Дороти Сэйерс - Неприятности в клубе «Беллона»

— Очень демократично с вашей стороны, — отозвался Пенберти, натянуто улыбаясь. — Надеюсь, вы не с враждой пришли. Мы с церковью не ссоримся, знаете ли, ежели она занимается своим делом, а в наши — не вмешивается.

— Дорогой мой, если вы умеете исцелять от греха при помощи укола, я первым порадуюсь. Только уж постарайтесь не впрыснуть заодно чего похуже. Вы же знаете притчу о доме выметенном и убранном?[20]

— Я буду предельно осторожен, — заверил Пенберти. — Вы меня извините на секундочку. Уимзи, вы, наверняка, уже знаете о результатах анализов?

— Ну, да. Настоящая сенсация, верно?

— Эта история чертовски усложнит мне жизнь! И вы тоже хороши, Уимзи, хоть бы намекнули вовремя! Мне ничего подобного и в голову не приходило!

— А с какой бы стати? Вы ожидали, что старик помрет из-за болезни сердца; так он и помер от болезни сердца. Вас не в чем обвинять.

— Вы так думаете? Плохо вы знаете суд присяжных! Именно сейчас я бы целое состояние отдал, лишь бы зачеркнуть этот эпизод. Более неподходящего момента и представить себе невозможно.

— Все пройдет, все забудется. Такие ошибки случаются по сто раз на неделе. Кстати, я так понял, что вас можно поздравить? Когда это вы успели? И ведь ни словечком не обмолвились!

— Я как раз начал вам рассказывать во время этой треклятой эксгумации, только кто-то меня перебил. Да, спасибо за поздравления. Мы обо всем сговорились… ах, да! — недели две-три назад. Вы ведь знакомы с Наоми?

— Видел сегодня, но только мельком. Моя хорошая знакомая мисс Фелпс сей же миг похитила вашу невесту, чтобы порасспросить про вас.

— Ах, ну да. Непременно улучите момент побеседовать с нею. Наоми очень милая девушка, и притом умница, каких мало. Вот матушка ее — тяжкое испытание, честно признаюсь, но, в конце концов, намерения у нее самые добрые. А уж в чем ей не откажешь, так это в умении приглашать людей, с которыми весьма небесполезно познакомиться.

— Я и не знал, что вы — такой крупный специалист по железам.

— Увы, пока мне сей громкий титул не по средствам! Да, мне довелось поработать в экспериментальной лаборатории доктора Слайго. Как говорят в прессе, железы — Наука Будущего. В этом ни тени сомнения нет. Начинаешь воспринимать биологию в совсем ином свете. Мы — на грани совершенно потрясающих открытий, и это непреложный факт. Вот только со всеми этими противниками вивисекции, и священниками, и старухами неграмотными двигаешься вперед не так быстро, как хотелось бы. Ох, Боже ты мой — мне пора начинать! Увидимся позже.

— Одну минуточку! Вообще-то я пришел сюда с целью… ах, черт возьми, как неучтиво получилось! Но я понятия не имел, что с докладом выступаете именно вы. Я пришел сюда, первоначально задавшись целью (вот, так уже гораздо лучше!) взглянуть на мисс Дорланд в ореоле фентимановской славы. Но верный мой провожатый меня покинул. Вы знакомы с мисс Дорланд? Не подскажете, кто она?

— Знаком, но не то, чтобы коротко. Но сегодня я ее не видел. Возможно, она еще не пришла.

— А мне казалось, она просто помешана на… на всяких там железах.

— Полагаю, что так и есть; во всяком случае, сама мисс Дорланд в этом свято уверена. Эти женщины все, что угодно проглотят, лишь бы в новинку; а уж если еще и с сексуальным подтекстом… Кстати, о сексе я говорить не намерен.

— Бог да благословит вас за это. Ну что ж, возможно, мисс Дорланд объявится чуть позже.

— Не исключено. Но… послушайте, Уимзи. Мисс Дорланд сейчас в весьма двусмысленном положении, верно? Не удивлюсь, если ей как-то не по себе. История уже угодила в газеты.

— Черт подери, а то я не знаю! Этот вдохновенный пьянчуга Сэлком Харди каким-то образом обо всем пронюхал. Сдается мне, прохиндей приплачивает администрации кладбища, чтобы его заранее извещали о намечающихся эксгумациях. Сущее сокровище для своей газетенки; просто-таки на вес золота; да что там золота — скорее, банкнот! Ну, удачи! Желаю с блеском отчитаться! Вы ведь не станете возражать, если я усядусь не в первом ряду? Всегда предпочитаю занять стратегическую позицию у двери, поближе к харчам!

