Прежняя жена - Шанора Уильямс

против… Но твои ночные побеги напоминают мне о Мелани. Она словно пряталась там от меня, и я не понимал, что с этим делать.

– Что именно напоминает тебе о Мелани? – спросила я, хотя и знала ответ.

Прочитав ее дневники, я яснее понимала, что происходит в голове у Роланда.

– Она постоянно убегала посреди ночи. Иногда и днем. Незадолго до смерти практически поселилась в павильоне; я толком не знал, что жена там делала, хотя особо и не задавался этим вопросом. – Вздохнув, он сжал мою руку. – Я хочу быть лучшим мужем для тебя, Самира. В браке с Мелани я наделал ошибок и надеюсь, они не повторятся. Причина многих из этих ошибок – недостаток общения. Самира, я хочу, чтобы мы всегда были честны друг с другом.

Забавно, что Роланд заговорил об общении: мне сразу захотелось расспросить его о дневниках. Частичке меня не терпелось выяснить, знает ли он о Мелани и Дилане и если знает, то почему позволил Дилану остаться. Но я взглянула в ореховые глаза мужа и поняла: он не мог знать. Иначе он бы никогда не сохранил павильон и сами дневники и не общался бы так близко с Диланом.

Значит, Роланд понятия не имеет, что в дневниках Мелани. Я не сомневалась, что он не переступал порог павильона после ее смерти: если бы он провел там в одиночестве хотя бы пять минут, то обнаружил бы дневники так же, как и я.

Я сжала руку мужа и вздохнула. Я питала слабость к нему и все еще ему доверяла. В глубине души я была убеждена: он не имеет никакого отношения к смерти Мелани – все это одно большое совпадение, а я надумываю.

– Как ты отнесешься к тому, чтобы поиграть со мной в гольф? – спросил он.

– Что? – рассмеялась я.

– Я решил сделать тебе сюрприз и купил клюшки.

Он ухмыльнулся, и я не могла не улыбнуться в ответ:

– Я никогда в жизни не играла в гольф, Роланд!

– А я на что? Хочу тебя научить.

Я фыркнула от смеха, а муж поднес мою ладонь к губам. Он поцеловал мне костяшки пальцев, и я растаяла. Как можно любить его так сильно и при этом чувствовать, что доверие к нему все же пошатнулось? Он виновен? Или нет? Он что-то от меня скрывает? Мне нужно знать… Но прямо сейчас мне нужно другое – подумать и разобраться, и если совместная игра в гольф поможет этому, то пускай.

– Ладно, хорошо. – Я повернулась к подносу с завтраком. – Можешь научить меня, но не удивляйся, если я в итоге сломаю какую-нибудь клюшку.

* * *

Мы провели на поле час. Весна приближалась, но воздух еще не прогрелся. Небо было серым, снег почти растаял, но в тенистых местах, куда не добиралось солнце, еще лежали небольшие сугробы.

За множеством акров зеленого газона с развевающимися флагами на мили вокруг возвышались сосны. Больше не было ничего. Мы не видели никого, и никто не видел нас. Настоящая глушь.

Пока Роланд бил по мячу, я не отрывала взгляда от деревьев, ощущая легкий ветерок. Мне вдруг представилась женщина, бегущая к соснам; темные волосы развеваются на ветру, на шее белый шарф. Она оборачивается: кожа серая, с макушки струится кровь, стекая по лбу на полные губы.

Ахнув, я моргнула.

– Ты в порядке? – спросил Роланд, приняв идеальную позу с клюшкой в руке.

– Да.

Я попыталась отогнать образ и, опустив голову, ненадолго зажмурилась. Однако, открыв глаза, снова увидела женщину: петляя между деревьями, она скрывалась в гуще леса. Наконец она исчезла.

Мелани.

Роланд замахнулся, и клюшка с громким стуком столкнулась с мячом. Я вздрогнула и резко повернула голову: мяч взмыл в воздух, а затем устремился вниз, мягко отскочил от газона и покатился в бункер.

– Твоя очередь, – улыбнулся Роланд.

– Хорошо.

Я кивнула, он протянул мне одну из новых клюшек, затем установил мяч на подставке.

– А что за книгу ты читала вчера вечером? – спросил Роланд, кладя руки мне на бедра, чтобы поправить позу.

Я вытянула руки, сжимая клюшку.

– Да просто один любовный роман. Я дочитала первый том и хотела взять в павильоне продолжение. Там масса книг.

– Мелани много читала, – отступая, заметил Роланд. – Как думаешь, когда ты закончишь разбирать наследство Мелани и оборудуешь павильон для себя?

– Скоро. Я уже все рассортировала. Просто некоторые вещи – те, что в хорошем состоянии, – нужно сфотографировать, чтобы продать онлайн, а остальное я пожертвую.

– Хорошо.

Ветер стих, поэтому я воспользовалась возможностью ударить по мячу. Тот улетел не очень далеко. Совсем не так, как у Роланда.

– Паршивый удар! – фыркнула я. – Наверное, мне нужно бить только под руководством профессионала.

Взглянув на Роланда, я поняла, что он не смеется и даже не улыбается. Он смотрел совершенно серьезно.

– Ты что-нибудь нашла в павильоне? – спросил он.

Его голос изменился. Муж говорил совсем не так легко и непринужденно, как еще несколько секунд назад. Голос стал ниже, звучал более хрипло.

– Что, например? – Я крепче сжала рукоятку клюшки, под ложечкой засосало.

– Не знаю. Что-то, о чем тебе стоит мне рассказать.

– Нет, – быстро ответила я. – Там просто одежда, книги и украшения. Ничего особенного.

Его лицо осталось прежним – мрачным, без тени улыбки. Роланд направился к гольф-кару и сел за руль:

– Поедешь со мной к следующей лунке?

– Давай.

Я забралась в гольф-кар, тот тронулся, но вдруг послышались крики – кто-то звал меня по имени. Нахмурившись, я оглянулась: кто-то шел на поле со стороны особняка.

Роланд затормозил и тоже оглянулся:

– Кого там черт принес?

Человек подошел ближе. Еще ближе. Я ахнула, когда поняла, кто это.

47

– О черт! Это Келл!

Брат стремительно шагал к нам – брови нахмурены, зубы стиснуты, одет в джинсы и мятую футболку, которые, похоже, носил уже несколько дней.

– Келл? – изумился Роланд. – Твой брат? Но как он тебя нашел?

Я хотела ответить, но язык словно прирос к небу. Покосившись на меня, Роланд выбрался из гольф-кара и повернулся лицом к моему брату, готовый поприветствовать его.

Но Келл был совсем не в настроении для приветствий. Поравнявшись с Роландом, он размахнулся и ударил моего мужа по лицу – голова Роланда откинулась назад, а глаза широко раскрылись от потрясения.

– Келл! – закричала я, выходя из гольф-кара.

– Ты что творишь с моей сестрой?! Думаешь, погубишь и ее, а все сойдет с рук?

Келл толкнул Роланда в грудь, и, хотя Келл всегда казался мне довольно сильным, физически он не шел ни в какое сравнение с Роландом. Роланд был широк в груди и плечах,