Я во всем виновата - Элизабет Кей

не могу остаться без стипендии.

– Например, что?

– Соврать. Я скажу, что это вовсе не мое задание, что это ты начала игру и ты велела ей идти в пещеру.

– Подожди…

– Не-а. Я не собираюсь брать на себя вину.

– Эмбер!

– Мне наплевать. – Она выключила свет. – Это не моя проблема.

Я услышала, как она лезет по лесенке наверх, к себе в постель.

Глава 32

Эмбер все время врала.

Эмбер всегда была лгуньей.

Я знала об этом все эти годы: когда мы играли в нетбол и она, фланговый нападающий, выходила за пределы центральной трети; когда она не говорила официанту, что в счет не включили вино. Но меня ослепляла надежда. Обещание прощения. Мысль о том, что у меня снова будет семья.

– Ты о чем? Что ты…

Она протянула руку и помолчала, пока последние певцы не расселись по машинам.

– Я все объясню.

– Ну давай.

Я понимала, что имела в виду соседка – что детские поступки не имеют значения, что в детстве ты не несешь за них ответственность, – но факты казались неоспоримыми. Это я убила своею двоюродную сестру.

– Я могу все объяснить, но мне кажется, нам надо собрать вещи.

– Сейчас? Почему?

Мы арендовали коттедж на три ночи и могли оставаться до утра.

– Меня уже много лет мучило ощущение, что что-то не так… – сказала она. Потом сделала паузу и плотно сжала руки перед грудью, как будто готовилась к армрестлингу. – Понимаешь, я приехала сюда, потому что не хотела, чтобы ты оставалась с ней наедине.

– Эмбер…

Мне смешно было думать, что моя сестра – моя тревожная, осторожная, внимательная сестра – может оказаться убийцей.

– Ты должна мне довериться. Просто выслушай меня. У меня есть доказательства. Просто подожди немного, и я…

Какая чушь.

Гораздо сильнее меня тревожило то, что сестра могла уехать обратно в город, бросив все, включая меня. Я посмотрела на свою машину, припаркованную на подъездной дорожке. За ней виднелся тонкий слабый серп солнца, едва приподнявшийся над горизонтом.

– Не могу, – сказала я.

Я оставила ее на крыльце. Помню, как она кричала, но я была уверена, что она знает не больше меня. Я завела двигатель и выехала с подъездной дорожки. Ехала я медленно, опасаясь льда на дороге, снежинок, тающих, не долетая до земли. Видимость была плохая, небо казалось низким и грязным, деревья словно затянуло пеленой. Я немного прибавила скорости, когда доехала до деревни – тут дороги посыпали песком, – и остановилась перед агентством по аренде недвижимости.

Сбоку от входа была дверь, ведущая в квартиру наверху. Я встала на двойной желтой линии и посмотрела на имя рядом со звонком: Чарльз Кларк. Его машина стояла напротив. В агентстве горел слабый свет, столы были пусты. Я вдруг поняла, что сестра была здесь в тот вечер. Что она не приехала из города, а тихонько проехала по дороге из деревни, разбив свою машину.

Я позвонила, но никто не ответил. Я звонила снова и снова. Потом кто-то снял домофон и сказал:

– Да?

Это был Чарли.

– Она здесь?

– Простите?

– Моя сестра у тебя?

Дверь открылась с тихим щелчком. Я поднялась по лестнице.

Он стоял в дверном проеме, прислонившись к косяку, одетый в спортивные штаны и серую футболку с пятном от зубной пасты на груди. Выглядел он недовольным, а руки были скрещены на груди. Я увидела стул, на котором лежала толстая стопка брошюр с объявлениями о продаже недвижимости, диван и телевизор с одной стороны и небольшую мини-кухню с другой. На полу валялись журналы, а рядом с мусорным ведром притулился пакет, полный коробок от готовой еды. На журнальном столике стояли цветы, поникшие, но еще живые. На подоконнике росли какие-то кактусы, суккуленты и несколько папоротников.

Он заметил, что я разглядываю его дом, и попытался перекрыть мне обзор рукой.

– Ты зачем пришла?

– Где она?

– У меня все нормально, – сказала Лидия.

Она появилась в дверях. Глаза у нее были красные, веки опухли. Рядом с ним она казалась совсем маленькой, как будто стала ниже ростом. Она положила руку ему на плечо.

– Поясните, – сказала я.

Меня отвлекали их руки и сама мысль о том, что у моей сестры могут быть отношения. Мне не нравилось думать, что у нее не может никого быть, но я не могла себе представить, что она способна на отношения с другим человеком – и не способна на отношения со мной.

– Ну, просто… – Она обвела рукой квартиру, горшки с растениями, показала на Чарли. – Ну вот так.

– И долго это у вас?

– Около полугода.

– Ты здесь живешь?

– Нет, – ответила она. – У меня есть своя квартира, я только прихожу в гости.

Чарли взял ее за руку, сжал ладонь, улыбнулся и на мгновение снова стал дерзким мальчиком с пляжа – с кривой улыбкой и сияющим взглядом.

– И как это началось?

– Я написал ей год назад или около того, – сказал Чарли.

– Зачем?

– Да ты заходи.

Он освободил мне проход и усадил на небольшой коричневый диванчик в углу. Предложил выпить и открытую пачку печенья. Сам сел напротив.

– Она нашла записку, – сказала Лидия, устроившись на подлокотнике его кресла.

– Ага, – сказал Чарли, – и браслет.

Лидия кивнула.

– И?.. – не поняла я.

– Это не тебе, – пояснил он.

Он посмотрел на свои босые ноги и вздохнул. Положил руку на бедро моей сестры.

– Я просила его этого не делать, – сказала Лидия.

– Да, – согласился он. – Просила.

– Так ты знала о записке?

– Я знала, что он хотел…

Чарли написал записку и оставил ее наверху в коттедже. Записка была предназначена не мне. Она знала о записке. Все это не имело никакого смысла.

– Пожалуйста, давай вернемся немного назад, – попросила я.

Я говорила, как собственная мать. Строго и серьезно, как человек, которому никто никогда не возражает. Мне это понравилось.

– Хорошо, – согласилась Лидия.

– Все началось тем летом, – сказал Чарли.

Я кивнула.

– Помнишь ваши испытания? Особенно то, с поцелуем? Это случилось сразу после. Эмбер вернулась в коттедж. Ты тоже была там. Пейдж должна была пойти в пещеру одна, но она собиралась отказаться. Лидия велела ей остаться там до заката, но Пейдж совершенно не хотела этого делать. Это я убедил ее пойти – я решил, что меня она послушает.

– Это было легко, – добавила Лидия. – Как только ее попросил чужой человек, ей сразу захотелось всем угождать.

– А потом все пошло наперекосяк, – продолжил Чарли.

– Из-за прилива?

Лидия кивнула:

– Именно. Я хотела сразу во всем признаться… надо было это сделать.

– Я не хотел рисковать, – сказал Чарли. –