Тайна против всех - Татьяна Викторовна Полякова
– Учеба, тяга к знаниям, ну и прозорливость, как ты правильно отметила.
– Ты можешь не ерничать? – попросила я. – Неужели нельзя ответить как есть?
Ланс взял в руки чашку и пригубил чай.
– Вкусно, – оценил он.
– Ты издеваешься надо мной, да? Получаешь от этого удовольствие побольше, чем приносят тебе фантазии о подаренном тобой нижнем белье?
– Я оберегаю тебя, Тайна.
– Нет, ты оберегаешь тайну.
Он улыбнулся, посмотрел мне прямо в глаза и произнес по слогам:
– Я люблю тебя.
– Катись! – Я указала на дверь.
Он послушно встал, едва не задев плафон, свисающий с потолка, и пошел к двери. Я так и продолжала сидеть на стуле не шелохнувшись.
– Это чистая правда, – сказал он и вышел за дверь.
Я ударила кулаком по столу, затем еще раз и еще, пока рука не заныла настолько, что пришлось подставить ее под струю ледяной воды. Помыв чашки, я хотела было отправиться в душ, чтобы смыть с себя усталость и впечатления сегодняшнего дня, а в особенности – вечера, но вдруг вспомнила о письме. Что, если мой друг прихватил его с собой, ведь он имел способность незаметно умыкнуть что угодно, даже холодильник.
Листок лежал на столе, я с облегчением выдохнула, но тут заметила изменения. Карандашом, который мы с Настей вчера оставили на столе, на знаке с четырьмя стрелами была проведена диагональная длинная линия. Теперь стрелы образовывали две буквы «К» в зеркальном отражении.
* * *
Прихватив с собой письмо отца, по дороге в контору я силилась решить, стоит ли рассказывать коллегам о том, что знак можно легко модифицировать и увидеть знакомую нам букву. Естественно, источник озарения я обнародовать не собиралась. Так ничего и не решив для себя, я вошла в кабинет Субботкина.
– Идем к Насте, – скомандовал он и тут же поднялся.
Быстро повесив пальто, я припустила за ним.
– На планшете Василисы кое-что удалось восстановить.
«Ну вот, а наши олухи так и не продвинулись», – печально отметила я про себя.
Анастасия стояла у окна спиной к нам, перед ней лежало устройство Котовой. Мы приблизились.
– Что там? – едва не подпрыгивал от нетерпения Виктор.
– Им удалось восстановить доступ к одной из ее соцсетей, – сообщила Настя. – В день смерти свой профиль она со страницы удалила, как и само приложение, но наши умельцы сотворили чудо.
Я была полностью с ней согласна.
– В общем, как ты и предполагала, девушка состоит в нескольких научных сообществах, все они посвящены естественным наукам и психологии. В двух из них она была довольно активна. «Живое поле» – закрытое сообщество для абитуриентов-биохимиков – и «Биоинженерия и поведенческие системы».
– Вероятнее всего, злодея следует искать среди участников сообщества.
– Десятки тысяч, – спокойно уточнила Настя таким тоном, словно этот объем ее не пугал.
Вдруг телефон на ее рабочем столе зазвонил, и она сняла трубку. Хмурясь и потирая глаза, она внимательно выслушала собеседника на том конце провода, а потом обратилась к нам:
– Нашли.
Больше Настя ничего не сказала, но мы и так все поняли.
Еву обнаружили сегодня в лесу, недалеко от города, где она жила. Девочка висела на синей веревке, привязанной к ветке замысловатым узлом. Предварительное заключение эксперта – самоубийство. Никаких следов борьбы, все указывало на добровольный уход из жизни. А вот стрела, вырезанная на стволе дерева, где висела девушка, указывала вниз.
– Если повезет, сможем взять его прямо на месте очередного преступления, – заявила я.
– Как?
– Обнаружить маньяка среди тысяч пользователей будет сложно, но мы можем найти следующую жертву.
– Конечно, – оживилась Настя. – Она должна жить к югу от места обнаружения Евы, теперь мы точно знаем, что стрелы – это подсказки, так же быть одиннадцатиклассницей, и фамилия ее будет начинаться на «К». Это значительно сузит область поиска!
Услышав это, я снова вспомнила письмо отца на кухонном столе и тонкую карандашную линию, оставленную Лансом. Что он хотел этим сказать? Дать подсказку, запутать или просто начертил полосу от скуки, ожидая моего появления в квартире? Я хотела было показать знак со стрелами в новом виде, но все-таки не стала этого делать. Совпадений и так слишком много, да и о букве «К» мы знали и без него.
– Думаю, нам следует сосредоточиться не только на поиске потенциальной жертвы, но и изучить темы, которые обсуждались в сообществах. Там может быть что-то о суициде или смерти. Вероятно, наш маньяк все-таки доводил их до самоубийства, ведь все три преступления похожи на добровольный уход из жизни, – предложила Настя.
– Осталось определить соотношение доброй и недоброй воли в их действиях.
– Ага, доброй и злой, – радостно подхватил Субботкин.
При упоминании зла я тут же вспомнила Ланса и его спокойный голос, тон человека, который точно знает, что он хочет и как это получить.
Так как сообщества были закрытыми, мы не могли работать с разных устройств, только с планшета Котовой, которая в них состояла. Настя уселась за компьютер, чтобы распечатать все дискуссии, которые могли бы нас заинтересовать, дабы потом спокойно изучать профили участников в поисках подходящей кандидатуры.
Субботкин хозяйничал возле кофемашины, а я заняла Настино место у окна. Ничего интересного на улице не происходило, зато в моей голове было много занятных мыслей. Преимущественно все они возвращались ко вчерашней встрече с Лансом. Определенно он что-то знал о наших родителях и их коалиции, вопрос лишь в том, насколько подробно и как давно. Разговорить его у меня вряд ли получится, даже если наша встреча в скором времени повторится.
А что, если все-таки больше, чем хочет показать, знает Лазарь? Как-то он вспомнил и наш с отцом секретный код, и имя моего родителя. Не исключено, что память восстановила и другие подробности, которыми он попросту не захотел делиться.
Какие на такую секретность могли быть причины? Спасал ли он таким образом себя или оберегал меня от чего-то?
– Ваш кофе, мадам, – поставил передо мной кружку Виктор.
Я посмотрела на напиток, от которого шел белый пар и густой аромат.
– Пойду руки помою, – сообщила я и покинула кабинет.
Оказавшись в коридоре, я сделала глубокий вдох, собираясь с силами, и набрала номер Гэтсби.
Пришла пора попросить у него контакты Лавы. Возможно, компьютерный гений окажется более разговорчивым.
– Тайна, – обрадовался Гераскин. – Рад вас слышать! Признаться, сам собирался вам звонить сегодня. Появилась кое-какая информация о вашем детском доме. Может быть, составите мне компанию за обедом или ужином?
– С
