Анна и Сергей Литвиновы - SPA-чистилище

Ходасевич закурил. Ему обязательно нужно было поговорить со следовательшей.

Он не готовился мысленно для разговора с ней. Он знал, что и без того сумеет подойти к ней и выудить из нее нужную информацию. Оставалось только решить: пойти поискать ее внутрь морга, подождать здесь – или явиться позже в прокуратуру?

Тут из оцинкованных дверей выскочила женщина лет тридцати пяти. Несмотря на мрачнейший характер заведения, на лице ее блистала улыбка. Она весело крикнула кому-то внутрь помещения: «Там и увидимся!» – и захлопнула дверь в обитель смерти.

– Анжелика Ивановна? – вежливо обратился к ней полковник.

Лицо следователя мгновенно нахмурилось.

– А вы кто такой?

Она одним взглядом оценила полковника: старик, конечно, да к тому же толстяк – однако весьма импозантный. Модные коричневые мокасины, брюки со стрелками, наглаженными до острия бритвы, приветливый, но цепкий взгляд.

– Полковник ФСБ, – представился частный сыщик. – Валерий Петрович Ходасевич.

Выражение лица Анжелики Ивановны мгновенно сменилось на настороженное.

– Что вы хотели?

Она была бы хороша собой – если бы ее приодеть в модную одежду, сделать ей причесочку и профессиональный макияж. Волосы ее были коротко острижены (наверное, чтоб быстрей мыть голову и причесываться), на ногах – видавшие виды сапоги почти без каблуков, а поверх них – джинсы. Все до ужаса утилитарно. Портрет вечно занятой российской молодухи. Маникюра нет, но на безымянном пальце горит толстое обручальное кольцо – значит, помимо кучи забот на работе, на ее плечах еще и муж. И, возможно, дети. Поэтому времени у нее вечно нет. И, вероятно, элегантного мужского внимания – без грубых намеков в сторону койки – тоже явно не хватает.

– Я здесь как частное лицо, – мягко промолвил Ходасевич. – Семья Бартеневых – которые сейчас труп своей матери опознавали – попросили меня помочь им. Жаль, я на опознание опоздал.

– Вы близко знали покойную? – живо поинтересовалась следователь.

– Да, – горестно кивнул Валерий Петрович, и ведь почти не соврал: столько, сколько он за последние три дня узнал об Алле Михайловне, не всякому любовнику – а то и мужу – становится известно.

– Сочувствую вам, – сказала Анжелика Ивановна.

Деловой походкой она двигалась в сторону улицы, и словно бы незаметно получилось, что полковник сопровождает ее.

– Ее убили? – с оттенком горечи поинтересовался Ходасевич.

– Понятия не имею. Не знаю. Я назначила судмедэкспертизу и экспертизу одежды.

– Где ее нашли?

– Вчера, ближе к вечеру, в милицию позвонили какие-то молодые люди. Тело находилось на Лосином Острове.

– Странно, – задумчиво протянул Ходасевич. – Погода хорошая, в лесу за последние пять дней наверняка бродило много народу. Почему нашли только сейчас? Тело что, замаскировали?

– Можно сказать, что так.

Они вышли на улицу.

Порыкивали грузовики, пели троллейбусы, проносились легковушки. Настоящий город – но все равно темп жизни намного спокойнее, чем в расположенной в пятнадцати километрах к западу Москве.

– Я вообще-то иду в прокуратуру, – сообщила следователь.

– Я провожу вас, – утвердительным тоном – тоном, которому трудно возражать, ответствовал полковник. И добавил, весьма искренне: – Давненько мне не приходилось провожать столь очаровательную особу.

Женщина вспыхнула от такого комплимента.

– Время обеденное, – продолжал Ходасевич, – может, мы выпьем с вами где-нибудь по чашечке кофе? Я угощаю.

– Нет-нет, – поспешно отказалась следователь. – У меня полно дел, в конторе уже ждут свидетели.

– Да-а… – сочувственно протянул полковник. – Работы у вас невпроворот… А тут вам всучили еще один висяк…

– Да уж!

– Неужели нет никаких следов насилия на теле Аллы Михайловны? – аккуратно вернул Ходасевич разговор в интересующее его русло.

– Визуально – никаких. А там – как вскрытие покажет.

– Вы говорили, труп в лесу замаскировали? Интересно, каким образом?.. Ведь при маскировке должны остаться следы тех людей, кто маскировал.

– А вот не осталось.

– Как же так получилось?

– Да потому что замаскировали труп чрезвычайно хитро. Вы вообще-то в Лосином Острове бывали?

– Ну я же не лось, – усмехнулся Ходасевич.

Женщина тоже улыбнулась, но тут же сказала:

– И напрасно! Чудесные места. Мы там с детьми часто гуляем, зимой на лыжах ходим.

