Лебединая песня мамонта - Елена Ивановна Логунова

– Я не… Какой Олег? Вы кто?!

– А вы кто? – Ирка не стала менять эффективную тактику той самой лучшей защиты, которая нападение. – И что здесь делаете?

– Жи… Жи…

Не дождавшись, пока незнакомец перестанет заикаться, Ирка все так же агрессивно заявила:

– Не знаю ни одного мужского имени на «Жи»! – и прищурилась с нескрываемым подозрением.

И руки в боки поставила. И ножкой притопнула.

А чего с ним церемониться, если он даже не Олег. «Жи» какой‑то! Жиголо, что ли?

– Живу я здесь! – наконец выговорил не-Олег. И, видимо, не жиголо.

– Где это? – Ирка огляделась.

– Здесь! – Незнакомец дернул пакет, возвращая себе единоличную власть над ним, и бочком, как краб, по стенке подобрался к двери по левую сторону коридора.

Почти напротив квартиры Олега.

Сосед, стало быть.

– А вы не знаете, где Олег? – сменив тон, в спину спросила соседа Ирка. – Его уже два дня не видно. Или дома нет, или он сидит там и не выходит.

– Не знаю я никакого Олега. – Не-Олег торопливо погремел ключом и протиснулся в свою дверь, едва та приоткрылась. – Отстаньте!

Дверь захлопнулась. Изнутри донесся скрежет быстро запираемого замка.

– Ну не Олег ты, и чего так психовать? Я вот тоже не Олег, а ничуть не расстраиваюсь, – примирительно молвила Ирка в закрытую дверь.

Из жилища не-Олега не доносилось ни звука. Или он замер там, не дыша, или просто ушел в глубь квартиры, подальше от охотницы на Олегов.

Секунду подумав, Ирка вынула изо рта жвачку, прицелилась и залепила пластичным комочком стеклышко дверного глазка.

А потом переместилась на метр в сторону и затейливо постучала по стальному полотну бронированной двери правильного, но, увы, совершенно неуловимого Олега.

– А если на балкон? – Василий упорно продолжал искать пути к отступлению.

– А дальше как? Восьмой этаж!

В моем мозгу птицей промелькнуло сожаление – вот когда нам очень пригодился бы крылатый инсектоид повышенной грузоподъемности! Следом пролетела картинка: гигантский мух, несущий в лапах пару человечков. А за ней вторая, а-ля дежавю: тело, падающее с верхнего этажа.

Интересный видеоряд прервал удар – с той стороны кто‑то бумкнул в дверь, виртуозно угодив точно мне в ухо.

Я отодвинулась и с безопасного расстояния прослушала серию стуков. Это определенно была морзянка, которой я не знаю. Зато ее хорошо освоила Ирка – так она дистанционно общается с соседом сверху.

– «Путь свободен», – перевел для меня с азбуки Морзе на обычный русский язык тот самый сосед – Вася Кружкин.

Я оглянулась, проверяя, не оставили ли мы в жилище патентованного аккуратиста беспорядок, и скомандовала:

– На выход!

– С вещами? – зачем‑то уточнил Василий.

– Чужого не берем. – Про ключ-карту, уже припрятанную в кармашек, я предпочла забыть.

Это ж, по сути, и не вещь. Так, ничтожная мелкая штучка.

– И записку забирать не будем?

– Ни в коем случае, это же улика! – Я почти бесшумно открыла дверь и выглянула в щелку.

– Валим, валим! – шепотом заистерила Ирка.

– Вася, валим, – передала я и выскользнула за дверь.

– Валя, васим! – Ирка от волнения начала заговариваться. – Тьфу ты… Короче, пошевеливайтесь, нас тут едва не застукали.

– Кто? – Я придавила дверь, едва из-за нее вышел Василий, закрыла ее на ключ, а тот сунула под коврик.

– Не Олег, – маловразумительно ответила подруга. – Постой, что ты делаешь? Зачем оставляешь тут ключ?

– Чтобы Чайковскому не пришлось ломать дверь. – Я поправила коврик и пытливо потопала по нему, проверяя, не ощущается ли вложение.

Сквозь подошву – не ощущалось. А босыми ногами по нему никто ходить не будет, надеюсь.

– Тест «Принцесса на горошине» пройден? – съязвила Ирка и, не дожидаясь ответа, потащила меня к тамбуру.

– Что‑то ты взвинченная. – Я попыталась присмотреться к лицу подруги, но это трудно было сделать на бегу.

– Потом расскажу, иди быстрее!

Я подчинилась, решив, что все узнаю, когда она успокоится.

Мы вышли в тамбур, и там Ирка затолкала нас с Кружкиным в открывшийся лифт, а сама осталась за порогом. Только сунулась верхней половиной внутрь, ткнула пальцем в кнопку с цифрой «1» и живо вернулась в вертикальное положение, едва успев убраться с пути смыкающихся створок.

– Ждите ме… – услышали мы – и лифт пошел вниз.

– Ментов? – встревожился Василий.

В контексте ситуации с найденной нами запиской самоубийцы это было логично, но я все же выдвинула другую версию:

– «Ждите меня внизу», я думаю. Куда это ее понесло?

Мы вышли во двор и сели на лавочку у детской площадки. Ирка появилась через пару минут.

– Я тоже оставила записку, – сообщила она.

– Кому? – спросила я.

– О чем? – напрягся Кружкин.

– Не о моей смерти, не волнуйся, – успокоила его Ирка. – Написала: «Если увидишь Олега – позвони» и свой номер телефона. А бумажку свернула и в дверь засунула.

– В какую дверь? – не поняла я.

Кружкин хлопнул глазами:

– В дверь Олега? Чтобы он позвонил, если увидит себя после смерти, в которой просил никого не винить?

– Эк завернул, – крякнула Ирка. – Я говорю: успокойся! Я не Олегу написала, а его соседу из ближайшей квартиры. Это он нас едва не застукал, пришлось экстренно принимать меры.

– Какие? – Василий все не успокаивался.

– Не самые радикальные, сосед остался жив. – Ирка бесцеремонно ввинтилась задом на лавочку между нами. – Но позорно бежал. Кажется, в испуге.

– А что его испугало?

– Вася, я не пойму, ты на что намекаешь? – Ирка рассердилась. – Я его очень вежливо спросила, не Олег ли он. Он почему‑то занервничал и сказал, что не знает никакого Олега. Я думаю, соврал. Как такое возможно, чтобы два парня примерно одного возраста жили почти дверь в дверь и не были знакомы?

– Дом новый, некоторые жильцы совсем недавно заселились, – напомнила я.

– Но ты же знаешь, кто живет в квартире почти напротив вашей? – Подруга развернулась ко мне.

– Еще бы.

В квартире почти напротив нашей живут Татьяна и Макс. С Татьяной мы время от времени встречаемся то в коридоре, то в лифте, то во дворе, и Колян всякий раз живо интересуется:

– Здрасьте, теть Таня, а Макс выйдет?

Комизм ситуации в том, что Коле сорок шесть лет, а Максу два года – и он кот. Крупный дымчатый британец.

Теть Таня отвечает на шутку смущенной улыбкой. А меня формулировка вопроса и интонации голоса Коли возвращают в советское детство. Так и вижу, как Коля с Максом катаются на санках, скачут по гаражам, жгут «кастрики», делают дымовухи из пластмассы и лопают незрелые абрикосы. Разбойного вида кот в этом образе очень органичен.

– Ну вот! – Ирка удовлетворенно кивнула. – Наверняка и этот парень встречался с Олегом, что совершенно естественно.