Последний пассажир - Уилл Дин

возвращается. Ничего не вижу. Протираю глаза, которые защипало от соли, и вижу, что нахожусь далеко от корабля. Я думала, что упаду рядом с корпусом.

Голоса выкрикивают инструкции, но я сосредоточена лишь на том, чтобы держать голову над водой. Дыхание учащается, а сердце, кажется, готово разорваться в любую секунду.

Выплевываю воду.

Очередная волна бьет прямо в лицо, и я взмываю на гребне, который может быть величиной с олимпийский бассейн. И даже больше.

Горло болит.

Подо мной больше мили темноты. Мини-кальмары и медузы, кровавый гребешок, черная морская крапива, атолла. Иной мир, занимающий две трети планеты. Невообразимые глубины и никаких шансов на спасение.

– Кэролайн! – кричит кто-то. – Тебе нужно…

Я не улавливаю слов. Свистит ветер, а волны так и норовят накрыть с головой. Мне никогда не было так холодно.

«Плыви к ним». – Голос Джеммы звучит у меня в ушах.

Я недостаточно близко к кораблю.

Начинаю отчаянно грести, размахивая руками. Хочу доплыть, добраться до понтона, но спасательный жилет и течение делают это почти невозможным. Короткие, неэффективные гребки.

Секунды тянутся как часы.

«Атлантика» – кафедральный собор или футуристическое тюремное крыло, проплывающее мимо меня. В этот момент я ощущаю себя такой бесконечно маленькой.

Бью ногами и гребу изо всех сил.

– Каз, тебе нужно плыть быстрее! – Лицо Фрэнни то появляется, то снова исчезает в волнах. Мелькают рыжие волосы. – Плыви быстрее!

Работаю руками и ногами, но волны слишком высокие, поверхность слишком зыбкая. Все силы покидают меня. Я слабею, дрожащая и утомленная. Ужасно замерзшая. Жалкая, одинокая, умирающая с голоду. Выброшенная в открытый океан.

Что-то плюхается в воду рядом со мной.

– Держись! – кричит Дэниел. – Хватайся скорее!

Плыву туда, где, как мне кажется, эта штука находится, но ничего не нахожу. Вижу, как Дэниел тянет веревку обратно по воде и бросает ее снова.

Джемма – сильная пловчиха. Намного сильнее меня.

– Помогите! – отчаянно прошу я. – Помогите мне!

Но они не ныряют в воду, чтобы спасти меня. Они кричат, и выражение отчаяния на их лицах, проплывающих мимо, напоминает эпизод из ночного кошмара. Они удаляются, а я беспомощно качаюсь вверх-вниз в темно-серой морской воде. Фрэнни смотрит на меня, когда я попадаю в следующую волну и ухожу под воду, выныривая на поверхность гораздо дальше. Вне их досягаемости.

Вне всякого реального шанса на спасение.

Глава 63

Я брошена погибать от переохлаждения в этом неумолимом океане.

Единственная надежда – Смит, но силы покидают меня, перед глазами все меркнет с каждой секундой.

Я не вижу его и не слышу.

Бью ногами и гребу, чтобы приблизиться к кораблю, но с каждым безуспешным движением волна снова отталкивает меня все дальше, все глубже в открытое море. Я размышляю, не недооценила ли Губастая Атлантику.

А может, она на это и рассчитывала.

Тело промерзло до костей, стало в воде тяжелым и неуклюжим. После нескольких дней без нормальной еды я больше ни на что не способна.

Волна отбрасывает меня к борту корабля, и я пытаюсь уцепиться за гладкий металл, впиваясь ногтями в заклепки, но безуспешно. Ухватиться не за что. Плоская сталь толщиной в два дюйма рассчитана на минимальное трение. Никаких выступов или поручней.

Теперь я вижу Джемму. Она спокойно улыбается. Выглядит радостной. Словно хочет, чтобы я вернулась к ней домой.

Накатывает еще одна волна, и я ухожу под воду, кружусь, выныриваю, отплевываясь и тяжело дыша.

Понтон на месте. Задние двери открыты.

Но Смита нигде не видно. Наверное, он не успел добраться туда. Не задумываясь, я прощаю его.

Я должна выбраться сама.

– Держись! – кричит вдалеке приглушенный голос.

Я все еще в двадцати метрах от понтона, но он быстро приближается ко мне. Завис на высоте полуметра над уровнем моря, только волны разбиваются под ним.

Я стараюсь не сводить глаз с безлюдного понтона. Дыхание замедляется. Кажется, тело берет верх над разумом, отгоняя шум, боль и холод.

Понтон уже близко.

Вода подступает к горлу, щиплет миндалины.

Напрягаю мышцы, вскидываю руки и цепляюсь за понтон, а Дэниел и Фрэнни радостно кричат у меня за спиной. Стискиваю стучащие зубы, подтягиваюсь, и ошеломляющее чувство облегчения захлестывает меня, когда я на мгновение заглядываю внутрь корабля, а затем тяжелая волна обрушивается сверху, словно кирпичная стена. Онемевшие, заледеневшие руки теряют опору, и я погружаюсь в черную воду.

Когда я выныриваю на поверхность, голова ударяется о дно понтона, и я оказываюсь в ловушке.

Подо мной километровая толща воды, а наверху – прочная стальная дверь.

Барахтаюсь, глотая морскую воду, кашляя и молотя руками, выбрасываю ноги в пустоту, но корабль движется, и сталь над головой погружает меня все глубже и глубже под воду.

Наконец я выныриваю, кашляя глубоким гортанным лаем, из другого мира, чужой страны.

Понтон вне моей досягаемости.

Я потеряла последнюю надежду.

Осталась одна.

Глава 64

– Помогите! – кричу я, но перед лицом вздымается волна, и с таким же успехом можно перекрикиваться с базальтовой горой.

Время замедляется.

Вижу себя сверху: бьющая крыльями морская птица.

С этого ракурса «Атлантика» выглядит необъятной, и я ненавижу каждый ее болт и заклепку. Целый городской квартал на всех парах удаляется, оставляя меня наедине с таящимися внизу безглазыми существами.

Я бы поплыла за кораблем, но если он движется со скоростью двадцать девять узлов – да даже если всего девять, – я его ни за что не догоню. Сердце замирает в груди.

«Будь осторожна, Кэролайн». Эти слова мама всегда бормотала перед тем, как я отправлялась на вересковые пустоши со своей одноместной палаткой, чтобы спокойно переночевать в одиночестве. Тогда она еще помнила, кто я такая.

Что-то появилось на задней палубе, высоко надо мной.

Пара глаз.

– Помогите! – зову я. – Пожалуйста, вы должны мне помочь!

Смит что-то кричит в ответ, но я не могу разобрать слов. Он наклоняется и выбрасывает рыболовную сеть Дэниела.

Плыву изо всех сил, преодолевая волны величиной со стену, глотая воду и снова выплевывая. Соль обжигает ноздри, но я пытаюсь дотянуться. Нейлоновая веревка. Сеть. Промахиваюсь. Слишком сложно. Снова протягиваю руку, брыкаюсь ногами, и кончики пальцев нащупывают край. Притягиваю веревки к себе и заворачиваюсь в них. Просовываю руку сквозь сетку и наматываю ее на ногу, как будто я – селедка, пойманная Смитом.

– Втягивайте меня! – кричу охрипшим голосом.

Но Смит медлит. Я вижу его далеко наверху, он изо всех сил пытается удержаться на ногах, стискивает зубы, теряет опору.

Он вот-вот меня уронит. Выпустит из рук веревку и оставит