Руководство королевы красоты по убийствам - Кристен Бёрд

– Я знаю, знаю. С тобой все в порядке.

Могу я на секунду остановиться и сказать, какой бесценной и неимоверно крутой подругой оказывается Лэйси уже в который раз? Она, окончившая наш класс с отличием, получившая степень магистра делового администрирования в Джорджтауне и убедившая Финчей заключить с ней и ее стартапом самый крупный контракт по организации мероприятий, сидит здесь и натирает круги на моей спине, помогая мне вернуться в чувство.

Прошло несколько минут, и мое измученное тело начало успокаиваться, возвращаясь в исходное состояние, которое хоть и было иной раз слишком навязчивым и тревожным, обычно все же не балансировало на грани истерики.

Лэйси заменила мой кофе на стакан воды и села на кровать рядом со мной, разбрасывая поляроидные снимки.

– Извини, – сказала я, убирая мокрые волосы. – Я намочила твою одежду.

– Высохнет, – она стянула с себя верх рубашки «AllSaints»[19] и выдохнула, словно собираясь сказать что-то, что давно удерживала в себе. – Слушай, я знаю, что вы с шерифом не особо поладили. Но ты должна передать ему эти фотографии. Он может помочь.

Я вспомнила, как тетя ДиДи попросила доверять человеку, который посадил ее за решетку. Эта идея все еще была мне ненавистна.

– Отдать ему эти фотографии, а потом вести себя как обычно? – спросила я. Похоже, это было обычной темой во Дворце Роз.

– Именно так. Твоя задача – выиграть корону, этим и займись в первую очередь. Параллельно продолжай слушать, смотреть и собирать зацепки, чтобы выяснить, где может быть мистер Финч. Мы обе знаем, что ДиДи невиновна, так что с этой отправной точки и будем двигаться. Договорились?

– Да уж, это значительно больше, чем ждала от меня мама, когда писала то письмо и оплачивала мой вступительный взнос, – сказала я.

Лэйси некоторое время обдумывала это заявление, откинувшись на кровать и повернувшись на бок, а потом ответила:

– Да, это факт. Но твоей маме бы точно все это понравилось. Не нахождение твоей тети в тюрьме, конечно, а головоломка и все эти интриги.

– И правда. Мама обожала головоломки всех мастей. – Я положила свою руку на руку Лэйси и схватила ее, падая рядом с ней на кровать. – Если кто-то пытается меня запугать… Я имею в виду, пропавшая корона – это одно, но… убийство?

Лэйси оперлась на локоть, глядя мне в глаза.

– Но ты же останешься здесь, правда?

Я колебалась. Пару лет назад ей не пришлось бы задавать такой вопрос.

– Ты ведь заставишь себя остаться, правда? – повторила вопрос Лэйси.

– Я должна быть здесь ради тети ДиДи, – ответила я. – И нам все еще нужны деньги… Мне просто необходимо победить… если это вообще возможно.

– Конечно, возможно, – Лэйси убрала прядь волос с моих глаз. – Давай-ка тебя оденем.

Она собрала снимки в стопку и протянула их мне, прежде чем повести меня вниз. Когда мы спустилась, она развернулась и задала мне вопрос с выражением замешательства на лице:

– Почему ты не хочешь, чтобы шериф помог?

Я подумала о мужском кольце в комнате моей тети.

– Потому что, если я отдам ему эти снимки, он ничего не даст мне взамен. А я как раз дам ему в руки улики, которые можно будет использовать против тети ДиДи.

– Не думаю, что он действует против тебя, – размышляла Лэйси, и в ее тоне не было снисходительности. – Знаешь, как выглядит его посыл со стороны?

– Нет.

– Помоги мне помочь тебе.

– Какая чушь, – фыркнула я.

– Но это так, – сказала Лэйси. – И что еще важнее, на мой взгляд, он именно этого и хочет.

– Не знаю, – сказала я, вспомнив, как он уводил мою тетю в наручниках.

– Он потребовал дополнительного обучения для всех офицеров, внедряет тактику деэскалации и нательные камеры, – добавила Лэйси.

– Откуда ты все это знаешь?

– Я неравнодушный гражданин.

Я бросила на нее взгляд, которым спросила о настоящей причине.

– Мне пришлось нанять несколько его людей для охраны в эти выходные. Он им нравится, или, по крайней мере, они его уважают. – Лэйси успокаивающе положила руку мне на плечо. – Несмотря на вчерашнее, уверена, он хороший парень.

Восемнадцать

Я всегда считала, что Голубой хребет обладает своим особым настроением, атмосферой, если угодно. В день, когда в шестом классе я выиграла первое место на конкурсе курятников, горы были гордыми и величественными. В день, когда в старшей школе я начала работать на конюшне, горы выглядели неуверенными, но полными энтузиазма. В день, когда я уехала из дома в колледж, они были задумчивыми. А в день, когда умерла мама, горы стояли мрачные и скорбели вместе со мной.

Сегодня горы были в замешательстве, когда я держала над головой клатч – подарок Лэйси, – крепко сжимая его пальцами по дороге на утренний чай. Капли дождя, почти туман, спустились над Дворцом Роз, и я едва могла разглядеть вдалеке горные пики. Зато вполне могла представить разочарованных конкурсанток, которые ругались из-за влажного воздуха, отчаянно теребя свои прически.

В моем клатче был блеск для губ – идея Лэйси – и пять поляроидных снимков с обвиняющей надписью. Взять их с собой тоже была идея моей подруги.

ОНА УБИЛА ИХ ОБОИХ. Эти пять слов проносились в моей голове, повторяясь снова и снова, как заклинание. Я пыталась обдумать все способы, которыми можно было бы вычислить, кто подложил их в мою постель, не говоря шерифу. И вдруг он оказался рядом со мной собственной персоной.

Шериф Стронг был одет все в ту же форму, но добавил ковбойскую шляпу, которая делала его похожим на настоящего шерифа с Дикого Запада. Он шел, нахмурившись, устремив взгляд под ноги и полностью игнорируя меня.

– И вас с добрым утром, – сказала я, заставив его остановиться.

Шериф уставился на меня, словно недоумевая, кто я.

– Дакота Грин, – напомнила я ему. – Вы вручили моей тете пару модных браслетов, прежде чем посадить ее в тюрьму.

– Я знаю, кто вы, мисс Грин, – сказал он таким тоном, как будто это я ему нагрубила.

– Окей. Вольно, офицер, – ответила я, сбитая с толку его недружелюбным тоном. Мне казалось, что вчера между нами что-то промелькнуло, но это было до того, как он арестовал мою тетю.

– Прошу прощения. Я иду туда, – он указал на особняк. – Вы что-то хотели?

Он всем своим видом выражал нетерпение. Нет, этот человек определенно не заслуживал моих показаний.

– Нет, от вас ничего, – отчеканила я ледяным тоном.

– Одинок, как рыболов, – пробормотал он себе под нос.

– Прошу прощения? – усмехнулась я. – Терпеть не могу рыбу.

– Нет…