Слоновая кость - Мерседес Рон

один парень, – сказала она, улыбаясь. – Знаешь, я попросила Лауру рассказать мне, как это происходит. Я не собираюсь целоваться с Тимми, не имея ни малейшего представления, что делать. По правде говоря, это мне кажется довольно отвратительным, столько слюны, и языки…

Господи.

– Первый поцелуй тебе должен подарить кто-то важный, тот, к кому ты испытываешь настоящие чувства.

Сестра пожала плечами.

– Подумаешь, большое дело.

Я посмотрела на нее с беспокойством. Единственное, что по-настоящему успокаивало, – знание, что за ней следят и что она не может сбежать из школы, пока нависшая угроза продолжает существовать.

Той ночью мы спали вместе после просмотра одного из любимых фильмов, и, глядя в темный потолок спальни, я не могла не задаться вопросом, каково это – быть поцелованной Маркусом Козэлом, и сможет ли его поцелуй пробудить во мне то, что дарили поцелуи Себастьяна.

–

Следующий день прошел без происшествий. Если не считать того, что, когда я спустилась к завтраку, внизу ждал гигантский букет красных роз. Габриэлла и Люпе прыгали вокруг меня, упрашивая, чтобы показала открытку, но, прежде чем достала ее, взгляд почти случайно упал на Себастьяна, который завтракал на другом конце стола, а Уилсон сидел напротив него. Наши взгляды встретились, и что-то во мне оборвалось. Себастьян первым прервал зрительный контакт и продолжил читать газету.

Вскрыла конверт и прочитала то, что Маркус написал.

С момента как мы встретились, не мог перестать думать о тебе. Считаю часы перед сегодняшней встречей. Принарядись для меня.

Маркус Козэл

Я передала открытку Габриэлле, чтобы она перестала расспрашивать, и села за стол завтракать. Себастьян даже не моргнул.

– Ой-ой… «Принарядись для меня»? А этот Маркус – настоящий дамский угодник, да?

– Заткнись, – прошипела я, вырывая у сестры открытку и засовывая в карман. – Если хочешь провести день у ручья, нам следует поторопиться. Хотела бы вернуться к пяти, чтобы было время переодеться.

Час спустя, смеясь и обгоняя друг дружку, мы ехали на лошадях с Себастьяном и Уилом позади. Люпе собрала корзину для пикника с бутербродами, яблоками, сыром и виноградом. Себастьян и Луис не захотели присоединиться. Мне не удалось поговорить с Себастьяном, пока не подъехали к конюшне около половины четвертого пополудни. Я немного отстала, так как хотела почистить Филиппа, прежде чем уйти; вот почему, когда Себастьян подошел в конюшне, поняла, что мы одни.

Пыталась вести себя так, как будто его здесь не было, но как же трудно было игнорировать его, особенно когда он подошел к Филиппу и с бесконечной нежностью погладил.

Положила щетку на место, но, прежде чем успела выйти, Себастьян задержал меня.

– Будь осторожна сегодня вечером.

– Это всего лишь свидание, Себастьян. У меня их были тысячи.

Он зажал мой подбородок между пальцами, заставляя смотреть на него.

– Маркус Козэл не такой, как парни, с которыми встречалась. Он опасен. Будь осторожна.

Отступила на шаг.

– Он сын друга отца. Если бы он был опасен, отец не отпустил бы меня. И, судя по всему, отец очень рад, что иду на ужин с Маркусом.

Губы Себастьяна сжались в тонкую нитку.

– Хочешь еще что-нибудь сказать, не рискуя показаться ревнивцем?

Себастьян не смутился. Он сделал шаг ко мне и пристально посмотрел, буквально впиваясь карими глазами в мои.

– Не позволяй ему целовать тебя.

Неверяще уставилась на него.

– Почему?

– Потому что если он это сделает, захочет пойти дальше.

Сказав это, он повернулся ко мне спиной и ушел, оставив одну.

Что это только что было?!

–

Не было смысла лгать себе: обрадовалась, когда узнала, что Себастьян умирал от ревности из-за свидания с Маркусом, хотя, казалось, это было больше, чем ревность: он меня о чем-то предупреждал.

Я не собиралась долго думать об этом: в животе порхали бабочки перед предстоящим свиданием. Выбрала элегантное темно-зеленое приталенное платье длиной до колен с черными туфлями на каблуках, которые великолепно смотрелись. Распустила прямые волосы, теперь они ниспадали на спину, и накрасила ресницы, чтобы подчеркнуть зелено-кошачьи глаза. Губы оставила естественными, лишь нанесла бальзам для губ с перламутрово-розоватым блеском.

– Выглядишь потрясающе.

Поблагодарила Габриэллу, поцеловала ее в макушку и вышла за дверь. Понятия не имела, чем обернется это свидание, но не хотела заранее беспокоиться или накручивать себя. За последние два года встречалась с кучей парней. Единственным человеком, рядом с которым я была как натянутая пружина, оказался Себастьян, и, по правде говоря, я надеялась, что с Маркусом все будет по-другому. Хотела, чтобы все было проще: с Себастьяном все было слишком сложно и напряженно.

В конце концов, я не собиралась заморачиваться: всего лишь ужин. Романтический ужин. Но скорее всего, все будет как всегда: либо сойду с ума от скуки, либо хорошо проведу время, но ничего примечательного не случится.

Спустившись по лестнице в фойе, увидела, что Уилсон и Себастьян уже ждут меня.

Взглянула на них: оба в официальных костюмах с галстуками и с весьма угрюмым выражением лица.

– Только не говорите, что идете со мной!

– Они будут сопровождать тебя.

Отец появился в дверях, ведущих на кухню. Окинул меня взглядом и удовлетворенно улыбнулся.

– Прекрасно выглядишь, дочка. Очень рад, что ты начинаешь отношения с Маркусом Козэлом. Он – непревзойденная партия.

Я повернулась к нему.

– Первое: я вовсе не начинаю с ним отношений, ведь едва его знаю. Мы просто собираемся пойти поужинать. Второе: почему они должны сопровождать меня? Нельзя превращать ужин для двоих в «семейное» сборище.

Вопреки ожиданиям, отец на это только улыбнулся.

– Не волнуйся, дочка. Маркус привык передвигаться с охраной.

Я вспомнила слова Маркуса о том, если бы я была «его», за мной ходили бы пять человек, и желание встречаться с ним несколько поутихло.

Спорить с отцом было бессмысленно, поэтому я изо всех сил старалась смириться с тем фактом, что Себастьян и Уил будут следить за каждым моим шагом сегодня вечером. Как, черт возьми, кокетничать, если Себастьян будет смотреть?

Наконец прибыл Маркус, элегантно одетый в темные джинсы и белую рубашку. Одет он был более неформально, чем я, но гармонии это не нарушало. Он казался действительно искренним, когда, увидев меня, сказал, что я самая красивая девушка, которую он когда-либо видел. Я улыбнулась, хотя комплимент на самом деле не оказал положительного воздействия.

Он прибыл со всей «артиллерией». Несмотря на то, что собирался сесть за руль – внимание! – матово-черного «Феррари», позади него и в ожидании, когда мы сядем в машину, были припаркованы два «Мерседеса», тоже черного цвета.

Увидев, что я бросила быстрый взгляд в их сторону, Маркус взял меня за