– С детьми… Множественное число… Значит, у вас детей двое?

– Угу. Пять лет и семь. Мальчик и девочка. Этим летом вот научила их на велосипедах кататься. Теперь надо еще на хорошие велики накопить – будем на будущий год по лесу гонять.

– Вы просто героиня, – искренне восхитился Ходасевич. – Расследуете, учите детей, на велосипеды копите…

– Ага, мне давно пора звезду вешать – только ведь не ценит никто!

– Оценят, – внушительно, словно мог иметь отношение к будущей ее награде, проговорил полковник. И не менее весомо добавил: – Успех и деньги приходят всегда – правда, порой несколько позже, чем того хочешь. И заслуживаешь.

Она впечатлилась тирадой полковника, однако вздохнула:

– Вашими бы устами…

Ходасевич снова вернул мяч разговора на поле убийства – кто его знает, сколько у них еще времени, чтобы до прокуратуры дойти. В райцентре *** все близко.

– Вы, что же, Анжелика Ивановна, место преступления не осматривали?

– Еще как осматривала!

– И не нашли никаких следов?

– Так ведь преступник – или преступники – чрезвычайно хитрыми оказались… Я почему начала про Лосиный Остров?.. Там ведь не просто лес – а лес огромный… И в нем много всего… И какие-то деревни, незаконно (а, может, законно) построенные; и вышки сотовой связи; и линии электропередачи… И заброшенный карьер – в нем летом купаются… И коттеджи даже как-то ухитряются строить… И еще – там пролегает длиннющий водоканал. Он, кажется, Москву водой снабжает – а тянется через весь Лосиный Остров. А потом, в обе стороны, еще дальше, аж до Клязьминского водохранилища… А вдоль канала – автомобильная дорога проходит. Дорога эта типа спецтрассы. Тщательно охраняется. На въезде – милицейский пост, на выезде – тоже. И еще посередке, по-моему, пара постов. Разумеется, всем подряд по дороге ездить не разрешают – только по пропускам.

– Или как с ментами договоришься… – вполголоса добавил Ходасевич.

– Не знаю, возможно, за руку я никого не ловила… Так вот, эта трасса, ведущая вдоль канала, пересекает, в том числе, всяческие ручейки и речушки… И тело вашей, хм, знакомой нашли под дорогой – в одной из водоотводных труб…

– Вот как… – вздохнул полковник.

– Весной, в паводок, там воды, наверно, много. Сейчас – по щиколотку. Вот в этой трубе тело гражданки Долининой и находилось. И вокруг него ровным счетом никаких следов. Если что и было, ручеек смыл.

Валерий Петрович задумчиво проговорил:

– Значит, преступники очень хорошо знают местность. И ориентируются на ней. И еще – как-то они проникли на спецтрассу. Да, и очень важно… Они почему-то не побоялись везти тело через пару кордонов милиции…

– Ну, да – если труп привезли на место обнаружения преступники. А если – нет?

– Как это?

– А вот так!.. Видимых следов насилия на теле гражданки Долининой не обнаружено. Может, это она сама пошла гулять пешочком по лесу, заблудилась, устала, залезла в трубу – допустим, дождик переждать, а тут у нее – хлоп! – инфаркт или инсульт. Это вскрытие покажет. Если причина смерти ненасильственная, тогда – ха! – закрываем дело за отсутствием состава преступления.

– А скажите, далеко ли место происшествия от Листвянки?

Женщина вздохнула.

– Я уже по карте смотрела. Далековато. Километров двенадцать по прямой получается.

– Ого! Ничего себе прогулочка!

– Да, – следовательница помрачнела, – в этом смысле не совсем складывается… Но, может, она часть пути на автобусе проделала? Или на маршрутке? Допустим, от Листвянки до К***ва?

– Вы уже допросили родственников потерпевшей?

– Естественно.

– А они вам сказали, что она вышла из дома – спонтанно, неожиданно, уже под вечер?.. Часов около семи, когда темнело… Право же, совсем неподходящее время для прогулок по Лосиному Острову…

– Да, не очень вяжется, – мотнула головой следователь. – Но все равно, согласитесь: многое теперь в руках судмедэкспертов. Как они скажут, так и действовать будем. Эх, хоть бы ненасильственная!.. – по-детски непосредственно воскликнула Анжелика. – А то, если возбуждать дело, при подобных обстоятельствах будет гарантированный висяк.

– Обращайтесь за помощью ко мне. Повторяю, я очень хорошо успел узнать покойную, а также определенные обстоятельства, сопутствующие ее исчезновению.

– Спасибо, конечно, но лучше бы ее кондратий хватил… Ой, извините… Ну, вот мы и пришли. Прокуратура там, за углом. Дальше меня провожать не надо – а то, знаете… Увидит кто… Разговоры еще пойдут…