Доклад Пенберти показался лорду Питеру как оригинальным, так и превосходно изложенным. В данной теме его светлость слегка разбирался, среди друзей Уимзи было немало выдающихся ученых, а слушать лорд Питер умел, — но об экспериментах, лектором упомянутых, детектив-любитель слышал впервые, а выводы, безусловно, наводили на размышление. Не успели еще отзвучать вежливые аплодисменты, а верный своим принципам Уимзи уже ринулся в столовую. Однако его опередили. Внушительный здоровяк в изрядно потертом фраке уже воздавал должное горе аппетитных сэндвичей и виски с содовой. Заслышав шаги, он обернулся — и влажные, невинные голубые глаза засияли радостью. Салли Харди, — как всегда, не вполне пьян и не вполне трезв, занимался любимым делом. Репортер услужливо подал собеседнику блюдо с сэндвичами.

— Чертовски вкусные, — заметил он. — Что это ты тут делаешь?

— А ты, если на то пошло? — парировал Уимзи.

Жирная рука Харди легла на его локоть.

— Думаю одним выстрелом убить двух зайцев, — выразительно проговорил толстяк. — Смышленый парень этот Пенберти. Железы-то нынче в моде. И он об этом знает. Того и гляди прогремит на всю столицу… — Салли повторил эту фразу дважды или трижды, опасаясь, что собеседник не уловил смысла за бульканьем виски с содовой. — Отнимает хлеб насущный у нас, бедолаг-журналистов, вроде как этот… и этот… (Харди помянул имена двух джентльменов, чьи статьи, то и дело публикуемые в ежедневных газетах, неизменно вызывали раздражение у штатных писак.)

— Если только не погубит свою репутацию из-за этого фентимановского дела, — возразил Уимзи, но его мелодичный возглас прозвучал не громче шопота на фоне шумной лавины, хлынувшей вслед за ними к накрытому столу.

— А! И ты о том же! — ухмыльнулся Харди. — Пенберти — сам по себе новости. Он — классный репортаж, ты разве не видишь? Надо только чуть пересидеть в сторонке, поглядеть, куда ветер подует. Но в конце концов я заметку-таки черкну; помяну, что он пользовал старика Фентимана. А со временем можно будет в красках порассуждать о необходимости потрошить покойничков во всех случаях внезапной смерти. Ну, сами видите: даже опытные доктора иногда ошибаются. А ежели на перекрестном допросе Пенберти «завалится», набросаем что-нибудь насчет того, что специалисты не всегда заслуживают доверия; ну, и помянем добрым словом несчастного, втоптанного в грязь врача общей практики. В любом случае, из Пенберти отличную статейку можно состряпать. Совершенно неважно, что о нем говорить; лишь бы хоть что-нибудь. А ты нам не удружишь? — слов восемьсот от силы, а? — насчет трупного окоченения, и все такое? Лишь бы броско и с треском!

— Не могу, — отказался Уимзи. — Мне сейчас некогда, а деньги мне ни к чему. Да и с какой стати? Я не настоятель собора и не актриса.

— Нет, но ты в курсе всех новостей. Деньги можешь отдать мне, если уж такой щедрый. Слушай, ты ведь наверняка всю подноготную знаешь! Этот твой приятель из Скотленд-Ярда словно в рот воды набрал. Мне нужно раздобыть хоть что-нибудь до ареста; а после того — это уж, что называется, сущий позор! А ты ведь к девице подбираешься? Расскажешь, что знаешь?

— Да нет, я сюда пришел только взглянуть на нее, а мисс Дорланд так и не появилась. Слушай, а, может, ты и раскопаешь для меня ее темное прошлое? Рашворты наверняка что-то о ней знают, пари держу. Она вроде как живописью занималась, или что-то в этом роде. Как тебе эта зацепка?

Харди просиял.

— Уоффлз Ньютон наверняка что-нибудь да знает, — предположил он. Поглядим, не удастся ли чего выведать. Спасибо тебе преогромное, приятель. О, идея! На последней странице можно будет тиснуть ее картинку-другую. Почтенная старая леди, похоже, отличалась изрядной эксцентричностью. Странное завещание, что и говорить!

— О, насчет этого могу просветить, — отозвался Уимзи. — Я думал, ты и так знаешь.

Он пересказал Харди историю леди Дормер — в том же самом виде, как услышал ее от Мерблза. Журналист прямо-таки возликовал.

— Потрясный материал! — одобрил он. — Просто класс! И романтическая любовь есть, и все, что угодно! «Дейли йелл» на этой сенсации хороший куш сорвет! Прости, бегу звонить; а то еще кто-нибудь другой перехватит. Ты уж никому больше не рассказывай, ладно?

— То же самое можно узнать и от Роберта, и от Джорджа Фентимана, предостерег Уимзи.

— А вот и нет! — с чувством возразил Сэлком Харди. — Нынче утром Роберт Фентиман старику Бартону из «Бэннера» так по зубам въехал, что бедняга отправился прямиком к дантисту. Что до Джорджа, он забился в «Беллону», а туда чужих не пускают. Так что с этой стороны я застрахован. Спасибо еще раз. Если тебе что-то понадобится, за мной не пропадет, вот увидишь. Пока!