Следствие по делу призрака - Юлия Владиславовна Евдокимова
Саша даже моргнуть боялась. А потом взяла себя в руки и шагнула в сторону. Потом сделала еще один шаг, не отрывая взгляда от ниши, так и шла боком, маленькими шажками, пока вся ниша не скрылась за стеной.
Она старалась не дышать, только шаги гулко отдавались от старых камней. Кто-то другой вздохнул, тихо, словно прошелестел еле заметный ветерок. Девушка не обернулась…
На старом диване стояли три больших картонных коробки. На каждой маркером написано: «Архив К.Р.». Клаудио Риччарди.
Саша провела рукой по верхней коробке. Пыли почти нет – значит, сюда кто-то заходил недавно. Может, хозяйка. Может – экономка Ванесса.
За спиной снова прошелестело. Колыхнулись тени. Наверное, теплый воздух из вентиляционного отверстия встретился с холодным воздухом подвала…
Девушка методично разбирала коробку за коробкой, прошло не меньше часа, пока она просматривала и аккуратно складывала обратно какие-то записи, счета, схемы. Дошла до стопки писем в конвертах, современных, отправленных меньше десяти лет назад. Неужели кто-то еще писал тогда письма?
Она осторожно развязала ленту. Брала один конверт за другим.
От Маддалены Джентиле – Клаудио Риччарди. У них была традиция? Такой личный, очень милый символ любви, письма, написанные от руки в эпоху мобильных телефонов и электронной почты.
Интересно, он отвечал? Его сердце наполнялось теплотой или он откладывал их в сторону, пробежав глазами? А может, перечитывая строки, написанные той, которая исчезла навсегда, он понял, что жены больше нет в живых и поспешил присоединиться к ней?
Саша была не вправе тревожить их память, заглядывать в их жизнь. Эти письма лучше сжечь и как можно скорее, надо сказать об этом Сибилле.
Она уже собиралась вернуть письма в коробку, как взглянула на дату в последнем письме. Получается, что письмо получено после смерти Маддалены! Нежели оно затерялось и пришло так поздно… как чувствовал себя Клаудио, получив это письмо после исчезновения жены?
«Нельзя, это чужое письмо!» – Но руки уже доставали листочек из конверта. А по спине бежали мурашки.
«Как же ты всегда занят, дорогой, и снова в поездке. А я вся в раздумьях. Но когда я расскажу тебе всю историю, ты поймешь и скажешь, как мне действовать. Я не могу все написать в письме, но должна поговорить с тобой хоть так, когда я пишу тебе, я успокаиваюсь, словно уже говорю с тобой.
Когда она сказала, что задумала убийство, мы слишком много выпили. Тогда я подумала, что она пошутила, а потом забыла про этот разговор. А вчера она приехала меня навестить. Ты бы тоже почувствовал, как она встревожена. И я не знаю, что сказать. Наверное, надо пойти в полицию, но надо мной могут посмеяться, а она моя подруга… Она умоляла меня никуда не ходить, не называть её имени. Я сказала, что должна подумать. Ведь за намерения не судят? Но если она их осуществит… Мне так нужна твоя помощь! Приезжай скорее, я с таким нетерпением жду тебя. Скучаю, Мэдди».
Саша выпрямилась и с письмом в руках пошла к дверям.
Маддалена с подругой много выпили и подруга призналась, что хочет кого-то убить. А через некоторое время приехала к Маддалене и узнала, что та все помнит, попросила никому не говорить. Но Маддалена сказала, что подумает. И тогда подруга убила ее. Понял ли Клаудио, о ком идет речь?
Дверь закрылась за ней с мягким стуком. Где-то на полках игрушечный кот жмурился в теплом свете лампы и улыбался в усы.
Глава 17.
Утреннее совещание пришлось отложить на два часа, чтобы все успели ознакомиться с бумагами, присланными из Милана.
Отделу киберпреступлений удалось получить все файлы из облачного хранилища Джованни Карбоне, но документы поступили только сейчас. Дело не в сложных паролях и системах защиты, а в банальной занятости. И если бы комиссар не подстегивал, не напоминал каждые три часа, то ждать информации пришлось бы несколько недель.
«Всем вам срочно, а нам что теперь – разорвись?»– ворчал начальник отдела.
И все же Лука добился своего и получил материалы в рекордный срок, не прошло и недели со дня убийства Карбоне.
Среди документов оказались два свидетельства о рождении. Девочки Маргерита и Буонадонна родились тридцать девять лет назад в небольшом городке в Ломбардии. Отец почти сразу после рождения дочерей в очередной раз попал в тюрьму, мать продержалась чуть больше года и исчезла в неизвестном направлении. Девочки попали в детдом, откуда их примерно в одно время в двухлетнем возрасте забрали две семьи.
Маргерите повезло, ей достались любящие родители из среднего класса и она росла, как большинство ее сверстниц, в небольшом домике в пригороде Болоньи, бегала на дискотеки, но при этом неплохо училась и поступила в престижный университет, а затем получила хорошую работу.
В конце концов она оказалась в Милане на хорошей должности в модном концерне.
Буонадонне повезло меньше. Она переходила из руки в руки от одной приемной семьи к другой. Одни отказались от девочки, потеряв прежние доходы, у других ее забрала служба опеки из-за жестокого обращения с приемным ребенком.
Лишь с третьего раза ей повезло, Буонадонну забрала богатая семья из Турина, сменив ее имя на Барбару. И правда, ну что за странное имя дала ей родная мать!
Приемные родители умерли семь лет назад и Буонадонна, то есть теперь Барбара, получила огромное наследство. Была она избалованной наследницей богатой семьи или скромной, отзывчивой девушкой, понять трудно, в соцсетях она публиковала только фото с различных мероприятий.
По фотографиям, собранным Карбоне, было понятно, что сестры-близнецы похожи, как две капли воды.
Барбара рано осветлила волосы, а Маргерита оставалась темноволосой, с короткой стрижкой и выглядела плотнее сестры. Но пять лет назад она похудела, отрастила волосы и превратилась в блондинку.
Теперь их было не отличить.
На нескольких фотографиях Маргерита позировала с Маддаленой Геррини, и, если на первых фото Мэдди ошеломляла своей красотой, то, преобразившись, Марго почти не уступала приятельнице.
«Офигеть! Но зачем Джованни Карбоне собирал эти фото и документы?»– спросила Саша, получив сообщение и фото от комиссара.
«Пока неизвестно. Причем собирал намного раньше, чем пропала его сестра». – Ответил Лука. «Приеду, расскажу про программиста, пока занят».
«Цена вопроса? Сколько денег унаследовала Барбара от умерших приемных родителей?»
«Почти миллион евро».
* * *
Федерико Андреотти допросили миланские полицейские.
Парень клялся, что не знает ни о каком убийстве, Марго попросила его взломать ноутбук Анны Галассо и влезть в компьютерную сеть замка, так сказать, во благо – нужно было остановить
