Соглашение - Кирстен Модглин

что к дому подъезжает Питер, и возблагодарила небеса, что он не вернулся раньше, во время нашего разговора.

Питер наверняка выдал бы себя.

Я вышла на террасу и, сунув руки в карманы, нащупала визитку. Если копы мне понадобятся, можно и позвонить. Я рассмеялась про себя, притопнув ногой по доскам. Прекрасно справлюсь и без посторонней помощи.

Глава двадцать восьмая

Питер

Я приехал домой совершенно разбитый. Все тело болело, в голове роились мрачные мысли. Нужно было поспать, нужно было принять душ и смыть с себя безумие этого дня. Я прошел через гараж в дом и поднялся на второй этаж. В коридоре стояла Эйнсли со странным выражением на лице.

Она ничего не сказала, даже не спросила, где я был. Наверное, догадывалась, или ей так казалось. В любом случае у меня не было ни малейшего желания рассказывать, как прошел вечер.

Я вошел в ванную, содрал с себя одежду и встал под душ. Через несколько минут дверь открылась, и сквозь матовое стекло душевой кабинки я увидел Эйнсли.

– Что стряслось? – спросил я сквозь шум душа.

– Полиция приезжала, – совершенно спокойно ответила она.

Я закрыл кран, тело мгновенно похолодело от шока.

– Что?

– Все нормально. Я с ними поговорила.

Она сняла через голову футболку, сбросила брюки, открыла дверцу и втиснулась ко мне в узкую душевую кабинку. Потом снова включила воду и сделала погорячее, так что наши тела окутались паром.

Мы некоторое время стояли молча, глядя друг на друга, и в этом молчании между нами пробежала искра взаимопонимания. Мы повязаны этим делом, и, кажется, оба наконец поняли и приняли это. Через несколько мгновений жена протянула руки и обняла меня.

Наши тела прижались друг к другу под струями горячей воды. Я выкинул из головы все мысли, кроме одной: как сильно люблю Эйнсли. И готов ради нее на всё.

Потом она отстранилась, и ее рука скользнула по моему животу вниз, а ее глаза встретились с моими, и в них горело неожиданное страстное желание. Ее ногти впились мне в бедро, и я почувствовал, что тоже хочу ее.

Я закрыл глаза, а она приподнялась, обхватила меня за шею и легко прикоснулась губами к моим губам. Поцелуй, сначала мягкий и нежный, мгновенно стал жадным, и я, воспламенившись, оторвал ее от себя, развернул и толкнул к стене. Прижимаясь к спине Эйнсли, я целовал ей шею, плечи, потом прикусил кожу – сначала слегка, а потом сильнее и еще сильнее, пока она не вскрикнула, и только тогда разжал зубы и вошел в нее. Закрыв глаза, я сосредоточился на ее ритмичном дыхании.

Это был быстрый, жаркий, животный секс безо всякой любви – только страсть, гнев и похоть в чистом виде. Я хотел ее, а она хотела меня. И каждый позволил другому удовлетворить желание.

Когда все закончилось, мы сползли на пол кабинки и сплелись там под теплыми струями душа. Мы провели в молчании, казалось, целую вечность, прежде чем Эйнсли повернула голову и посмотрела на меня. Струйки воды били ей в лицо, по щекам текли капли, но она даже не мигала, словно не замечая этого.

Она была необыкновенно красива.

– Все хорошо? – спросил я, и жена кивнула в ответ.

– Просто нужно было вспомнить.

– Вспомнить?

– Какими мы были раньше… – объяснила она.

Я сжал ей руку и заметил на гладкой белой коже ярко-красный след укуса.

– Мы и сейчас такие же.

– Да? Или мы всегда оставались такими? Может, раньше мы просто обманывали себя. Может, это и есть мы настоящие. Здесь и сейчас.

Я отвернулся, поднял глаза к потолку и тяжело вздохнул.

– Кто знает, где настоящее, Эйнс? Мы сами создаем реальность. – Я схватил ее за плечо. – Вот это настоящее. Мои чувства к тебе – настоящее. Наши дети. Все, чего мы хотим для себя, все это может стать реальностью. Только нужно бороться изо всех сил.

– Ты готов бороться за меня? – спросила она и провела пальцем мне по груди.

Я повернул голову и посмотрел ей в глаза.

– Я убью за тебя, Эйнсли. Даже не задумываясь.

Она моргнула, обдумывая мои слова, и на губах у нее появилась грустная полуулыбка.

– Ты уже убил.

Я поднял глаза и тут же прикрыл их, защищаясь от льющейся сверху воды. Мы могли бы сейчас заснуть. И заснули бы. Я готов был оставаться тут бесконечно. Сон уже начал затягивать меня в знакомую черноту, но я вспомнил о словах Гленнон и тут же очнулся.

Готов убить за тебя, но не могу сказать тебе правду.

И все же я знал, что придется признаться. Чего бы это ни стоило. Эйнсли должна услышать все от меня. Гленнон уже включила счетчик, и тянуть время я не собирался.

Нужно рассказать как можно скорее.

Глава двадцать девятая

Эйнсли

На следующий день, когда я стояла в очереди машин к начальной школе, чтобы забрать Мейзи – один из редких дней, когда у детей нет никаких планов после занятий, – зазвонил телефон. На экране высветилось имя: Гленнон.

– Алло?

– Привет, подруга. Как дела?

– Нормально, – ответила я, подавляя зевок. – Забираю детей из школы. – Я притормозила у обочины и, обернувшись к Мейзи, которая как раз открыла дверцу, улыбнулась, произнесла одними губами «привет» и указала пальцем на экран. Дочка улыбнулась в ответ и, помахав рукой, забралась на заднее сиденье, где уже сидели ее братья. – Тетя Гленнон звонит, скажите ей «привет»!

– Приве-е-ет, – хором ответили дети.

Когда дверца захлопнулась, я вернулась к разговору с Гленнон.

– Извини. Все хорошо?

– Ну да, конечно. Просто хотела поболтать. Могу позвонить попозже.

– Да ничего страшного. Что у тебя случилось?

– Я… да все нормально. Перезвоню позже.

– Постой, – попросила я и, отключив блютус в машине, поднесла телефон к уху. – Вот, выключила громкую связь. Можно говорить. Что стряслось?

– Ничего особенного. Не хотела волновать детей. Просто надеялась узнать, как у вас с Питером – наладилось?

– У нас с Питером?

– Ага, – подтвердила она с неловким смешком. – С кем же еще?

– Ну да, наверное. Не знаю. Сейчас немного странно. Нет-нет, все хорошо, просто… Немного неоднозначно. – Я поймала взгляд Мейзи в зеркале заднего вида и увидела, что дочь, несмотря на все мои попытки говорить уклончиво, прекрасно понимает, о чем идет речь. Я поспешила сменить тему: – Как здорово, что мы наконец выбрались к вам. Все было очень мило.

Гленнон молчала.

– Ты там?

– Да, просто… ну, возможно, это последний раз, когда вы видели нас вместе…

– Ты о чем это? – встревожилась я. – Почему еще последний раз?

Подруга вздохнула,