Тиканье часов - Герберт Осбери

не ожидала такого и схватила его. Я поцарапала ему руку ногтем.

— Да? — сказал Конрой. — Это тогда вы сломали ноготь?

— Возможно. Я не знаю.

МакДоннелл облегчённо рассмеялся.

— Именно так всё и было, инспектор. Мне не хотелось рассказывать об этом, потому что… ну, это прозвучало бы так глупо, что я щекотал её!

— Так всё и было, — задумчиво проговорил инспектор. — А вам не приходило в голову, что эта история тоже звучит… ну, довольно глупо?

— Наверное, да, — нервно ответил Макдоннелл, — но это правда.

— Что ж, — сказал инспектор. — Посмотрим. Иногда правда звучит глупее лжи. Вы знаете кого-нибудь по фамилии Янсен, мистер МакДоннелл?

— Нет, сэр, насколько я помню, нет.

— И, конечно же, вы не знаете никого, кто живёт в доме 222 по Третьей авеню?

— Нет, сэр. Я никогда не был в этом районе.

16. История брокера

Керриган, брокер, казался человеком примерно того же типа, что и Джексон, но он был крупнее, выглядел более интеллигентно, был более солидным и основательным. У него был такой вид, будто он живёт скорее за счёт своих мозгов, чем за счёт удачливости, и инспектор Конрой знал, что его брокерская контора была довольно известной фирмой в финансовом районе и что он был членом фондовой биржи, в то время как Джексон оперировал лишь небольшими суммами. Правда, время от времени появлялись слухи о том, что Керриган и его сообщники управляли нелегальной брокерской конторой, но эти слухи так и не были доказаны, и, насколько удалось выяснить властям, Керриган занимался законным бизнесом.

Выглядел Керриган массивным, но не толстым, и у инспектора Конроя сложилось впечатление, что он, безусловно, самый опытный и благоразумный гражданин из всех, кто сидел за столом. Было очевидно, что он поддерживал своё тело и разум в хорошем состоянии. Однако, когда инспектор, наклонившись вперёд, заговорил с ним, он, казалось, находился в состоянии сильного волнения. Конрой объяснил это обстановкой и обстоятельствами допроса. По правде говоря, они были достаточно мрачными, а тот факт, что его заставили выслушивать бесконечные опросы других людей, мог заставить любого человека нервничать. Действительно, каждый человек в комнате проявлял признаки сильного напряжения.

Это было именно то, что инспектор Конрой хотел, чтобы они показали, и на что он надеялся.

— Итак, мистер Керриган, — начал инспектор, — что вам известно об этом деле, об убийстве мистера Уолтона?

— Вообще ничего, — ответил Керриган.

— Вы знали Уолтона?

— Мы росли вместе.

— Росли вместе?

— Да. Мы родились в одном и том же городке в штате Миссури. Я переехал на восток, когда мне было двадцать три, он последовал за мной несколькими годами позже.

— Вы поддерживали дружбу после того, как переехали в Нью-Йорк?

— Ну, да. До тех пор, пока миссис Керриган не умерла несколько лет назад. С тех пор я его почти не видел. Наши отношения в последние несколько лет носили почти исключительно деловой характер.

— Вы когда-нибудь бывали в его доме?

— Да, три или четыре раза.

— Какого рода деловые отношения были у вас с мистером Уолтоном?

— Я брокер, — сказал Керриган. — Иногда он покупал акции через мою фирму.

— О чём вы с ним спорили, когда миссис Джонсон услышала вас?

Керриган нахмурил брови.

— Я не помню, — сказал он. — Возможно, спор был об акциях. Время от времени мне приходилось просить его увеличить маржу. Вероятно, и на этот раз я так и поступил.

— Когда вы в последний раз видели Уолтона?

— Около двух часов ночи накануне его убийства, позапрошлой ночью.

— В отеле «Белфорд»?

— Да.

— О чём он с вами разговаривал? Почему он, казалось, был раздосадован тем, что увидел вас?

— Я не знал, что он был раздосадован. Я поговорил с ним об акциях. Он сказал мне, что хотел бы купить определённые акции, когда они достигнут определённой цены, и я сказал ему, что рыночные показатели говорят о том, что эта цифра будет достигнута через день или два.

— И это всё, что вы ему сказали?

— Да.

— Вы ходили туда, чтобы встретиться с ним?

— Нет. Я был в «Белфорде» с другой компанией и, увидев Уолтона в холле, заговорил с ним.

— У вас когда-нибудь были проблемы с Уолтоном?

— Нет. Никаких.

— Куда вы направились после того, как покинули «Белфорд»?

— Я пошёл домой, в свой дом на Западной Двенадцатой улице.

— Вы не приходили сюда? — спросил я.

— Нет. У меня не было никаких причин приходить сюда.

— Во сколько вы ушли из «Белфорда»?

— Через несколько минут после того, как я увидел Уолтона. Я уже собирался уходить, когда встретил его в холле.

Инспектор Конрой постучал пальцами по столу. Затем он немного помолчал и, наконец, неожиданно спросил:

— Кто был тот больной молодой человек, которого видели здесь миссис Джонсон и Калинетти?

Вопрос, заданный так быстро, поразил Керригана. Он подался вперёд, вцепившись руками в подлокотники кресла, но быстро откинулся на спинку и улыбнулся. Инспектор не заметил в его поведении ничего, кроме искреннего удивления.

— Не имею ни малейшего представления, — сказал Керриган. — Я никогда о нём раньше не слышал.

— Вы никогда его не видели?

— Нет.

— Вы когда-нибудь видели, чтобы Уолтон раздавал кому-нибудь что-нибудь в маленьких бутылочках?

— Нет.

— Вы знаете кого-нибудь по фамилии Янсен?

— Нет.

— Вы знаете кого-нибудь, кто живёт в доме 222 по Третьей авеню?

— Нет.

— Очень хорошо, мистер Керриган, это всё,