Тайна жёлтых нарциссов - Франк Хеллер

Это весьма таинственная история, мистер Мильбург... Скажите, а подготовил ли Лайн заблаговременное распоряжение?.. Я имею в виду, кому, в случае его смерти, придется продолжать руководить делом?

Мильбург замялся и, по-видимому, с большой неохотой ответил:

— Пока дело веду я, — сказал он, — так же, как тогда, когда мистер Лайн совершал свое кругосветное путешествие. Я уже получил от адвокатов мистера Лайна доверенность на ведение дел фирмы до тех пор, пока суд не назначит опекуна.

Тарлинг пытливо посмотрел на управляющего.

— Скажите мне, мистер Мильбург, какое влияние смерть Лайна оказала на вашу судьбу? — резким тоном спросил он. — Ваше положение благодаря этому ухудшилось или наоборот?

Мильбург улыбнулся.

— К несчастью, оно улучшается, ведь я получил гораздо большие полномочия и, понятно, беру на себя еще большие обязанности. Я был бы рад, если бы мне не пришлось оказаться в подобном положении, мистер Тарлинг.

— В этом я не сомневаюсь... — ответил сыщик, припоминая подозрения Лайна относительно честности своего управляющего.

Обменявшись еще парой фраз, они расстались. По дороге в Гертфорд Тарлингу пришлось думать и об этом человеке. Мильбург во многих отношениях казался ему личностью ничтожной и ненадежной, у него просто не было качеств, необходимых порядочному деловому человеку.

В Гертфорде Тарлинг взял такси и назвал шоферу адрес.

— Хиллингтон Гров? Это чуть больше двух миль отсюда, — заметил шофер. — Вы, вероятно, к миссис Райдер?

Тарлинг кивнул.

— Вы, значит, приехали без нее?

— Без кого? — спросил сыщик.

— Без молодой дамы, которую здесь ожидают.

— Да, — озадаченно ответил Тарлинг.

— Видите ли, мне поручили дождаться поезда, с которым она могла бы приехать...

Но сыщика ждала еще одна неожиданность. Несмотря на громкое имя, он представлял себе Хиллингтон Гров маленьким домиком, обычным для предместья. Но когда шофер, завернув в высокие ворота парка, поехал по длинной широкой аллее и, наконец, остановился на усыпанной гравием площадке, он был изумлен. Как он мог предполагать, что родители служащей фирмы Лайн живут настолько по-барски? Он еще более удивился, когда двери раскрыл ливрейный лакей. Тарлинга провели в комнату, убранную с изысканным вкусом. Он все еще думал, что здесь какая-то ошибка, когда двери отворились и вошла дама лет сорока, все еще красивая и с поступью светской женщины. При всей ее любезности, Тарлингу показалось, что она чем-то весьма озабочена, а в выражении ее лица и голоса явственно чувствовался страх.

— Боюсь, что я ошибся... — начал он. — Видите ли, я хотел поговорить с мисс Одеттой Райдер.

Его удивление еще увеличилось, когда дама сказала ему:

— Одетта — моя дочь. У вас, полагаю, есть известия о ней? Я весьма озабочена ее отсутствием.

— Озабочены ее отсутствием? — быстро спросил Тар-линг. — Но что случилось? Разве ее здесь нет?

— В том-то и дело, ее нет.

— Но не было ли се здесь раньше? Может, она заезжала вчера вечером?

Миссис Райдер отрицательно покачала головой:

— Нет, ее не было и вчера. Она обещала провести у меня несколько дней, но вчера вечером я получила телеграмму, — обождите минуту, сейчас я ее принесу.

Она ненадолго вышла и вернулась с коричневато-желтым телеграфным листком в руках.

— Вот, прочитайте... Вы, наверное, друг Одетты, и поможете мне разобраться...

В телеграмме было написано:

«Не могу приехать, не ниши по моему адресу. Как только я достигну места назначения, тотчас дам тебе знать.

Одетта».

Телеграмма подавалась с главной лондонской почты и, судя по штемпелю, пришла в Гертфорд в девять часов вечера. «Следовательно, — подумал сыщик, — за три часа до того, как, по общему мнению, было совершено убийство!»

 VII

— Могу ли я оставить эту телеграмму себе? — спросил Тарлинг.

Дама кивнула в знак согласия.

Он видел, что она находится в нервном и возбужденном состоянии.

— Я никак не могу понять, почему Одетта не приезжает? Что случилось? Быть может, вы, мистер?..

— Тарлинг.

— ...мистер Тарлинг, знаете причину?

— К сожалению, миссис Райдер, я пока тоже не могу дать вам никаких объяснений. Но прошу вас, не беспокойтесь. По всей вероятности, она просто в последний момент изменила свое решение и остановилась у приятелей в городе...

— Разве вы не видели Одетту? — боязливо спросила миссис Райдер.

— Я уже несколько дней как не говорил с ней.

— Но что же случилось? — Ее голос дрожал, и она с трудом подавила рыдания. — Видите ли, я тоже несколько дней не видела ни ее... ни кого бы то ни было, кто принес бы мне известия о ней, — при последних словах она сделала слабую попытку улыбнуться.

Кого она могла ожидать? И почему эта пауза в разговоре? Возможно, она ничего не знает об убийстве Лайна? Сыщик решил выяснить все это как можно подробнее.

— Весьма возможно, — сказал он, — что ваша дочь задержалась в городе из-за смерти мистера Лайна.

Говоря это, он внимательно наблюдал за ней. Она неподвижными глазами уставилась на него и побледнела.

— Так мистер Лайн умер? — пробормотала она. — Но ведь это совсем молодой человек, почему он так рано умер?

— Вчера утром его убили в Гайд-Парке.

Миссис Райдер зашаталась и бессильно опустилась’ на стул.

— Убит! Убит! — прошептала она. — Боже, только не это! Только не это!

Ее лицо посерело. Она дрожала всем телом, эта статная женщина, незадолго до того вошедшая в комнату с такой важной осанкой. Вдруг она закрыла лицо руками и тихо заплакала.

— Миссис Райдер, скажите, вы знали мистера Лайна лично? — спросил сыщик, выждав некоторое время.

Она отрицательно покачала головой.

— А слышали ли вы что-нибудь о нем?

Она подняла голову.

— Нет, — успокаиваясь, сказала она. — Только то, пожалуй, что он был человеком неприятным в общении.

— Простите, я не совсем понимаю... Ваша заинтересованность...

Он не знал, как ему закончить вопрос. Вообще, он был крайне удивлен, что дочь этой весьма состоятельной, судя по всему, женщины работала в торговом доме на мелкой должности. Ему хотелось бы выяснить, знает ли миссис Райдер об увольнении дочери и, если знает, заботит ли это ее? Беседуя с Одеттой, Тарлинг видел, что девушка серьезно относится к должности и, потеряв ее, собирается искать новую. Разве все это не противоречило прекрасным условиям, в которых жила ее мать?

— Разве