Лариса Соболева - Дневник чужой жены

– Нина, давай еще немного подождем.

– Чего? Хорошо, ты не хочешь ему сразу открываться. И не надо. Я позвоню Рыкову, скажу, что мне срочно нужно с ним увидеться. А когда он приедет на место встречи, появишься ты. Потом уйдешь первым. Он не будет знать, где ты прячешься.

– А если он придет на свидание не один? Нина, они все прикидываются добренькими. Я не могу пойти на встречу.

«Не верь Глебу, не верь…» – сдавило мозг.

– Ты делаешь большую ошибку, – сказала она, упав духом. – Из подозреваемой я попаду в убийцы.

– Ниночка! – Глеб присел перед ней на корточки, взял за руки. – Дай мне еще немного времени. Я должен подумать. В случае если ситуация выйдет из-под контроля, обещаю: я сам пойду к следователю. («Ситуация уже вышла из-под контроля, – думала она. – И ты, дорогой, пальцем не пошевелил».) Нина, сейчас это сделать я не могу. Я сразу залечу в убийцы. У тебя есть алиби, а у меня его нет, пойми.

– Сколько тебе нужно времени?

– Не знаю. Завтра вечером сделаю вылазку. Приклею бороду и усы, сяду в автомобиль и сам поговорю с Надеждой.

– Ты ее уже не подозреваешь?

– Подозреваю, – живо ответил он. – Но у меня есть два способа заставить ее сказать правду. Мы ведь две пострадавшие стороны, я буду давить на этот факт. А сам постараюсь по ее поведению и по тому, что она будет говорить и как, выяснить, она или не она убила. Второй способ – это спровоцировать ее. Скажу, что мне известно, кто убил, разумеется, она. И посмотрю, как Наденька себя поведет. Мне самому следует взяться за поиски, а не сидеть взаперти и не подставлять тебя.

«Смыться хочешь, – догадалась Нина. – Ну, нет, дружочек, не дам тебе этого сделать. Я пойду завтра к Рыкову, расскажу все, отдам дневник Валентины. И если он посчитает тебя виновным, отвечай за свою Вальку сам».

– Ты не выйдешь отсюда, – заявила она. Видя его неподдельное изумление, объяснила: – За мной следят. Помнишь, я говорила тебе, что однажды за окном видела человека? А сегодня столкнулась с ним во дворе кафе. Я не знаю, кто следит, думаю, ты догадываешься. Рыков знает, что я прятала мужчину. Он не говорил, что подозревает тебя, но намекал. Значит, следят и за моим домом. Это менты. Как только ты выйдешь отсюда, тебя загребут.

– Новость! – поднялся с корточек он. – Почему молчала?

– Я же только сегодня вышла из тюрьмы.

– Это меняет дело.

– Ты согласен на встречу? – воскликнула Нина обрадованно.

– Нет. Пока нет. Будем действовать по моему плану. Я кое-что обнаружил в записных книжках Валентины… («А сколько я обнаружила, – усмехнулась Нина, – тебе даже не снилось»). Но об этом завтра. Иди ко мне…

Он притянул Нину, но она выставила перед собой руки, упираясь ими в его грудь:

– Нет, Глеб, нет… я не могу…

– Почему?

– У меня… как бы тебе сказать… женские дела… – виновато потупилась Нина. Глеба физиологический факт не смутил, он потянулся поцеловать ее. – Да погоди же! Глеб, у меня есть друг… я не могу за его спиной.

– Нинка, я только сейчас понял, как люблю тебя…

Ага! Любит с такой силой, что хочет списать свое преступление на нее. Здорово! Она категорично заявила, что между ними ничего не будет до тех пор, пока она не переговорит с другом. Напомнила еще, что сумму залога следует вернуть, он пообещал выдать деньги. Нина легла на свое законное место, он на кресло. Глеб вздыхал. Никакие вздохи и охи больше не разжалобят Нину. «Тоже мне, любитель бесплатного сыра! – подумала она, укрывшись с головой одеялом. – Завтра пойду к Рыкову, хватит из меня делать дуру».

Глава 19

Нина торопливо взошла на крыльцо черного хода, достала ключи. Приехала она за дневником, не переменив решения с этими «листочками» отправиться к Рыкову. Но, вставляя ключ, обнаружила, что дверь открыта. Так ведь и замок сломан! Она едва в обморок не упала от мысли, что кто-то ограбил ее кафе! Нина достала сотовый телефон, вызвала милицию. В ожидании нервно ходила по двору, ведь до приезда милиции ничего нельзя трогать. Что же украли? Микроволновую печь с грилем? Фритюрницу? Тостеры? Продукты? Спиртное? Сейф вскрыли, а там деньги! И где был милицейский патруль?

– Корми этих дармоедов, балда! – ругала себя Нина. – А грабитель все равно пробрался в кафе. Я теперь им покажу – ужины! Когда же они приедут?

