Убийство на корпоративе - Джейн Кристи

class="p1">– И вы будете обучать их? – Засмеялся Виргенс. – Это еще хуже. Нагрузка будет только больше. Нет, это только временные трудности, мы справимся. Такие ситуации возможны на любой работе и в любой компании. Нужно оставаться людьми в первую очередь.

Наташа быстро написала подруге вопрос о том, все ли с ней в порядке и чем ей помочь, но Джейн ответила не сразу, что все в порядке, просто поднялась температура и кашель. Тогда Наташа приступила к работе, все еще сомневаясь, все ли ей рассказала подруга. Вдруг одно письмо привлекло ее внимание. Это была длинная переписка с дилером о ценах на немецкое оборудование, эту переписку ей переслал директор продаж. Суть ее сводилась к тому, что дилер просил более низкую цену, чем у крошечной лондонской компании, открытой всего несколько лет назад. Компания эта называлась «Быстрое яблоко». Дилер даже прислал цены «Быстрого яблока». Это было крайне любопытно и ценно, потому что прайс-листы не выкладывались в общий доступ.

Но любопытно было так же и то, что в этой переписке в какой-то момент был обнаружен и Марк Лоткин. Дилер вытягивал из Марка более низкие цены на оборудование, ссылаясь на цены «Быстрого яблока». Действительно цены последней маленькой фирмы были столь низки, что были сопоставимы с итальянцами. Марк пробовал дать скидку, но дилер не согласился и по ошибке включил эту переписку далее в переписку уже с менеджером «Первого решения».

Наташа несколько минут читала и перечитывала, чтобы восстановить хронологию событий и убедиться, что она правильно все поняла. Заканчивалась переписка требованием вызвать в офис Кляйнца за разъяснением. Следом за этой перепиской пришли свежие письма от Верховного со знаками вопроса: он тоже требовал разъяснений. Наташа мгновенно стала звонить в представительство «Lecker» и просить соединить ее с Кляйнцем.

Ей показалось, что немец был не рад ее звонку и отвечал весьма неохотно.

– Слушайте, но я ведь приезжал к вам в офис совсем недавно и уже беседовал с вами.

– Да, но сейчас нам нужна встреча на высшем уровне, со всем руководством.

– В ближайшие дни я очень загружен, а затем ухожу в отпуск…

– Знаете, что? – Возмутилась Наташа. – Я пишу вам официальный запрос.

Ее терпение лопнуло. Она понимала, что Кляйнц не воспринимал ее всерьез, считал, что она молода, неопытна, не имела веса в компании. Более того, он специально водил ее за нос, пытался выиграть время с тем, чтобы дотянуть до того момента, когда уже никому не нужна будет эта встреча. Нужно было действовать решительно, чтобы никто из руководства не смог обвинить ее в отсутствии профессионализма, и чтобы Кляйнц не смог уйти от ответа.

Наташа мгновенно написала письмо с просьбой к Кляйнцу о том, чтобы приехать на встречу, и поставила в копию Перкинс и Верховного. Ее начальники перестали теребить ее, казалось, они были удовлетворены порядком ее действий. Кляйнц же, сколько бы ни был недоволен, вынужден был ответить на письмо утвердительно. Вечером он должен был прибыть в офис. Вечером! Придется снова задержаться на работе. Ну что ж, разве это было не главным в ее профессии: уметь решать проблемы и не давать поставщикам кидать твою компанию, даже если это значило работать сверхурочно?

Биттерфилд приехал в деревню, в которой Марка видели в последний раз. Часовой, упустивший его, подошел к нему и виновато потупил взгляд.

– Простите меня, господин инспектор. Я сам не понимаю, как так произошло. Дети меня разыграли. Такие сорванцы.

– Дети! – Воскликнул Биттерфилд. – Вы себя слышите? Дети! А теперь благодаря вашей сообразительности мы упустили человека, который скорее всего убил двух мужчин и покушался на женщину.

– Приношу свои извинения.

Джонатан подвел к Биттерфилду пожилого фермера. Он был одет в рабочую одежду, и руки были измазаны в мазуте.

– Мистер Викер видел человека, похожего на Марка.

Фермер закивал головой.

– Я видел, как он шел со станции. Высокий такой, в теле.

– Без велосипеда?

– Да, пешком. Но он увидел мой старый велосипед и предложил купить его. Я продал ему его.

– Он куда-то заходил? В магазины? Таверны?

– Нет, он прямиком поехал в лес, ведь было уже поздно. Кажется, это уже были последние электрички.

– Спасибо за информацию. – Биттерфилд кивнул фермеру. – Продолжаем прочесывать лес. И давайте еще раз посмотрим на карты. Нужно понять, что в ближайшей зоне досягаемости, куда он мог направиться. У него здесь где-то должен быть человек, которому он доверяет, может друг, родственник, сообщник.

– Или избушка в лесу? – Усмехнулся констебль.

Биттерфилд обмерил его сухим взглядом.

– И такое не исключено.

Телефон инспектора зазвонил.

– Да. Я выезжаю. – Убрав телефон, он сказал констеблю. – Луиза пришла в себя и готова говорить.

– Мы узнаем имя напавшего на нее человека?

– Я надеюсь на это.

В палате стояло несколько больших букетов цветов: от мужа, родителей, коллег. Луиза, хоть и похудела, и побледнела, все же ожила, улыбалась и, казалось, совсем не утратила присутствие духа. Она была одна в палате, когда приехал Биттерфилд.

– О, инспектор, доктор сказал мне, что вы приедете. – Бодро сказала она.

Фингал почти рассосался, и миловидное лицо ее просияло от улыбки.

– Как ваше самочувствие, Луиза?

– Небольшая слабость есть, не могу особо двигаться, хотя врач сказал начинать переваливаться с боку на бок, чтоб кровь разгонять. А так в целом довольно сносно.

– Скажите, вы знаете, что Франк навещал вас, пока вы были без сознания?

– Знаю, я уже видела его сегодня утром. Он прощения просил.

– Он сказал вам, что знает про беременность?

– Хах! Уже все в курсе?

– Это не вина доктора, ваш муж не стал скрывать эту новость от нас.

– Интересно!

– Значит, Франк спокойно отнесся к вашему положению. Это хорошо.

– Он поразмыслил и успокоился. В конце концов, у нас с ним столько лет ничего не получалось. А тут наконец – ребенок. Уже не важно, чей он и от кого.

– Я рад за вас. Рад, что здравый смысл победил. Позвольте спросить, вы поэтому были такой довольной после убийства Луиджи? Поэтому забыли рассказать полиции о каком-то темном деле Борелли?

– Вы знаете, я вообще-то была не очень счастлива после смерти Луиджи. Но на следующее утро после всего этого я сделала тест-полоску просто по традиции, и вот! Случилось чудо! Я даже на этой почве мужа готова была простить, но слово за слово, он фингал мне поставил. В общем, несмотря на этот фингал, несмотря на смерть Луиджи, я была вне себя от счастья. Сама не ожидала. Оказывается, материнство превыше всего. Любого мужчины. Поэтому я была так довольна. А потом, когда мне назначили