Комната лжи - Никки Френч

– Потому что хотите что-то скрывать? – уточнила Джеки.

– Наоборот. Мы настолько друг другу доверяем, что уважаем личное пространство. А если ты начнешь кого-то подозревать, то к чему в итоге придешь?

– И то верно, – поддакнул Уилл. – Все зацепки будут указывать только на то, что человек виноват – и точка.

Нив обернулась, вытирая руки полотенцем. Перехватила довольный насмешливый взгляд Мейбл. Нив едва сдерживалась, чтобы не заорать, и чувствовала, что если сейчас же не сбежит, то перепугает своим воплем всех собравшихся.

– Так мы поедем на великах кататься? – спросила она у Рори, и его лицо обрадованно засияло. – Но только на часок, – пояснила она друзьям. – Увидимся, если я вас еще застану.

– Мы с теплицей, наверное, весь день провозимся, – посетовал Флетчер. – А что насчет обеда?

Нив пришлось выбирать из двух зол. Ехать с Рори либо по дороге, где рядом несутся машины, автобусы и грузовики, либо вдоль реки Ли, где полно других велосипедистов и пешеходов, а вот защитных ограждений нет. Рори обожал кататься, но в седле держался плоховато, да еще мог замечтаться – тревожное сочетание. А вдруг он задумается, вылетит на загруженную дорогу, не заметит перекрестка, грузовика, выбоины или красного сигнала светофора? Конечно, плохо, если Рори свалится с велосипедом в реку, но, если врежется в бетономешалку, будет куда хуже. Тогда Нив велела ему надеть шлем, и они отправились колесить по спальным районам к северу; ехали один за другим, сын – впереди.

Они и раньше здесь катались, и Нив такие прогулки успокаивали, словно она по волшебству переносилась в тихий зеленый мир, где течет вода, поют птички – и это в центре Лондона. По пути Нив окликнула Рори и показала ему баклана, который расправлял крылья, – и тут же пожалела. Сын обернулся и вильнул к воде, и Нив пришлось крикнуть, чтобы он не упал. Они остановились возле эллингов, пока молодые гребчихи проносили через дорогу лодку. Рори спешился и завороженно уставился, как они спускают суденышко на воду.

Нив будто мысленно разделилась на две разные личности. Одна, как и положено матери, показывала на лебедя, за которым рядочком тянулись птенцы, и покрикивала на сына, чтобы не забывал пропускать пешеходов. Вторая же думала о чем угодно, но только не о поездке. Что сейчас творится дома? Чем занимаются полицейские? А главное: не следит ли кто за ней? Она никак не могла отогнать эту мысль – так бывает, когда удаляют зуб и ты потом постоянно лезешь языком в пустую лунку. А вдруг убийца – незнакомый человек? Или, наоборот, кто-то из своих, из тех, кто в списке? Нив не могла решить, какой вариант пугает ее больше, но, прокрутив в уме имена подозреваемых – Бернис, Рената, Гэри, Чарли, Флетчер, Мейбл, – сразу поняла.

Нив и Рори обгоняли бегунов, людей с собаками, гребцов. Добравшись до Тоттенхэм-Хейла, она посмотрела на время. Они катались уже почти полчаса. Пожалуй, достаточно. Она крикнула сыну, чтобы останавливался. Тот обернулся, и она сказала, что пора домой.

– Но мы только выехали, – он так разочарованно понурился, что у нее сердце сжалось.

– Слушай, – предложила Нив, – мы как-нибудь устроим семейную вылазку: возьмем напрокат несколько велосипедов и поедем, как сейчас, вдоль реки далеко-далеко, до самых пригородов. Как тебе?

– Правда? А Мейбл? – с сомнением протянул Рори.

Этот элементарный вопрос выбил Нив из колеи. Мир, в котором они с Мейбл занимались простыми, веселыми, обыденными вещами вроде летних поездок на велосипедах, казался невообразимо далеким.

– Посмотрим. Ты молодец, – похвалила она затылок Рори: сын ведь рулил впереди. Казалось, он правда ехал увереннее. Рори ничего не ответил. Нив даже не знала, слышал ли он ее. Она провалилась в какой-то транс, педали крутила на автопилоте и не замечала, что происходит вокруг. Уставшей Нив себя почему-то не чувствовала – по крайней мере, не так, как раньше. На велосипеде она бы не заснула. Наоборот, она ощущала кристальную ясность ума. Нив начала составлять план. Она пойдет и поговорит со всеми, кого внесла в список. Узнает, где они были тем утром.

Нив никогда особо не интересовалась, что о ней думают окружающие. Задайся она таким вопросом – а сейчас именно он и вертелся у нее в голове, пока Нив хвостом тащилась за худенькой фигуркой сына, – пришла бы к выводу, что люди в целом ее любят. К ней идут за помощью. С ней хотят дружить. Некоторые ее желают. Ей доверяют, даже когда она и не хочет слышать ничьих откровений. Теперь она воспринимала себя как человека, которого ненавидят, и это было странное ощущение. Словно солнце встало не на востоке, а где-то в другом месте, и пейзаж кардинально изменился – потемнел, помутнел, и ее жизнь оказалась совсем не такой, какой она ее видела раньше.

Нив не вдавалась в размышления, что она за человек, но считала себя в целом женщиной порядочной. Однако в луче нового ледяного света она видела себя иначе: изменщица, лгунья, никудышная подруга, коллега-крыса. Она нарушила обещания. Правда, она на самом деле никому ничего и не обещала: когда выходила за Флетчера, подписала специальный бланк в Хакни-таун-холле и торжественно заявила – о чем там? – о своем согласии на брак. Но в душе поклялась, а потом нарушила клятву.

Итак, Нив поговорит с людьми. Попробует выяснить, где они были, что знают и о чем подозревают.

Тут у нее появилось аж две пугающих мысли. Она уже знала – или полагала, – что некто знал о ее постыдных делишках и ненавидел ее, но убил Сола. Теперь Нив внезапно прочувствовала, что этот человек и вправду есть, живет в ее мире и прямо сейчас где-то ходит или сидит, может, кофе пьет. И по-прежнему испытывает ненависть к ней. И вдобавок недавно совершил убийство.

Второй же мыслью было следующее: если она побеседует с людьми и узнает что-то важное или даже определит преступника, что дальше? Как ей распорядиться такой информацией? Озарения находили на Нив одно за другим.

Внезапно раздался скрежет, и она резко нажала на тормоза – но и тогда едва не врезалась в Рори, который неожиданно остановился прямо перед ней.

– Осторожнее, – попеняла она. – Я в тебя чуть не влетела.

Сын мрачно посмотрел на нее и спросил:

– Где мы?

Нив оглянулась. Только теперь до нее дошло: она так углубилась в размышления, что увела Рори далеко от того места, где они выехали к реке. Сейчас они оказались почти у Хакни-Уик.

– Мы заблудились? – уточнил сын.

– Конечно