили. Наружку тоже не нашли пока. Его скорее всего убрали. Но они ещё здесь, я чувствую.

— Я тоже. Найдём. Все, держите меня в курсе.

Во всей этой кутерьме я все-таки смогла сообразить, что толстая тётка имеет к боссу какое-то отношение. Иначе откуда бы он узнал, что я говорила ей про папу из ФСБ? Видимо, она тут же позвонила ему или Захару и сообщила о моем появлении, а значит, они все заодно. Сейчас я собиралась поехать к ней, рассчитывая на то, что она с ходу подыграет. Показав майору зелёный забор, я, еле дождавшись, когда машина остановится, выскочила и быстро побежала к калитке.

— Эй, куда разогналась? — крикнул майор, вылезая из автобуса. — Пойдём вместе.

— Думаете, я сама не справлюсь? — крикнула я, тарабаня в калитку. — Впрочем, мне ещё никто попку не подтирал, так что будете первым! Идёмте.

Майор густо покраснел до корней волос и отступил, пробормотав:

— Только быстрее. И документы не забудь. В этот момент калитка открылась, и я увидела… Валентину. Сначала мне показалось, что это галлюцинация, но раздумывать было некогда, и я бросилась к ней на шею со словами: «Сестрёнка, привет, я сейчас описаюсь!» Потом затолкала её во двор, захлопнула калитку и горячо зашептала ей на ухо, таща за локоть к дому:

— Ты что здесь делаешь?! Впрочем, не важно. Идём быстрее!

Мы поднялись на крыльцо и вбежали в дом. Там нас встретила хозяйка. Посмотрев на моё лицо, она как-то сразу все поняла и спросила:

— Где Захарка?

— Они его взяли вместе с Родионом! — выпалила я. — На улице в автобусе сидят под автоматами.

— Допрыгались, охламоны. А остальная орава куда девалась?

— В телеге под соломой, на дороге за огородами. Их ещё не обнаружили, но уже охраняют. Нас повезли документы проверить. Не представляю, что сейчас будет… — Я со страхом выглянула в окно, отодвинув занавеску и увидела, как майор нервно меряет шагами пространство между автобусом и забором. — Родион сказал, что он местный и документы дома оставил. Загребут всех. Что же делать?! — Я в отчаянии ударила ребром ладони по спинке стула, и та разлетелась на две половины. — Ой, простите, я нечаянно…

Валентина все это время стояла у двери и переводила взгляд то на меня, то на тётку. Я думала только о Родионе и не могла больше ни о чем спрашивать. Потом, когда все закончится, я вытяну из неё все…

— Так, говоришь, трактор на дороге бросили? — спросила тётка. — Ну-ка, пошли со мной.

Она развернула своё громадное тело и неожиданно резво выскочила за дверь. Мы с Валентиной, положившись на Господа и прячась за её широкую спину, пошли за ней. Протиснувшись в калитку, женщина пошла прямо к «рафику».

— Куда это вы, мамаша? — Майор, который был меньше её в тысячу раз, заступил ей дорогу. — Не положено!

— Пошёл ты!!! — рявкнула она и как былинку смела его с пути. Потом сунула голову в открытую дверцу микроавтобуса, расшвыряла ошалевших от такого напора солдатиков, схватила Захара за рубаху и вытащила на свет Божий.

— Ты что ж это, подлец, вытворяешь?! — Она влепила ему звонкую пощёчину, которой легко можно было убить слона. — Тебе кто давал право технику на дороге бросать, а?! А я потом горбатиться должна, когда поворуют?! — и отвесила подзатыльник насмерть перепуганному здоровенному трактористу, виновато съёжившемуся перед ней. — А ну-ка, марш за трактором и на работу, бездельник несчастный!