Комната лжи - Никки Френч

с вами, доверяет вам. Вы узнаёте их секреты раньше меня.

– Это не так.

– Бернис Стивенсон поделилась с вами подозрениями раньше, чем со мной. Рената Сёл призналась вам, что завела роман на стороне. Я пришел к вам домой и обнаружил там половину людей, с которыми собирался поговорить.

– Да ну нет же…

– А на месте преступления мы нашли личные дела сотрудников «Сан сериф», кроме вашего. А потом оно всплыло, да еще внутри ваша фотография из отпуска, а на папке – следы вашей крови. Нив, прошу, поверьте, я на вашей стороне. Но вы должны дать мне какую-то зацепку.

Нив нисколько не верила, что он на ее стороне.

– Не понимаю, почему вы меня расспрашиваете, – возразила она. – Откуда бы той папке вообще у меня взяться? А даже если бы она была у меня, как бы я заляпала ее кровью? Но пусть бы и заляпала, зачем мне тогда приносить личное дело Бернис Стивенсон?

– А разве я говорил, что это сделали вы?

Повисла долгая пауза.

– Вы больше ничего на той папке не нашли? – полюбопытствовала Нив.

– Например?

– Допустим, отпечатки пальцев.

– А вот это хороший вопрос, – заключил Хитчинг, побарабанив пальцами по столу.

– А ответ?

– На папке нет отпечатков пальцев.

– Кроме Бернис Стивенсон.

– С чего вы взяли? – впился в нее взглядом детектив.

– Просто предположила, – пожала плечами Нив. – Ей же просунули дело в щель для почты, вот миссис Стивенсон и подняла папку, чтобы посмотреть.

– Вы правы, – согласился Хитчинг. – Я имел в виду, там нет больше ничьих отпечатков, кроме миссис Стивенсон.

– Или же ее отпечатки попали на папку в какой-то другой момент.

– Что вы хотите сказать?

– Просто замечание.

– Вы говорите, что Бернис Стивенсон соврала, что получила папку по почте? Вы ее обвиняете?

– Я лишь отмечаю факт.

Хитчинг молча взял другую папку и открыл.

– Это ваше личное дело, – пояснил он. – Вернее, копия. Мы же не хотим случайно насажать и своих отпечатков.

Нив попыталась прочитать, что там написано, пусть даже и вверх ногами. Разобрать получилось только личные данные, пропечатанные в шапке листа.

– Даже с адресом напутали, – проворчала Нив.

– Что?

– Там пятьдесят седьмой дом стоит. А мы живем в семьдесят пятом.

– Подумаешь, опечатка, – отмахнулся Хитчинг.

– Если они даже тут ошиблись, то могли ошибиться и где-то еще.

– Говорите, как матерый адвокат по уголовке, – растянул губы в улыбке детектив.

– Это просто замечание.

– Очередное. – Он снова откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок, глубоко о чем-то задумавшись. Затем снова перевел взгляд на Нив. – Я тут читал описание места убийства, и у меня появились кое-какие мысли на этот счет.

Нив не ответила. Ей казалось, что она и так слишком много наболтала. Теперь ей лучше было ограничиваться максимально короткими фразами.

– На месте преступления прибрались, – продолжил Хитчинг. – Причем тщательно. Не только вокруг тела. Такое ощущение, будто отдраили всю квартиру. Но я вроде уже вам это говорил? – Нив молчала. – Все вещи на месте, все поверхности сияют. Моя бы уборщица так старалась. А то твердишь ей: да ты мой, не только пыль стирай. Но как об стенку горох. Однако тот, кто был в квартире, вымыл вообще все. Кстати, забавный момент. В морозилке стояла бутылка джина и два бокала. Знаете, такие, в которых коктейли подают.

Нив не догадалась заглянуть в морозильную камеру. Как-то раз они с Солом пили из бокалов сухой мартини. А потом целовались, и она чувствовала холодными губами тепло любимого. Нив вперилась глазами в Хитчинга.

– Казалось бы, запасное жилье. Зачем там два бокала?

«Молчат только виновные, – мелькнуло в голове у Нив. – Надо что-то сказать».

– А вдруг кто-то придет в гости? – предположила она.

– Например?

– Жена?

– Она почти не бывала в той квартире, – возразил детектив. – По крайней мере, она так сказала.

– Тогда кто-то другой. Откуда мне знать?

– Та квартира мне с самого начала показалась любовным гнездышком. Для свиданий, например, с вашей подругой Ренатой. С Ренатой Сёл. Что скажете?

– Вы постоянно спрашиваете мое мнение, – проворчала Нив. – А у меня его нет.

– Она сказала, что их роман с Солом Стивенсоном окончен. Но бокалы говорят обратное.

– Нет.

– Почему?

– Может, они в морозилке уже несколько недель. Или месяцев.

– А по поведению подруги вы ничего не заметили?

– Она рассказала мне про свою интрижку всего-то пару дней назад.

– Да, конечно. Вы уже говорили.

– Да.

– Но она же правду сказала? – Он слегка наклонился вперед. – А вы?

– Да, – честно ответила Нив, не в силах избавиться от ощущения, что лжет.

Хитчинг медленно покивал, будто обдумывал ее слова. Тишина так давила, что Нив хотелось закричать, швырнуть чем-то, лишь бы ее нарушить. Она сложила руки на коленях, сплела пальцы и сжала их покрепче, чувствуя, как обручальное кольцо больно впивается в кожу.

– Помощница мистера Стивенсона утверждает, что тот до последнего дня продолжал изменять жене.

– Кэти? А ей-то откуда знать?

– По-моему, она знает о нем абсолютно все. Это же ее работа. Ну и хобби тоже.

– Она говорила, что он до самой смерти изменял жене с Ренатой? – Нив вдруг осознала, что, скрывая собственную интрижку с Солом, ужасно подставляет подругу. Тогда Нив наклонилась к детективу и протараторила: – Уверена, Рената мне не врала. Все закончилось.

– Я же не говорил, с кем он жене изменял – просто изменял, и все.

Нив уставилась ему в лицо. Она не могла ничего сказать, но и глаза отводить ей не стоило.

– Главный вопрос, – наконец продолжил Хитчинг, – как ваша кровь попала на папку.

– Понятия не имею.

– Вот как? Вряд ли вы оставляете повсюду образцы своей крови.

– Дело не только в этом. Я никогда ту папку не видела. До последнего времени вообще не знала, что она в природе существует.

– Но вы где-то ударились, ведь так? – Хитчинг наклонился к ней еще ближе и пристально посмотрел на нее.

– Что?

Он кивнул на ее синяк.

– Я с велосипеда упала. Ушибла лицо.

– До крови?

– Да, немного.

– Когда это было?

– Несколько дней назад.

– До смерти мистера Стивенсона?

– Да.

– Незадолго ведь?

– Наверное, за несколько дней.

– Но не в день его гибели?

– Нет.

– Свидетели есть?

– Нет. Но я домой вернулась с синяками и царапинами. Мои точно помнят.

– Ваши родичи?

– Да.

Хитчинг ее версией не впечатлился.

– Как бы то ни было, вы поранились до крови.

– Это не имеет значения. Я ту папку в глаза не видела.

– Папку, в которой оказалась ваша фотография.

Нив кивнула.

– Вы там на отдыхе. – Он подвинул к ней пластиковый конверт со снимком внутри. И вот Нив опять видит себя же,