Дублер - Анна Кейв

внимания – Рената же не разговаривала вслух, она сидела с «Кариной», закрывшись в своей комнате. К счастью, Даня не понял, что Рената общалась… сама с собой. Он решил, что она говорит по видеосвязи. Новое поколение, что с них взять. Когда мы с мужем услышали от него об этом, то…

Эльвира замолчала, а её взгляд стал пустым. Роман нахмурился, возвращаясь в тот день, когда отправил жену погулять с сыновьями, а сам решился на серьёзный разговор с дочерью.

Конец мая 2026 года

Рената отвлеклась от пособия по обществознанию, когда в дверь постучались. Папа был единственным из семьи, кто всё ещё уважал личное пространство.

– Входи, – отозвалась девушка, откладывая пособие.

Папа заглянул в комнату и растерянно спросил:

– Ты одна?

Рената скривилась:

– А ты видишь кого-то ещё?

Кашлянув, папа прошёлся до окна и застыл у него. Помолчав, он неуверенно начал:

– Дочь, нам нужно серьёзно поговорить. – Не дождавшись реакции, он продолжил: – Это касается Карины.

Рената стиснула зубы и напряжённо окинула папу взглядом:

– Мне что, уже нельзя и сестру в гости приводить? Или это ей запрещено приходить в собственный дом?

Оторвавшись от вида из окна, папа опёрся спиной о шкаф-пенал. На его лице застыла смесь сожаления и угрызений совести.

– Рената, у тебя нет сестры. И никогда не было. Ты придумала её ещё в детстве, а мы с мамой не стали тебя разубеждать и тем более отводить к психиатру, чтобы не испортить всю жизнь. Теперь я осознаю, что мы тогда были неправы. Нужно было пресечь это ещё в твоём детстве.

Девушка выгнула брови. Она не ожидала услышать от отца такой бред.

– Ты издеваешься? Вы и так мне всю жизнь испортили, а теперь ты пытаешься внушить мне, что я шизофреничка?!

Голос папы дрогнул:

– Рената, дочка, мы с мамой много ошибались. Прости нас. Ты наш первый ребёнок, и мы… учимся быть твоими родителями и допускаем промахи. Но сейчас мы с мамой действительно обеспокоены твоим состоянием и желаем тебе только добра.

Девушка фыркнула и взяла в руки пособие:

– Да-да, я это уже слышала. Вы так рьяно желаете мне добра, что посадили под домашний арест. Ой, прости, папочка, на домашнее обучение.

Посуровев, папа твёрдо произнёс:

– Хочешь ты того или нет, но мы с мамой сделаем всё, что от нас зависит, чтобы ты в этом убедилась. Для начала мы дождёмся, когда ты сдашь выпускные экзамены, и уедем из города.

Застыв, Рената почувствовала, как к горлу подступил ком. Строчки перед глазами стали двоиться и расплываться. Она апатично выдавила:

– Опять? И куда на этот раз?

– За границу. Уедем в Таиланд. Мы уже протоптали с тобой дорогу домашнего обучения, с мальчиками будет проще.

Девушка уже не могла сдерживаться. По её щеке скатилась слезинка.

– Вы снова увозите меня от сестры, – проронила она.

Папа запрокинул голову и устало выдохнул.

– Чем быстрее ты поймёшь, что её не существует, тем лучше для тебя. Иначе у нас с мамой не останется другого выхода, как отправить тебя на принудительное лечение. Галлюцинации – это опасно. В первую очередь для тебя.

– Почему вы так относитесь к Карине? Она глухонемая, а не прокажённая! – воскликнула Рената, отбрасывая пособие в сторону. Книга стукнулась о стену и упала на пол. Папа остановил взгляд на раскрывшемся развороте.

– Тебя не удивляет, что никто из родственников никогда не упоминал о ней? – глухо поинтересовался он.

– Так вы же её прячете, потому что она не та дочь, которой можно хвалиться! – взорвалась девушка.

– Ну, тобой же мы хвалимся, несмотря на твоё психическое расстройство, – жёстко отчеканил папа. – Подбери с пола пособие и готовься к экзаменам. И начинай потихоньку собирать вещи, я уже купил билеты.

Август 2027 года

Седьмой день исчезновения

Выслушав рассказ главы семейства, следователь молча уставился в свои записи. В который раз он поражался Кизнерам. Их семья была богата и известна на родине, а в шкафах скрывались такие скелеты, что позавидовал бы любой сценарист. Наконец он уточнил:

– Это всё?

Роман и Эльвира Кизнеры кивнули. Следователь упёр в них осуждающий взгляд:

– Когда вы подавали заявление, сказали, что увезли свою дочь в Таиланд, потому что она переживала тяжёлое расставание с парнем. Получается, вы солгали? – Не дождавшись ответа, он презрительно махнул рукой. – Я буду передавать информацию в органы опеки и попечительства. Мало того что вы, зная о психическом расстройстве дочери, не удосужились показать её специалисту и начать лечение, так вы ещё скрыли важную информацию от следствия. Вы хоть понимаете, что всё это меняет дело?!

Эльвира нервно заёрзала на стуле:

– Это никак не влияет на поиски Ренаты. «Карины» не существует.

– В реальности не существует, но она есть в голове Ренаты. «Карина» могла ей что-то внушить, завести в Пиратский парк и сподвигнуть бог весть на какие поступки.

Роман заверил:

– Послушайте, год в Таиланде пошёл Ренате на пользу. Она поняла, что «Карины» никогда не существовало.

– И вы уверены в том, что дочь вам не солгала? – хмыкнул следователь. – Вы уверены, что «Карина» не посоветовала ей так сказать? Вы уверены в том, что «Карина» больше не является Ренате? Что ваша дочь не скрывала от вас своё общение с «сестрой»?

Кизнеры снова переглянулись. На эти вопросы у них не было однозначного ответа.

Глава 12

Август 2027 года

Девятый день исчезновения

Карьеру и долг старший следователь Киреев всегда ставил выше семьи. Именно по этой причине его первый брак распался, а второй так и не состоялся – избранница отказалась выходить за него замуж, заявив, что он уже женат на своей работе, а брак с женщиной для него всё равно что измена, интрижка на стороне.

В свои сорок с хвостиком следователь был одинок и предан службе в полиции. Он задерживался допоздна, перебирая уголовные дела и обмозговывая следующий ход. Домой он возвращался с такой же неохотой, с какой другие люди шли по утрам на работу, а иногда оставался на ночь прямо в отделе.

За двадцать лет он увидел многое, в том числе занимался и пропавшими детьми. Зачастую это были подростки – как проблемные, так и примерные, как София Цирюльникова, которой не посчастливилось быть затянутой и унесённой подводным течением. Маленькие дети чаще всего находились в гостях у своих одноклассников – заигравшись, они забывали отзвониться родителям. Иногда они могли выйти гулять и заблудиться – такое тоже случалось часто.

За двадцать лет Киреев нашёл каждого пропавшего несовершеннолетнего, держа в памяти ориентировку на девятилетнюю девочку Сашу. Та вышла