Больные люди - Михаил Олегович Бабиенко

сказал я, отпустил руку Лены и кинулся с ножом на Владислава Егоровича. Тот, по-видимому, пытался уклониться, но не смог, и я налетел на него. Он выбил нож из моих рук, и мне пришлось бить его кулаками. Бил я усиленно, хотя и не всегда попадал. Он же в ответ бил точечно мне в лицо, но я не сдавался. Мы повалились на пол и перекатывались по нему, пока я не схватил голову следователя и не ударил ею о тумбу. И тут он столкнул меня ногой в сторону. Схватившись за стул, я поднялся на ноги, и тут же ко мне с намерением успокоить подбежала Лена. Следователь же встал и вытащил из-под пальто пистолет Макарова.

— Стоять, товарищ Гордон. Отойдите от гражданки Гордеевой, иначе будете застрелены. В протоколе я напишу, что вы напали на милиционера при исполнении, и не навру.

— Стреляй, сволочь. — сказал я злобно. — Но Лену я тебе не отдам!

— Саш, успокойся, прошу… — умоляла меня Лена.

— Спокойно, Леночка. Я тебя защищу.

Следователь нацелился на меня. Взглядом он давал мне понять, что не хочет этого делать, но вынужден. Я сжал руку Лены и, вздохнув, уставился прямо на следователя. Я хотел встретить смерть достойно — защищая любимую и не отводя взгляд от палача. Секунда, два, три… Следователь медленно нажал нажимать на курок, и…

Раздался щелчок.

Я зажмурился, постоял так секунды три и вдруг понял, что не чувствую боли. Открыв глаза и пощупав свою туловище, шею, голову, я не обнаружил ранения. А следователь, до того смотревший грозно, вдруг опустил пистолет и рассмеялся в голос, чуть не плача от смеха. Я озадаченно посмотрел на него, а затем оглянулся на Лену. Она вздохнула разочарованно.

— Господи, ну и спектакль ты устроил, Влад. — сказала она.

Влад? Спектакль? Чего, простите?

— Ой, прости, Лена, я заигрался что-то. Мне не в криминалисты надо было идти, а в актёры.

— Что происходит? — спросил я.

— Ой, Сашко, тут целая история. Вам понравится, я уверен.

Лена вышла из-за моей спины и приобняла меня за руку.

— Сейчас Влад всё объяснит, не бойся. — сказала она, поглаживая моё плечо.

А следователь налил себе стакан воды, выпил его залпом и начал рассказ.

— Так вот. Если вы, Сашко, читали дневник Лены, то заметили там персонажа по имени Влад. Это я, собственно. Мы с Леной познакомились практически случайно: она подсела ко мне за столик в кафе чисто из интереса, кто я такой. Мы быстро разговорились и узнали о друг друге, что она лечилась от садизма, а я — от личностного расстройства. По документам мы оба здоровы, на деле — всё ещё больны, пусть и можем это умело скрывать. Иначе нас бы не допустили к работе. Скрывая свою болезнь, я и поступил на криминалиста, а позднее стал следователем. Ну да ладно, ближе к делу. Меня чрезвычайно увлекло общение с Леной, и мы стали часто общаться, в том числе и через сеть. И меня заинтересовала её болезненная к вам привязанность, так что я решил помочь ей добиться вас.

— Каким образом? — спросил я.

— Таким, что я тоже следил за вами и сообщал Лене дополнительную информацию. Так она и узнала многие личные и деловые подробности о вас. Например, что вы едите, куда любите наведываться после работы, кто из вашего окружения вас раздражает. Да и возможно ли ей было бы убивать без моего участия?

— Как? Вы тоже убивали?

— Нет, я скрывал улики. И теперь за это дело посадят некоего маргинала, который и так по делу о грабеже и о торговле наркотиками у нас проходит. Лена же, поскольку я ей желаю только хорошего, останется на свободе. С вами.

Сказать, что я был шокирован, — ничего не сказать.

— То есть вы всё знали изначально и изначально во всём этом сыр боре участвовали? — спросил я.

— Ну да. А откуда, по-вашему, я мог знать, что вы пишете дневник? Откуда я мог знать, что вы не можете быть убийцей? Лена ведь обо всём мне рассказывала, опуская лишь самые пикантные подробности.

Я посмотрел на Лену. Она улыбалась и мило на меня смотрела. А я не знал, что и думать. С одной стороны, я, получается, был втянут в игру не по своей воле. С другой… Я не то что бы был недоволен этим всем.

— А побег Лены был спланирован? — вдруг решил спросить я.

— А вот насчёт этого сложно… — сказал следователь.

— Я и вправду хотела уйти, — сказала мне Лена, — но Влад уверил меня, что ты придёшь за мной. И ты пришёл. И всё это он разыграл для того, чтобы проверить тебя.

— И вы, Сашко, прошли проверку. — сказал следователь.

Ну, может проверку на верность я и прошёл, а вот проверку у психотерапевта я уже, наверное, не пройду.

И тут в дверь квартиры постучались. Я обернулся и увидел Соню.

— Сонечка! — закричал я и бросился обнимать её. Она, кажется, была рада мне не меньше, чем я ей.

— Сестрёнка… Я уж думал, ты меня бросила…

— Я бы никогда тебя не бросила. — сказала она. — Ты мне дорог. Ты ж мой брат, в конце концов.

— А куда ты уходила?

— Да так, никуда.

— А если серьёзно? — спросил я, пристально взглянув на неё.

— Ну, я убила Надю.

Удивляться больше, кажется, было невозможно, но всё же я был немало удивлён.

— Как убила? — спросил я.

— Отравила.

— А яд откуда взяла?

— Дядя Влад передал. — сказала она и указала на довольного собой следователя.

Я встал, оглянул стоявших вокруг меня. Лена с Соней смотрели пристально — видно, боялись, как бы я не отругал их на чём свет стоит за такие выкрутасы. Следователь выглядел увереннее. Наконец, я улыбнулся до ушей и сказал:

— А ведь неплохо придумали, я вам скажу. Молодцы.

Лена с Соней просияли от счастья и бросились меня обнимать. А я не мог перестать улыбаться, глядя на их счастливые лица.

— Товарищи, а не хотите ли вы сходить в кафе? — спросил следователь. — О нём, Сашко, вам тоже кое-что предстоит узнать.

Конечно, за сегодня и так было много сюрпризов, но я решил, что всё, что сегодня ни делается, — к лучшему, а потому сказал:

— Да, пошли.

И вот мы явились в кафе. И там нас встретили те же постояльцы. Но на этот раз они были настроены ещё более дружелюбно, чем в прошлые разы: в этот раз нас встретили торжественно поднятыми вверх стаканами с пивом.

— Поздравляем! — крикнули они все.

— Что здесь происходит? — приятно удивился я.