Тайна жёлтых нарциссов - Франк Хеллер

ваша дочь, миссис Райдер, вынуждена зарабатывать себе на жизнь? — неожиданно прямо спросил он.

Она опустила глаза.

— Так уж она пожелала... Дома Одетта не уживается с людьми, — порывисто добавила она.

Последовало краткое молчание. Сыщик поднялся и собрался раскланяться.

— Надеюсь, миссис Райдер, я не слишком потревожил вас своими расспросами. Вы, вероятно, задаетесь вопросом, почему я вообще приехал сюда. Говорю вам совершенно откровенно, мне поручено расследовать это убийство, и я надеялся от вашей дочери, а также и от других людей, имевших отношение к мистеру Лайну, разузнать что-нибудь, что могло бы дать ключ к разгадке этого преступления.

— Так, значит, вы сыщик? — спросила она.

Он был готов поклясться, что в ее глазах снова промелькнул страх.

— Да, сыщик, — сказал он с улыбкой, — но не из Скотленд-Ярда, миссис Райдер.

Она проводила Тарлинга до дверей и глядела ему вслед, пока он шел вниз по аллее, потом медленно вернулась в дом, прислонилась к мраморному камину, закрыла лицо руками и горько расплакалась.

Тарлинг же покинул Гертфорд еще более расстроенным, чем он был расстроен по дороге туда. Он решил расспросить шофера, ожидавшего его у ворот, и узнал от него, что миссис Райдер уже четыре года проживает в Гертфорде и пользуется большим уважением. Сыщик спросил и про Одетту.

— О, да, молодую даму я часто видел, но в последнее время она приезжала все реже. Судя по пересудам и толкам, она плохо ладит с отцом.

— С отцом? У нее есть отец? — удивился Тарлинг.

— Да. Он регулярно приезжал сюда из Лондона, обычно последним поездом, а на станции его ожидал собственный автомобиль.

Сам шофер, везший Тарлинга, никогда нс видел отца Одетты, но уверял, что те немногие люди, которые соприкасались с ним, характеризуют его как очень обходительного человека, хорошо известного в Сити.

Тарлинг телеграфировал своему помощнику, которога предоставил в его распоряжение Скотленд-Ярд, и полицейский инспектор Уайтсайд ожидал его прибытия на станции.

— Есть новости? — спросил Тарлинг.

— Да, мистер Тарлинг, кое-что мы нашли, и весьма важное... У станции вас ожидает служебный автомобиль, и мы поговорим по дороге в полицию.

— Рассказывайте, рассказывайте, мистер Уайтсайд!

— Мы получили сведения от швейцара мистера Лайна. Похоже, что он по поручению главной полиции перерыл всю корреспонденцию мистера Лайна. Но, главное, в ящике письменного стола он нашел телеграмму. Как только мы прибудем, я покажу вам ее. Это очень важная телеграмма для выяснения обстоятельств преступления. Полагаю, она наведет вас на след настоящего убийцы.

При слове «телеграмма» Тарлинг вспомнил про ту телеграмму, что лежит в его кармане, телеграмму Одетты к матери. Он вынул ее и прочел еще раз.

— Вот это да!.. — сказал инспектор Уайтсайд, когда тоже бегло прочитал телеграмму.

— Что вы хотите сказать? — удивился Тарлинг.

— Да ведь я видел эту подпись «Одетта»!

— Разве это имя такая большая редкость?

— Нет... Но странное совпадение... Телеграмма, найденная в столе мистера Лайна и приглашавшая его на Эджвар Роуд, тоже подписана этим именем.

Инспектор наклонился и взглянул еще раз на телеграмму, которую опешивший Тарлинг все еще держал в руке.

— О, посмотрите, — вскричал инспектор, торжествуя,— ведь и отправлена она в то же время, что и посланная Лайну, в девять часов вечера!

После того как они прибыли в Скотленд-Ярд, обе телеграммы были сверены, и оказалось, что инспектор Уайтсайд не ошибся.

Немедленно послали курьера на главный почтамт, и через два часа посланный вернулся с оригиналами телеграмм. Обе телеграммы были написаны одним и тем же почерком. Первая, адресованная матери, сообщала о том, что Одетта не может приехать. Вторая телеграмма, полученная Лай-ном, была следующего содержания:

«Согласны ли вы сегодня вечером в одиннадцать часов посетить меня на дому?

Одетта Райдер».

Тарлинг совершенно растерялся. Этот новый неожиданный факт вывел его из равновесия. И он все же продолжал уговаривать себя, что тут какое-то недоразумение, что эта девушка не могла убить Лайна. Но если допустить, что убийство все-таки совершила она? Где это случилось? Может быть, она села с ним в автомобиль и застрелила во время поездки, возле Гайд-Парка? Но зачем он обулся в толстые войлочные туфли и почему на нем не было сюртука? Как вышло, что шелковая ночная рубашка была обмотана вокруг. его простреленной груди?

Его мысли были поглощены всеми допустимыми возможностями, но чем-больше углублялся он в это дело, тем более непонятным и загадочным оно ему казалось.

Совершенно разбитый в тот же вечер от отправился в главную полицию и выхлопотал приказ об обыске в квартире Одетты.

Потом в сопровождении Уайтсайда он пошел к ней на квартиру, на Эджвар Роуд, предъявил швейцару свои полномочия и получил от него ключ.

Тарлинг не мог отделаться от воспоминания о своем первом визите в эту скромную квартирку. Ему стало очень скверно, его терзало чувство жалости к девушке, особенно в тот момент, когда он, отперев дверь, вошел в маленькую переднюю и зажег электричество.

Здесь не было заметно ничего особенного. Ему только показалось, что воздух тяжелый, застоявшийся, какой всегда бывает в нежилом запертом помещении.

Но, пробыв в квартирке некоторое время, они уловили еще и легкий запах чего-то жженого.

В первой комнатке все было чисто и каждая вещь находилась на своем месте.

— О, да вы посмотрите только! — воскликнул Уайтсайд, указывая на небольшой столик. Тарлинг глянул туда и увидел цветочную вазу, наполненную желтыми нарциссами. Два или три цветка выпали и лежали сморщенные и жалкие на полировке стола.

Тарлинг молча повернулся, снова прошел в переднюю и открыл другую дверь, до этого чуть приоткрытую. Он вошел и зажег свет. Это была спальня девушки, и, когда сыщик окинул ее взглядом, он буквально застыл на месте.

Комод был в полном беспорядке, все ящики выдвинуты, одежда и предметы туалета разбросаны по полу. Все свидетельствовало о быстром и поспешном разгроме. На кровати они нашли небольшой чемоданчик, брошенный упакованным лишь наполовину.

Тарлинг прошел в глубь комнаты и увидел то, чего он не мог бы не увидеть даже будучи полуслепым. И какая это была улика!

На ковре песочного цвета, прикрывавшем половину комнаты, возле камина резко выделялось большое feMHO-красное, неправильной формы пятно.

Лицо Тарлинга стало мрачнее тучи.

— Вот на этом месте и был застрелен Лайн,—сказал он.

— Мистер Тарлинг, посмотрите-ка сюда! — крикнул взволнованный Уайтсайд, указывая на один из ящиков комода.

Тарлинг быстро