Однако главное потрясение было впереди. Кроме сигнализации, выведенной из строя, и сломанного замка грабитель убытков не нанес! Преступник пробрался в кафе, чтобы ничего не взять! Абсурд полный. Нина ничего не понимала, милиционеры тем более, впрочем, высказались, что это был шизофреник с манией вскрывать замки и выводить из строя сигнализацию. Шутка, конечно. Поварихи приступили к работе, а Нина пришла в кабинет, рухнула на стул и некоторое время сидела, не двигаясь. Стресс был сильный. Больше всего Нина боялась, что в кафе пробрались хулиганы, нанятые конкурентами, и разгромили вчистую ее детище. Второй раз ей бы не поднять предприятие. Но все обошлось. Нина достала визитку Рыкова, набрала номер:

– Анатолий Трофимович? Это Нина. Я сейчас к вам приеду.

Положив трубку, Нина выдвинула ящик стола… А где дневник Валентины?

Она выдвигала ящики, листов не было ни в одном. Нина перерыла все на столе, да там и перебирать нечего – папка с копиями бухгалтерских документов, брошюра о налогах, тетради с планами и доходами-расходами. Нина заново просмотрела ящики. Листов не было. Она же их положила в верхний ящик, а тетрадь с английским текстом захватила с собой и отдала Глебу! Куда они делись? Может, нечаянно забрал милиционер? Нина тут же отказалась от этой мысли, ведь ящики она проверяла лично, все было в порядке, о дневнике тогда просто не вспомнила.

Вдруг Нину как ударило: грабитель! Это он забрал дневник, с этой целью взломал замок. Стоп. Откуда он узнал про дневник и что он у Нины? Глеб достал оригинал из несессера жены с кодовым замком. Вряд ли Валентина кому-нибудь читала свои опусы. Так. А Р. не прочла? Но почему-то не упомянула об этом в своих записях. Она ему доверяла. Нет, Валя описала бы в дневнике, как они с Р., читая откровения, потешались над любовниками и мужем. Совместное веселье над «мышатами» она же записала. Да, дневник – это только ее тайна, в эту тайну она никого не посвящала. Значит, взломал замок и рылся в столе Нины не Р. Тогда кто его забрал? Кому он нужен? Ответ один: заинтересованному человеку. Кто же он? Глеб? Но Глеб ночь провел у Нины дома. Менты? Зачем им взламывать замок и портить сигнализацию? Кто еще может следить за ней, кроме ментов? Тот, кто звонил следователю и сказал, что Нина была в доме. Стоп, стоп, стоп. Кто-то предупредил Нину: «Не верь Глебу». Тем самым внес в ее душу сомнения. И кто-то звонил следователю. Кто же? Тот, кому выгодно поссорить Нину с Глебом и списать на нее убийство. Значит, это… это убийца! Настоящий убийца, а не Глеб! Выходит, убил не Глеб. Тогда в дневнике есть ключик к разгадке убийства Валентины и Лени. Но как, как он узнал, что дневник у Нины?

– Боже мой! – ахнула Нина.

Окно! Шторы не повесили, потому что Нина их не купила. Вчера они с Долли были открыты для обозрения. Человек, которого она видела во дворе, следил за ними, потом за одной Ниной. Он наверняка видел, как она читала записи, читала их и Долли, разумеется, заинтересовался ими. Он знает, что Нина прячет Глеба. Возможно, не знает, где именно спрятала, но то, что она помогает ему, догадывается. А в чем помогает? Глупо задавать этот вопрос. Она помогает ему избежать тюрьмы, не только ему, себе тоже, следовательно… Нина похолодела: вот о чем ее предупреждал Рыков. Как только маньяк поймет, что она выходит на его след, он убьет ее. Зато стало ясно: убил не Глеб. Нина спросила себя:

– Легче стало? И да и нет. Почему убийца только обо мне сообщил следователю? Все, не могу больше. Настал момент, когда я должна поделиться своими знаниями с Рыковым. Я не скажу, где прячется Глеб, пусть хоть пытают меня раскаленным железом. Мне снова нужен перевод…

Она помчалась к Долли, та развела руками:

– Переводчица наверняка на работе. Мы застанем ее лишь вечером.

– Где она работает, знаешь? (Долли отрицательно мотнула головой.) Едем к Жоре. Это его знакомая, он знает, где ее найти.

У выхода столкнулись с Мишей.

– Нина, я только сегодня узнал, что тебя отпустили…

– Мишенька, прости, мне некогда, – пробежала мимо него Нина, за ней Долли.

– Да остановись! – закричал вдогонку Миша. – Это важно для тебя…

– Потом, дорогой, потом, – и Нина выехала со двора.

– А, черт, – выругался Миша. – Они обе полоумные.

Он сорвался с места и побежал к своей машине.

Жора с настороженностью встретил двух подружек, от которых неизвестно чего ждать. Выслушав просьбу, повеселел, ибо от него не потребовали подтвердить еще что-нибудь нереальное, дал рабочий телефон переводчицы. Нине стоило больших усилий уговорить ее поехать домой и сделать еще один экземпляр перевода дневника Валентины. Вернее, уговорили деньги. Два часа спустя, получив полный перевод, Нина села за руль, улыбнулась: